Я успокоил обоих и с довольной улыбкой приземлился на матрас между ними.
-Дамы — все в порядке.
-Что значит — в порядке? — Насторожилась кобра.
-В порядке, это значит, что вам не придется пользоваться вазелином. — Усмехнулся я. — И скоро за нами приедут.
Кошечка ахнула глядя на меня:
-Как тебе это удалось?
-Я просто умею разговаривать.
Успокоившись, Шанди тут же уснула — сказалось нервное напряжение и ночной сон урывками.
Я тоже чувствовал что почти разрешил эту проблему. Меня тоже начало клонить в сон, когда меня кто-то тронул за руку. Разлепив глаза я удивленно уставился на кошечку.
-Тебе чего?
Она забралась на меня с кошачий грацией и ловкостью, и тесно прижалась ко мне всем телом.
-Когда вы уедете отсюда? — ее дыхание было все такое же горячеё — только теперь в ее голосе звучало огорчение ребенка которому подарили огромного плюшевого медведя, а потом отобрали объяснив что ошиблись адресом.
-Не знаю... — Я осторожно приобнял ее сквозь толстый китель. — ...как наши приедут.
Она чуть отстранилась, и развязав узелок которым грязная тряпка держалась на бедре, отбросила ее в сторону. Теперь она сидела на мне верхом абсолютно обнаженная. В этот момент я понял что она задумала это с самого начала. Но дальше думать мне не дали. Кошечка начала торопливо расстегивать мою ширинку. Я осторожно покосился на спящую змейку — то-то бы она до меня докопалась, проснись она сейчас. Но кобра тихо спала. Убедившись что с этой стороны нам ничего не угрожает, я начал активные встречные действия с котенком. Скользнув лапой по ее талии и выше, я обхватил ее грудку и слегка помял. Кошечка с восторгом восприняла мои встречные действия, и принялась ласкать и гладить меня с удвоенной энергией — словно боясь что наши ворвутся в лагерь через пару минут, и ей нужно успеть приласкаться ко мне...
Достав мой член, она приподнялась, и осторожно, придерживая его лапкой, насладилась на него.
Несколько секунд мы сидели так — просто наслаждаясь интимной близостью. Я чувствовал ее запах, жар ее тела и дыхание. Своим носом, которым я уткнулся ей в шейку я ощущал пульс ее жилки — она была такой живой…
Ремесло военного связано с тем, что бы быстро прерывать хрупкое течение жизни. Поэтому мы, солдаты, ощущаем ее биение особенно остро. Жизнь что? Миг — вж-жик и нету. И уже ничего не вернешь.
По этому я сейчас особенно остро наслаждался каждым мгновением, с этой гибкой горячей самочкой.
Привыкнув к моему размеру котенок начала осторожно двигаться. Ее движения напоминали текущий мед — плавные и нежные, они начали постепенно ускоряться.
Я запустил руки под форменный сюртук кителя и начал гладить кошечку всюду куда мог дотянуться. Потом я ласкал ей грудки...
Я пришел в себя только когда всхлипывающая кошечка обхватила меня лапками за шею и замерла, сжимая мой ствол своими мышцами.
Мы не разъединялись несколько минут — просто сидели в темноте землянки и гладили друг друга.
-Я не вытащил... — Тихо сказал я.
Котенок пожала плечами — я почувствовал как по мне двинулись ее плечики.
-Ну и что. Ларсен и так сказал что если они мне насопливят внутри, и я залечу — буду рожать. Так что лучше уж от тебя.
Меня дернуло — такое отношение к такой нежной и ласковой самочке.
-За что они тебя так?
Кошечка снова пожала плечами:
-Ломалась долго. Они меня неделю голодной подержали и я сама прибежала...
Я не выдержал — я должен был сказать это:
-Когда сюда придут наши, я заберу тебя с собой.
Кошечка тихонько потерлась об меня носом:
-Спасибо.
Утром нас подняли неожиданно рано — лязг запора совпал с жалобным скрипом петель — я проснулся от света бившего из двери и от того, что от света на мне вздрогнула заснувшая у меня на груди самочка.
Рассеяно протерев глаза я уставился на пришельца — в дверном проеме была очень озабоченная морда рыжего пулеметчика.
-Ты! — Он ткнул в меня пальцем. — Живо наверх! Тебя главный зовет!
-Что за спешка? — Скривился я в зевоте.
Но рыжий только возмущенно взвизгнул:
-Живо!
Пришлось котенку слезть при свидетелях. Охранник вообще как будто бы ничего не заметил — видимо котенок вообще не считалась у них за живое существо, а вот Шанди подняла бровь. Но только этим ее реакция и ограничилась.
Когда я позевывая украдкой появился на верху, причина всеобщего переполоха стала очевидна — в небе над ущельем, с тихим стрекотом, кружился крохотный вертолет.
Когда я предстал перед командиром рейдеров тот казался крайне обеспокоенным. По этому, взял быка за рога сразу же:
-Это ваши? — Он ткнул пальцем в небо, указывая на стрекочущий силуэт.
-По всей видимости. — Пожал я плечам, вспоминая что Шанди упоминала лёгкие вертолёты разведки.
-Он кружит здесь все утро. — Командир потер лоб.
-А может это совпадение? — предположил один из рейдеров стоявших рядом с волком-командиром.
-Несомненно! — Я широко осклабился. — И из всех ста семидесяти восьми миллионов квадратных километров дна, бывшего Океана, он решил просто полетать здесь! — Я ткнул прямо перед собой. — Там где пропали двое офицеров. Это несомненно случайность.
Командир рейдеров обхватил голову лапами и глубоко вздохнул. После чего, видимо решившись — резко распрямился и убрав руки серьезно произнес:
-С этого момента — вы гости.
Я усмехнулся:
-Как скажешь, — согласился я, улыбаясь ему, — Выпусти кобру и того котёнка, с которым мы сидели.
-Дашку что ли? — Удивленно спросил Главный. — Запал что ли? — С усмешкой спросил он.
-Не твое собачье «бизнес»... — Холодно отозвался я. — ...куда и когда я ей западал.
-Вы может и гости, а она -нет.
-Ты тут ничего не поделаешь. Я очень люблю кошечек…
Я бы порасказывал ему и другие истории, но тут к нам прибежал третий пулемётчик, который захватывал нас — раньше его морда скрывалась толстой чёрной маской, которая сейчас была скатана в шапочку с парой прорезей под уши. Я даже немного удивился его виду — он оказался гиеном.
-Командир, жопа! — Сходу выдохнул он, и подозрительно зыркнув на меня начал что-то очень быстро нашептывать Главному на ухо.
Я особо не слушал — в этот момент к нам поднялись подневольные самки.
-Ну, что? — Усмехнулся я котенку. — Теперь ты моей будешь.
-Она нам зачем? — одёрнула меня Шанди.
-Я очень люблю маленьких кошечек, — ответил я, поглядывая в сторону начинавшийся ссоры между командиром Рейдеров и гиеном. Несколько раз волк назвал пятнистого Банзаем, а сам пулемётчик обращался к собеседнику исключительно «Кореш».
-Нам не нужен лишний рот, который ничего не умеет, — шикнула на меня королевская кобра.
Я повернулся и в упор уставился на кобру:
-Этот рот кое-что умеет.
Получилось достаточно пошло — кобра споткнулась на полуслове, а котенок широко улыбнувшись стрельнула в мою сторону глазками.
Ко мне вернулся волк.
-К нам движется колонна автотехники. Они заметили вертушку и сейчас идут к нам. Но мне говорят, что это не официальная армия…
-В смысле? — Переспросил я.
-Это не регулярные части. — Ларсен угрюмо посмотрел на меня. — И еще, они сюсюкают по японски...
Мне это не понравилось, я хмуро глянул на Ларсена и спросил:
-Посмотреть на них можно?
Когда я увидел идущий к нам конвой я все понял — это видимо был дальний караван ящеров-работорговцев. Машин в колонне было пять или шесть грузовиков. Во основном это были американские «Доджи» конца двадцатого века, но была и пара современных машин, новых машин. Таких, которые делали в преисподней.
Я опустил бинокль.
-Ну, что? Ваши? — Нетерпеливо спросил стоявший рядом с Главным Банзай.
Я тяжело покачал головой:
-Нет. Это работорговцы. Мы их вырезали в Японии...
-А что тогда они тут делают? — Поинтересовался Ларсен.
-Это... — Я ткнул пальцем в пылевой след на дороге. — ...это дальняя группа разведки. Видимо они рыскали вокруг страны, ловили пленников, когда мы разнесли остальных.
Я недовольно зарычал и потер заросшею макушку.