-Давай приляжем, – предложил я, и отказа не услышал. Поэтому, придерживая тающую буквально на глазах самку, я устроил её на песке. Её плащ послужил нам покрывалом, а капюшон, скатившись с её головы, обнажил короткие волосы и задорно торчащие ушки. Я погладил её по ним, аккуратно поцеловал в носик и расстегнул пряжку её плаща на груди.
-Сделай молнию на спине, – подмигнув, попросил я.
Она снова рассмеялась, но отпустила меня и охотно повернулась на живот, довольно сексуально выгнув свою спинку и выпятив попку с большим пушистым хвостом серебристого цвета, напоминающим лисий. Но я быстро заметил, что с её когтями что-то не так – они пожелтели, и казалось немного светились во мраке ночи. Но смотреть на её когти, когда можно было глядеть на неё всю, было кощунством. Я быстро нашёл ползунок у её шеи и потянул его вниз, обнажая не очень длинную, лоснящуюся серебристую шерсть. Она так и пахла свежестью и была идеально чистой, хотя я ни разу не видел её без этого костюма. Леотард слезал с её тела очень неохотно, будто плёнка, прилипшая к свежим продуктам, но мне это даже доставляло какое-то удовольствие. Меня возбуждала одна мысль о том, насколько тугим и облегающим был её костюм. Наконец молния дошла до специально отверстия для хвоста, после чего костюм разошёлся по шву, обнажая её всю. Я с нескрываемой похотью стянул его с ножек своей партнёрши, обнажая упругую попку. Как маленький мальчик, впервые увидевший совершенную женскую наготу, я положил лапы на её половинки, стал гладить и аккуратно мять их, делая вид, что я так делаю массаж.
-Это… так приятно, когда тебя касаются так?
-Ласково? – Догадался я, – Да, всем самкам нравится это.
-Мне нравится это, – подобно эху повторила за мной Рея.
-Тебе ещё не только это понравится, – сказал я, быстро стягивая с себя штаны. Получилось не очень быстро и совсем не ловко, но в результате я упал рядом с ней на бок. Она удивлённо подняла свою мордашку и поглядела на меня.
-Что теперь? – неуверенно спросила она, пряча свои когти в песке.
-Теперь проверим какая ты чувствительная, – довольно пошептал я, поворачивая её на бок тоже, после чего запустил свою лапу между её туго сжатых бёдер, довольно хехекнув. Как говорил один мой хороший друг – лапы бойца должны не только сжимать шею врага, но ещё ласково гладить любимую самку.
Рея стиснула бёдра ещё сильнее, томно выдохнув и задрожав.
-Спокойно, – попросил я её, елозя в её укромном месте двумя пальцами. Я с облегчением отметил про себя, что там она точно такая же, как и другие, бывшие у меня до неё, самки. Рея это быстро просекла и улыбнулась, томно прошептав:
-А ты ожидал увидеть там чёрную дыру?
-Это было бы оригинально, – я сдержал свой смех и улыбнулся ей уже совсем не по-дружески, – Расслабься, Рея.
Она закрыла свои глаза и снова легла на спину, расслабив бёдра. Я чуть раздвинул их, продолжая одной лапой ласкать её, а другой пятернёй и своей пастью, прикоснулся к её соскам. Они были маленькие и аккуратные, очень чувствительные. Когда я сжимал их пальцами или игриво пытался прикусить зубами, грудь моей партнёрши вздымалась выше, чем при обычном вздохе, как будто она поддавалась мне. Я продолжал ласкать её до тех пор, пока не почувствовал внезапно проступившую влагу, между её бёдер. Вынув свою пятерню из укромного треугольничка, я осмотрел её в лунном свете: между пальцами повисли вязкие ниточки её сока, удивительно чистого и прозрачного. Я усмехнулся, поглядев снова на неё.
Рея снова показала свои лапки, и на этот раз неярким золотистым светом светились её пальцы и начинала светится кисть. Я замер на секунду от увиденного, но вытряхнул все ненужные мысли из своей головы – чего ещё можно было ожидать, занимаясь любовью с хтоническим монстром?
-У меня никогда такого не было, – призналась Рея, – И я говорю не только о руках…
Она опустила их вниз по своему животику, погладив себя между лапок и привлекающим жестом раздвинула свои бёдра шире.
-Я никому так не доверяла. Даже профессору…
-Прекрасное чувство, не правда ли? – спросил я, занимая своё место сверху.
Она кивнула, согласно умкнув. Я собрался с силами и решимостью, поднял её бёдра на своих лапах и уверенно, немного грубо овладел ею.
В тот же миг, когда я вошёл в неё, землю будто сотрясла какая-то волна. Неведомо откуда взявшийся ветер погнал от нас песок и стеклянную пыль пустыни, после чего начал кружить её вокруг нас. Я закрыл глаза и сосредоточился – это была она. Рея теряла над собой контроль.
Второй раз прошёл как небольшой взрыв – я отчётлив слышал звук, как будто что-то куда-то рухнуло. Снова встряхнул ушами, улыбнулся и взял высокий старт. Начав с небыстрого темпа, я понемногу ускорялся, когда Рее становилось немного привычно. Спустя две минуты, она сладостно застонала – это был самый приятный звук, который я когда либо слышал в своей жизни! Плавно переливаясь с высоких нот, до самых низких, она как будто напевала мне удивительную мелодию, иногда резко меняя тональность и ноту – будто играя на флейте. Насколько ей было хорошо можно было судить только по этому. О моих же ощущениях я не мог судить здраво, можно было только сказать, что мне нравилось и нравилось безумно! Я старался отдать ей всего себя, а она взамен отдавала себя, и в этом прекрасном симбиозе мы слились на несколько десятков минут настоящей блаженности и небывалого секса. Но спустя эти минуты, я увидел как её шерсть начинает из серой переливаться в золотистую, и чем быстрее я двигался – тем быстрее её покров менял свой цвет. Но и это было ещё не всё – шерсть начинала светится изнутри, причём так сильно, что коготки, с которых она начала “заряжаться”, светились подобно небольшой галогеновой лампочке каждый. Я постарался закрыть глаза, но даже сквозь закрытые веки видел этот свет. Что бы забыть о нём, я взял свой максимальный темп, на который был способен, и отдался ей полностью, без остатка. Через несколько минут она взяла самую высокую, протяжную ноту, и я понял что она готова закончить. Я поднатужился её, но стоило лишь сделать пару движений, как она завизжала так, что заложило в ушах, а свет стал невыносимым, но я что было сил, продолжал своё тело – я тоже уже готов был кончить…
И как только я не удержался и мой оргазм полыхнул в голове вспышкой молнии, её буквально разорвало! На моих глазах Рея растворилась в воздухе, рассыпавшись на мириады тончайших нитей, который гасли в воздухе, на высоте метра над её тускнеющим телом. Она, уже еле видимая, легла на спину и расслабилась. Открыв глаза и улыбнувшись мне, она прошептала:
-Спи…
Я не мог ей противостоять. Совершенно голый я рухнул на песок без чувств.
====== 61. И духовно, как на вздохе... ======
Из сладкой страны снов меня вытряхнул грохот взрыва. Снаружи раздались отчаянные крики и автоматные очереди, потом всех перебил грохот единых пулеметов.
Когда водишься с оружием ты знаешь что оно звучит по-разному — «говорит разными голосами», как говорил Молотов — в зависимости от того куда стреляют.
Если стреляешь ты — четче звук металла автоматики, когда стреляют в воздух — звук раскатистый и глухой — быстро теряет силу.
А эта стрельба была звонкая и хищная — в ней звучала смерть.
Значит, стреляют в нас.
Додумать мне никто не дал — комната, с басом взрыва, подпрыгнула еще раз. С потолка струйками зашуршала штукатурка. Скатившись с кровати, я цапнул кобуру с пистолетом, и бросился к двери.
Снаружи царил настоящий бардак — воздух звенел от автоматных и пулеметных очередей, все свободное пространство под куполом стадиона сейчас пересекалось струями трассеров и дымовых следов гранатометных выстрелов. Укрывшись за бетонными перилами я осторожно выглянул вниз — там, в самом низу, на бывшем поле, откуда то из-под бетонных плит лезли хорошо экипированные боевики. Вторая волна атакующих лезла из вентиляционных шахт на верхних ярусах.
Кругом валялись тела мирных жителей стадиона — штурмовики валили всех без разбора. Каждый попавшейся им на глаза тут же накрывался огнем, не зависимо от того женщина это или ребенок. Собственно взрослые самцы из мародёров, мало что могли противопоставить этой атаке. За пару секунд штурмовики без особых проблем раздавили несколько их наспех организованных огневых точек.