Даже тот самый путь до той базы я прошёл пешком. На глаза навернулись слёзы, когда я вспомнил анекдот, который рассказал нам Терминатор по дороге. Он шёл и бряцал своим огромным пулемётом, совершенно несуразным и неповоротливым, но спокойно рассказывал… о чём-то. Я даже не помню о чём. Помню лишь, что анекдот был очень смешной.
Многих не стало с тех пор.
С этой единственной мыслью я дошёл до распахнутых ворот на территорию базы – минное поле давно разоружили, но две зенитки, которые мы притащили на вокзал, сейчас вернулись на своё место, были заряжены и двое бойцов охотно козырнули мне со своих мест. Я посмотрел на левую – именно там я сидел, когда Чак наставил мне в затылок дуло своего ПБ.
Но ностальгии я придавался не долго – время не ждало. Я приказал всей технике гарнизона забытых занять новое место до нашего боя, и лично проследил за тем, как ракетные системы и реактивные миномёты заполняют территорию старого военного аэропорта. Рядом бойцы развернули противовоздушную оборону, огородили участок поля и неторопливо сооружали ещё одну взлётно-посадочную полосу для воздушных судов.
Честно говоря, организация была настолько хорошей, что я невольно заскучал. Вот оно, призвание маршала – стой на высоком месте и следи за приготовлениями к большой бойне, в которую сам не пойдёшь, а росчерком пера или парой слов, отправишь в бой пару сотен, или может быть тысяч зверей. Никакого тактического гения от меня не требовалось – с Кроносом я мог лишь соревноваться в интуиции и военной смекалке, но как показывала практика – холодный, математический расчёт куда вернее желания левой пятки.
Одно утешение – мои друзья и особенно Рея, тоже не сильно веселились. За свою новую пассию я сказать не могу – она была слишком необычной не только для меня, но и для нас всех. Мысли её, порой текли совершенно не так, как у нормальных морфных зверей, но даже самки, яркими представительницами которых были Месс, Кесс и Фесс порой не могли расшифровать её желаний или капризов. Шанни вообще пожимала плечами, а Тенесси почему-то хихикала, как обкуренный доберман. Ну а…
Вот и ещё одна погибшая вспомнилась мне. Диверсантка, эта потрясающая пантера и разведчица, которая далеко не за красивые слова получила такое сложное прозвище. Я отвёл глаза от техники Забытых, вспоминая как однажды спас ей жизнь на мосту через Енисей, после чего…
Меня как громом поразило. Глаза расширились и пульс немного участился, о чём мне поспешил сообщить бортовой монитор жизненных показателей моей брони.
Как бы я не отвлекался на проблемы второстепенные, вторичные, проблема основная никуда не делась, а именно – президент в огромном боевом роботе, против которого не спасёт ни совершенная броня, ни самое навороченное оружие. Я мог выйти на связь с Кроносом, но вместо этого я бегом рванул искать моего лучшего друга, а заодно и самого матёрого вояку в нашей армии.
Я не сразу сообразил почему попадающееся мне солдаты смотрят на меня так настороженно — еще бы! По улице сопя несется маршал (!) со сосредоточенным выражением на морде. От такого невольно насторожишься. В довершении всего, судя по всему, Добб нахрена-то снял свою броню и отключил все возможные порты и интерфейсы, по которым с ним мог связаться кто-либо из руководства. Офигев от такого нарушения устава, я вызвал Кроноса:
-Где Добб?
-Попробуйте связаться с ним по общевойсковому каналу связи. — Интеллигентно предложил компьютер.
-А как ты думаешь как я его вызывал до этого?! Через хрустальный шар?! Он отключил все средства связи.
Кронос притих на секунду, а затем сообщил:
-Мои датчики засекли вашего друга. Высылаю вам его координаты.
После этого пришлось ехать в основной город Бородино — довольно большую деревушку, держащуюся на натуральном хозяйстве и самоорганизации. Там, ориентируясь по присланным мне Кронсом координатам я нашел домик. Внутри, за столом, на котором располагались разные деревенские явства и бутыли с алкоголем, я нашел Добба в компании с Молотовым и Дино. В помещении крепко пахло чесноком, водкой и салом.. Судя по состоянию, присутствующие начали праздновать достаточно давно — во всяком случае Дино уже мирно сопел на лавке, а Добб и Молотов вели пьяную философскую беседу о судьбах мира.
Заметив меня в дверях Добб по хозяйски взмахнул рукой:
-Пр-р-о-оходи кооман-ндир, р-рас-спологайся.
Я шлепнулся за стол и выбрал более менее чистый стакан, в который мне тут же плеснули чего-то прозрачного и крепко пахнущего спиртом. Выдохнув, я залпом проглотил жидкость и не дыша цапнул со стола кусок сала. Оно оказалось заправлено чесноком.
Глядя на мою слезящуюся физиономию Добб спросил:
-Чего бежал-то?
-Зиры! — Натужено просипел я и снова впился в сало.
Несколько секунд Добб соображал, а потом спросил:
-Чего «зиры»?
-Кто может замесить этого главенствующего гондона? — Я потряс надкушенным куском сала для усиления своего аргумента.
-Это презика что ли? — С сомнением спросил Добб.
-А ты много знаешь главенствующих гондонов? — Саркастически спросил я.
-Не знаю, не знаю... Ты тоже временами...
-Да ни хрена себе! — Возмутился я.
-Совсем старых друзей забыл, — Игнорируя меня продолжал Добб. — Совсем тебе властью башку снесло.
-Да ничего мне не сносило! — Возмутился я. — А вот вы чего-то изменились!
-Мы?! — Выдохнул перегаром Добб.
-А когда ты в последний раз вот так вот бессовестно нарушал устав? Что-то я не припомню за своим старым другом Доббом что бы он бросал все и напивался до поросячего визга. Когда такое было, скажи?!
Добб пьяно поморщился.
-Не кричи...
-А я и не кричу. Просто мы все меняемся — я меняюсь, вы меняетесь. Год назад у нас не было ничего, а что теперь? А?
-Ты прав. — Не ожиданно согласился Добб. — Но ты слишком поменялся. Кронос, эта баба твоя...
-Рея, – произнес вслух Молотов.
-Ага, эта самая...
-Хорош уже... — Скривился я. — Я не Сенька Разин, а она не Княжна. Кроме того она нас пару раз вытаскивала из полной жопы. Не забывайте.
В комнате повисла тишина.
-Так, – протянул Молотов, подставляя свой стакан под бутылку, – Чего ты там говорил? Про средства контрацепции…
-Мы сами думали как его завалить, дружище, – не дав сказать мне, начал Добб, – Ты же видел его в действии? Там, в Уфе, ещё с Терминатором на месте пилота…
-Ну видел, – сказал я, тоже наполняя свою рюмку самогоном, – Крупнокалиберные пушки на десантных машинах его не хреново покоцали, – припомнил я.
-Не… то было так. Царапины, – махнул лапой доберман, -Нам нужно что-то такое…
-А ракеты забытых он может перехватить, – перебил Молотов, – Нам Кронос рассказал. У него там что-то такое, типа…
-Электромагнитного импульса, – вспомнил умные слова Добб.
Я подумывал было откинуться на спинку стула, на котором сидел, но с удивлением обнаружил себя на табуретке. Поэтому продолжил слушать вояк и дальше, пока они расскажут все свои идеи.
Идей оказалось на три часа не очень торопливого разговора. Втроём вояки придумали и отмели столько ходов и вариантов, что не снилось даже Кроносу, если понятие сна было вообще к нему применимо. Я слушал их и не перебивал, с улыбкой глядя в их сосредоточённые пьяные морды, готовые отвергнуть любую идею, которую они же сами выскажут. Но с каждой идеей моя улыбка становилась шире и наглее, и в какой-то момент я перебил их.
Выпив залпом ещё стакан самогона, я спокойно сказал им:
-Вы думаете как военные.
На меня уставились две пары изумлённых глаз, так и светящихся непониманием. От такого заявления даже Динозаврик, пытавшийся перевернуться на своей лавке на другой бок, подал голос:
-А надо думать как кто?
Я посмотрел на военного инженера, усмехнувшись с его вопроса.
-Не как инженер тоже. Не хотел признаваться, но пока что никто из вас, и даже Кронос не додумался до того, до чего допёр я. И я свою идею всё ещё не забыл, – я постучал пальцем по своему виску, – Потому что она хорошая. Понимаете?