В нос ударил знакомый, манящий, пьянящий и дурманящий запах, но я тут же занюхал всё шаурмой и наваждение прошло.
-Кронос, контролируй меня, – попросил я, – Если вдруг она будет близко…
-А вы думаете почему вокруг неё никого нет? Именно поэтому!
-Чертовка, – вздохнул я, унимая в своём теле непонятную дрожь. Мне честно очень редко встречались самки в таком положении, как она была сейчас, благо человеческие мозги делали своё дело – мы могли себя контролировать. Но инстинкты иногда брали своё, и тогда можно было наделать глупостей.
Я поспешно отошёл к вертолёту, проследить за работой моих парней, но особо следить было не за чем – всё контролировал Кронос и иногда Динозаврик, подсказывая какие-то хитрые приёмы и трюки. Я обратил внимание на то, что почти ни одного мародёра на вертолёте не было – только те, кто будет им управлять. Вулин был одним из пилотов, судя по специальному костюму.
Но и местные не теряли времени зря – оказалось что огромное количество зверей лазило под крышей купола и там приводили в порядок механизмы, раскрывающие крышу. Выглядело это пугающе, но все были надёжно застрахованы на несущих конструкциях. Один даже уже висел на тросе, а трое его товарищей подтягивали его наверх.
Конечно, за столетия простоя, почти все движущиеся части покрылись ржавчиной, но с их размерами даже сантиметровый слой окиси не мог испортить их работу. Открыть крышу было просто необходимо, так как отверстие посреди купола могло пропустить в себя разве что один винт машины.
Целый день и вся ночь ушли на то, чтобы подготовить вертолёт к его первому за две сотни лет вылету. Крышу подготовили намного раньше, после чего Закрыли щитами все домики на амфитеатре стадиона. Вылет был запланирован на утро – я снова наелся досыта у Вулина, но пить в этот раз не стал – мне пригодится трезвая голова. Но спать не хотелось совершенно – я решил прогуляться по полю, до нашего грузовика и обратно. Путь до него прошёл спокойно и без эксцессов. В грузовике продолжали обитать три лисицы-сестрицы, Дино и Ботаник за компанию и вечный бабник Черкес. Пожелав им спокойной ночи, я отправился назад по другой стороне стадиона, где снова повстречался с той, которая утром угостила меня вкусной шаурмой. Она поманила меня в тёмный переулок, там в засос поцеловала и кое в чём призналась.
Это всё уже было не важно. Я лишь попросил Кроноса разрешения вылезти из костюма, немедленно его получил, а потом мы с ней ушли к её пустующему домику.
На утро выяснилось, что её муж умер, причём очень давно. Как она сказала – его можно было спасти, но ни тогда, ни сейчас у мародёров не было нужных инструментов для лечения. Она по нему очень скучала и, как она сказал в прощанье – характером я был точь-в-точь как он.
Всё это зарядило меня сентиментальным настроением на всё оставшееся утро. Та самка меня сытно накормила, и пошла кормить остальных, я же забрался по амфитеатру до самой высокой и дорогой трибуны для самых важных гостей. Подошедший ко мне сын поварихи, доложил по уставу, что вертолёт вылетит по моему приказу. Всё было готово.
Но прежде, чем отдать приказ на запуск, я с улыбкой обернулся, без особого удивления обнаружив за своей спиной жизнерадостного Добба, вернувшегося из Уфы. Рядом с ним стояла Рея, и казалось, была мрачнее тучи, но теперь, когда мне было всё про неё известно, я спокойно спросил её:
-Ты следила за мной? – я слегка кивнул ей головой.
-Да, – ответила Рэя, – Даже когда ты был с ней.
-Наш пострел везде поспел, – усмехнулся мой лучший друг.
-Это точно. Рэя? – спросил я, дождавшись пока она поднимет на меня свои глаза, – Как только отправится вертолёт – я хочу с тобой поговорить. Без всяких фокусов – чтения мыслей, или исчезания в неловкой ситуации, хорошо?
Самка таинственно кивнула, и, как мне показалось, улыбнулась. Я улыбнулся вместе с ней, и повернулся к трибуне.
-Маски! – приказал я, а система вещания, соединённая с рацией в моём костюме, разнесла мой голос по всему городу Мародёров.
Звери тут же надели защитные маски для дыхания – у всех сегодня они были с собой. Мои бойцы, стоявшие совсем близко от вертолёта, накинули на свои морды шлемы. Так же поступил я и Добб. Одной лишь Реи эта команда была не нужна.
-Командиру экипажа – запуск двигателей. Прогрев пять минут. Команде крыши – приготовится к открытию.
Никакой суеты или паники не было и в помине – лишь где-то под куполом стадиона снимали последние ограничители и страховочные тросы. Десяток или два зверей спустились по лестницам вниз – во время движения пролётов, находиться на них было запрещено.
Между тем из турбин гигантского вертолёта донёсся еле слышный свист затягиваемого воздуха. Лопасти дёрнулись в обратную сторону, потом медленно пришли в движение. Последние приготовления были завершены – все техники покинули взлётное поле.
Гул турбин нарастал и уже через минуту оглушал всех на стадионе. Шестнадцать лопастей резали воздух, разгоняя его по полю, становилось трудно стоять на ногах.
-Генерал, к полёту готовы! – доложил мне Вулин ровно через пять минут. К этому моменту даже рацию я слышал с трудом.
-Команда крыши! Запуск всех систем! Открытие!
К рокоту винтокрылой машины добавился другой – менее величественный, но намного более громкий. Металл тёрся проржавевшими соединениями, резонируя по всей крыше. Тонкие стальные листы дрожали от такого грохота, некоторые зажимали уши.
-Готовность!
-Запускай! – рявкнул я в своём шлеме и весь купол над стадионом пришёл в движение. Подобно исполинскому фотоаппарату, стадион открывал гигантский затвор, и отверстие посередине крыши начало медленно, но верно увеличиваться. Показались очертания сложного многогранника, после чего сверху посыпался песок. Сначала тонкими струйками, которые постепенно переросли в настоящий водопад из песка и пыли. Крыша продолжала открываться, и с каждой секундой у бортов поля наметало всё больше и больше песка.
-Экипаж, взлёт! – приказал я. Медлить было нельзя – или у них просто забьются турбины. Вертолёт был готов к песчаным бурям, но то что обещало произойти в следующее мгновение могло вывести из строя любую технику.
Гул двигателей и басовитый рокот огромных лопастей усилился и шасси МИ-113 оторвалось от земли, оставив за собой пустую землю в тех местах, где стояли колёса. На резине повисли куски дёрна и травы – вертолёт оторвался от земли, в которую врос за три с лишним сотни лет простоя. Величественная машина зависла в воздухе, всего в паре метров над землёй.
После этого в стадион Мародёров разом рухнули сотни тонн песка – крыша открылась до своего максимума, необходимого для беспрепятственного вылета вертолёта. Тут же лопасти разогнали пыль в разные стороны и на трибуны обрушился настоящий шторм – но всё было предусмотрено. Именно для этого Мародёры закрыли свои домики специальными, сделанными как раз для этого щитам.
Но я смотрел не на домики, а на винтокрылую машину. Шестнадцать лопастей, четыре винта на двух осях работали в идеальном режиме, не было ни одного сбоя. Как сказал мне Динозаврик за день до этого: “поднимется на метр – значит долетит до Владика!”. Сомневаться в его словах мне никогда не приходилось – и сейчас повода делать это не было.
-Экипажу взлёт разрешаю, – приказал я по рации, – Держитесь заданного маршрута и слушайте нашего штурмана.
Немного погодя, продолжая смотреть на вертолёт, я добавил.
-Счастливого пути!
-Вас поняли, генерал! Улетаем! – ответил мне Вулин, и машина, натужно ревя движками, стала медленно подниматься к небу. Спокойно вылетев за крышу, она на прощение покачнулась, махнув одним из своих “крыльев” на котором держался винт, и повернулась на восток.
Тут же со своих мест сорвались все мародёры, и дружно, как один ломанулись к выходу из стадиона. Ворота распахнули настежь, и две с лишним тысячи зверей, не исключая моих ребят и меня самого, кричали как малые дети, маша и крича на прощание в след улетающей машине.
Тогда, смотря на вертолёт, я понял что даже наш мир был не так плох. В нём было что-то прекрасное. Огромный вертолёт, уверенно летящий к своей цели с полным баком топлива и ценным грузом на борту – тоже был по-своему прекрасен. Ведь спустя три сотни лет машина выполнит свой долг.