Старик на мгновение прервался и взглянул на внучку. Та задумчиво смотрела на него, на мгновение она даже забыла о том, что должна стесняться, настолько прониклась историей. Владыка знал, что Эллайла не посмеет прервать его рассказ, поэтому сделал это сам:
– Что-то случилось, девочка моя?
Девушка явно не ожидала этого вопроса, поэтому ответила с некой задержкой:
– Дедушка, значит ты тоже был обычным человеком? – в вопросе не было и толики разочарования или чего-то вроде того. Только искреннее удивление.
Старик на мгновение замер, а потом рассмеялся искренним, совсем детским булькающим смехом.
– Конечно, девочка моя. А ты думала, я древний монстр, притворяющийся умирающим стариком?
Эллайле вновь пришлось смущенно опустить голову, но Владыка задал ей следующий вопрос:
– Ты бывала в главном храме? – дождавшись утвердительного кивка он продолжил. – Если ты была внимательна, расскажи мне, что изображено на фреске, под статуей Всебогини.
– Башня, сама Богиня и склонившийся в молитве народ.
Старик кивнул, девушка была права.
– Храм существовал до того, как был создан Дакстариал, но интересен тот факт, что раньше считалось, что Богинь было несколько. В разное время люди молились то двум, то сразу трем Всебогиням. Во многих культурах это заблуждение бытует и поныне. Но я могу уверенно заявить, что Всебогиня одна.
Владыка выжидающе взглянул на Эллайлу и девушка сразу же задумалась. Почему все ошибались?
– Они, – послышался немного неуверенный голос, – считали тех, кто жил в Башне Богинями?
Улыбка старика стала шире и он еще раз кивнул.
– Все заблуждались. Но на самом деле, подобный вывод был очень логичным. Я признаться, до того дня тоже придерживался этой теории. – Владыка как-то сразу посерьезнел. – Ходили слухи, что обитатели Башни очень редко, но разговаривали с теми, кто жил внизу. Только с самыми глубоко верующими людьми. Они являлись им во снах, рассказывали, что простые посланники, апостолы Всебогини в этом мире. Что они всего лишь несут её волю. Создают и разрушают только по её приказу. Что они щит этого мира.
Глава 132
Глава 132
Владыка серьезно взглянул на Эллайлу и вновь заговорил:
– Но верили им с трудом. Все, живущие на вершине Башни были женщинами. Мы мало что о них знали, сложно было отличить сочиненную кем-то байку от правды, но доподлинно было известно, что в Башне никогда не обитало больше трех этих существ. Сейчас-то я точно знаю, что не смотря на невообразимое могущество, Они не были богами. То и правда были слуги Всебогини. Они разрушали города и целые страны, топили острова и создавали моря. За это в некоторых частях мира Они до сих пор – символ истинного зла. Но в то же время Они останавливали войны, закрывали трещины между мирами, давали веру целым народам. Однозначно плохими или добрыми этих существ назвать нельзя. Они действовали лишь по воле Всебогини, её руки в этом мире. Сама же Богиня, насколько мне известно, ни единого раза самолично не являла себя. Потому их с ней и путали, Богиня кроила мир с их помощью. Вот почему по моему приказу в храме оставили лишь одно изображение Всебогини, не смотря на то, что лик её нам и поныне неизвестен.
Старик замолчал, а Эллайла крепко задумалась. Все рассказанное было ей неизвестно и шло несколько вразрез с тем прошлым Дакстариала, о котором доводилось слышать каждому ребенку. У неё на языке вертелись десятки вопросов и нужно было задать их в верном порядке. Если спросить что-то глупое, Владыка посчитает её ребенком.
– Дедушка, но ты тоже неимоверно могущественен. Значит ты сумел стать одним из слуг Всебогини?
В этот момент случилось то, что Эллайла еще ни разу в своей жизни не наблюдала. Глаза человека, старше самого Дакстариала, удивленно распахнулись, а брови поползли вверх. Девушка в этот момент наоборот побледнела. Она сказала, что-то непозволительное? Или может дедушка не хотел, чтобы она считала его бесчувственным слугой?
– Нельзя сказать, что они были бесчувственны или лишены эмоций. – неожиданно покачал головой старик, заставив уже Эллайлу удивленно распахнуть глаза. Дедушка прочел её мысли! Богиня, как же так!? Неужели он и на такое был способен? Девушка так и застыла с приоткрытым ртом, понятия не имея, как ей поступить. Раз Владыка знает, о чем она думает, то говорить с ним как до этого будет просто невозможно. Может стоит извиниться? Но с чего начать?