-Есть! Он попал, мы сбросили хвост!
В радиоэфире воцарилось всеобщее ликование – все выражали свою радость и особенно мне и Кесс, которая так удачно и ловко подложила взрывоопасную свинью нашему противнику.
-Не расслабляемся! – прервал веселье Молотов, – Они найдут объездной путь!
-Через двадцать километров только сможем выехать на большую трассу! – отрапортовал Ботаник, – До этого поворотов нет.
-Ладно, есть время перезарядится, – сказал я, – Так, Кесс, там должен быть ещё один пулемёт, принеси его. Может поищите ещё мин, если они вдруг приплетутся заново… Месс, не расслабляйся! – напомнил я лисице.
-Небо чистое, полковник, – ответила киборг, следя за ним через прицел зенитной пушки.
-Парни, кто в первом прицепе – сворачивайте брезент и готовьтесь если что дать оборону из РПГ!
-Есть, – ответил мне Молотов.
Фесс чуть сбавила скорость. Теперь по дороге попадались завалы и остатки монорельса, стало сильно трясти. То и дело грузовик врезался и расталкивал своим бампером остатки машин, но нашей многотонной махине это было что спички. Около десяти минут ушло на подготовку и к двадцатому километру мы, как и обещал Ботаник, вышли на широкую дорогу.
-Поворот – пятьдесят километров, – без энтузиазма отрапортовал лис, – Больше нет.
-Чёрт, а другой дороги нету? – недовольно поинтересовался Молотов.
-Нам сильно повезло, что та, на которую мы съехали оказалась чистой, но сейчас мы уезжаем дальше от Токио, поэтому не факт что объездные пути будут свободны, – спокойно ответил Ботаник.
-Фесс, как там с топливом?
-Меньше четверти бака…
-ЧТО!? – крикнул я, но как оказалось напрасно – поторопился.
-Потратили, полковник… Не стоит импровизировать.
-Ох, ёп… – матюгнулся я, – Ладно… Месс, сейчас всё за тобой. Увидишь Стервятников – пали.
-Есть, – охотно сказала лисица, – Слежу.
Мы снова затихли, а моя маленькая команда, занявшая третий прицеп, заняла свои обычные позиции. Мы ждали нашего неприятеля так, как это было ещё в самом начале, только сейчас мы двигались.
-Как думаешь, Бульк и Тенесси выжили? – внезапно спросил меня Бурый. У него не было рации, поэтому его вопрос никто, кроме меня, не слышал.
-Они выжили. Я в этом уверен, – ответил я ему, – Может их вырубило, но они точно выжили.
-Киборгов не может “вырубить”, – напомнил мне мой лучший друг, по совместительству один из них, – Не может и всё тут.
-А рацию у них тоже не может вырубить? – немного раздражённо спросил я.
-Не может. Когда они погибают – в их эфире раздаётся протяжный сигнал, длящийся от трёх до тридцати минут – в зависимости от причинённых повреждений.
-И как это зависит? – поинтересовался Чак.
-Чем больше повреждений – тем короче. Бывали случаи, что и не было сигнала. Помнишь, как они налетели на базу Красной Бригады? И сколько там киборгов полегло…
-Да их там просто… – вспомнил я, но Добб перебил:
-Когда сигнал давать нечему – его и не будет. Что от бойцов осталось?
Я не стал ему отвечать. И так всё было ясно. В танке Тенесси и Булька грохнул боезапас…
-Пока не увижу их тела – или то, что от них осталось – мёртвыми не считать, – официально приказал я.
Весь эфир ответил мне утвердительно и мы затихли.
Примерно через десять минут радиотишину нарушил Ботаник:
-К повороту приближаемся – семь километров осталось. Спускаемся на эстакаду, сворачиваем налево… И там ещё километров семьдесят – восемьдесят до разворота.
Мы даже не стали готовится – фраза прошла скучно и обыденно, никто не обратил на неё внимания. Однако через минуту мы снизили скорость, а потом и вовсе встали.
-Фесс, что случилось? – спросил я у рации, не выходя их грузовика. Добб выпрыгнул и заглянул вперёд, задумчиво почесав уши.
-Походу – профукали мы наш поворот…
Я тоже высунулся из грузовика, заглядывая по ходу движения и повесил уши, в душе стукнув кулаком по борту – эстакады, отмеченной на карте Ботаника, уже не существовало. Молотов уже вышел из первого прицепа, пиная асфальт и разглядывая руины дороги, которая сейчас была на тридцать метров ниже, чем нам нужно.
-Ну какие ещё варианты? – отчаянно спросил я, укладываясь в прицеп.
-В принципе – не всё так мрачно, – ответил лис, – Тридцать километров всего – но петлять придётся больше.
-Тогда поехали, все по…
-Взрыв недавний, – прервал меня серый пёс, который разглядывал разрушенную эстакаду, – Очень недавний.
-Хочешь сказать…
-Они всё ещё с нами – вон следы гусениц, да и пыль ещё не улеглась, – ответил пёс, – Чак, погляди…
Лис перенаправил винтовку вниз, и подтвердил его слова:
-Точно. Следы на пыли – очень недавние и свежие.
-Теперь они нас загоняют, – мрачно пояснил Молотов, – Твою же…
-Что делать будем? – сразу же спросил бурый, – Дальше гнать?
-Через двадцать километров у нас намечена засада, это очевидно, – ответил я, – А они могли с высоты увидеть, что мы стоим.
-Разворачиваемся? – спросила Фесс, – Тут ещё осталась другая эстакада, в другую сторону…
-Я пойду проверю её, – вызвался Динозаврик, – Может… она сама готова развалится?
-У тебя пять минут, – ответил я ему и чёрный лис сразу же выскочил из кабины, бегом перебежав дорогу и спустившись по эстакаде вниз. Пять минут, которые я засёк по бортовому компьютеру сразу же растянулись на полчаса, но как только минутная цифра показала мне заветную, последнюю цифру и я приготовился отозвать Дино, в рации послышался его истеричный крик, смешанный с отдышкой:
-ВАЛИМ ОТСЮДА!!! Валим, быстрее, быстрее, быстрее!!!
-Что не так? – поспешил спросить я, как увидел Динозаврика, который бежал к нашему грузовику изо всех сил, а за ним медленно поднималась чёрная танковая башня с двумя орудиями.
-ДИНО, Быстрее!!! – заорал я, – Фесс, ГАЗУ!!!
Чёрный бронированный мамонт перевалился через конечную точку эстакады и сразу же выстрелил по нам. В эфире раздался звучный крик нашей зенитчицы, а потом нас всех тряхнуло в сторону – бронебойный заряд вынес с насиженного места зенитную пушку, которая исчезла под дорогой, звучно грохнув там своими сочленениями.
-Месс, жива!? – спросил я, видя как Бурый уже готовится выпустить по танку весь свой боезапас. Надо сказать он в том был не одинок – молотов с командой да и вообще весь первый прицеп уже приготовил нежданному гостю горячий приём в виде пятнадцати залпов.
-Я в порядке, б#я! – рявкнула одна из лисиц, – реакция-то не натуральная…
Я вынырнул из укрытия, которым моментально стал наш грузовик и увидел ужасную картину – огромный танк просто издевался над нами, гонясь за нашим военным инженером, пытаясь задеть его пламенем огнемёта. Дино уже даже не кричал, пытаясь сохранить дыхание для бега, который ему был нужен, чтобы хоть как-то уклонятся от ужасной машины. Это было настолько ужасное зрелище, как огромная бронированная машина пытается раздавить или сжечь безоружного зверя, что даже матёрый вояка Молотов застыл с открытым ртом – и только Добб сумел сохранить самообладание:
-Сегодня он совершил свою роковую ошибку… – прошипел он и передал всем по рации, – ОГОНЬ!
Со всех концов нашего грузовика в танк полетели ракетные снаряды, сделанные тем, кто сейчас с трудом уклонялся от пламени наглых танкистов. Его противоракетная система, почувствовав приближение своей гибели, выпустила сначала дымовую завесу, а потом сбила пару ракет, но с двумя десятками зарядов сразу не справится даже самая совершенная система защиты. Никто их наших не промахнулся – за секунду мы парализовали танк полностью, разорвав все его гусеницы и уничтожив оптику и наружные приборы. Сработала и его динамическая защита, но даже её не хватило – башню пробило практически насквозь, а внутри вспыхнул пожар. Два члена экипажа в своих кевларовых костюмах чуть не застряли в люке, но всё-таки успели выбраться наружу и залечь на землю перед нами.
-Ложись! – не громко и очень понятно прикрикнул Молотов, но почему-то никто не послушался – большинство просто отвернулись и приоткрыли пасть, на случай сильного взрыва. Броня выдержала взрыв боеприпасов, и он не стал для нас сильной неприятностью. Между тем, когда ящеры поднялись с земли – они сразу же подняли лапы в воздух, глядя как на них разом уставились тридцать с лишним стволов очень разгневанных зверей. Я взял Добба, Молотова и лисиц, окружил двоих танкистов, один из которых сразу затараторил на своём, причём так быстро, что я вообще не понял что он хотел. Я кивнул Доббу: