— Я хочу увидеть чудеса прогресса. Увидеть рассветы на других планетах и звездах. Мне интересно узнать, к чему людей приведет слияние магии и технологии, — подумав, ответил я.
— Кто-то пересмотрел фантастических фильмов, — усмехнулся Финеас. — Твое стремление мне понятно, но не боишься ли ты, что люди уничтожат сами себя и магов заодно?
— Именно поэтому знания я даю только достойным. Если уж и они мир уничтожат… Что же, значит, человечество достойно уничтожения, — пожал я плечами. — Да и потом, Авейлон в любом случае останется ковчегом цивилизации.
— Возможно, ты и прав. Если люди только и могут, что уничтожать друг друга и себе подобных, то недостойны выхода в галактику. Ну, а пока можешь смотреть, что хочешь, главное условие — забирать с собой ничего нельзя. Через три часа я вернусь, именно столько действует твой пропуск, — ответил он мне и вышел за дверь.
Но я точно знал, что один в огромной библиотеке не остался. Еще одна проверка? От учителя, оказавшегося большой шишкой, можно ожидать чего угодно. Но меня этим не смутить. Я поменял камень в кольце и, активировав его, выпустил сотню доппелей, которые брали либрариумы и разбегались по секторам библиотеки. Свитки и книги были защищены от копирования, но… не от сканирования. По сути, чары действовали лишь поверхностно, как сканер простых людей, и внутрь сути книг не проникали. Конечно, чисто магические книги и кристаллы памяти из-за этого не просмотришь, но их оставляли для меня на столе доппели. Я же выпил восстанавливающих зелий, вошел в транс, активировал локальное ускорение времени и приготовился к предстоящей головной боли.
***
— Хахаха, Влад, ну ты дал! Пропуск действует три часа в день! Понимаешь? В день. Мог бы и завтра прийти, и послезавтра, а ты с сотней своих доппелей, будто зельями объевшихся, умудрился всю библиотеку отсканировать, — смеялся надо мной Блэк, заходя внутрь Авейлона.
— Ну, я же не знал, — пожал я плечами.
— Ну да, моя ошибка, не сказал я тебе об этом, — ага, как же, снова его проверки. Причем я практически уверен, что если бы не устроил такое ударное сканирование, он бы мне и не сказал о длительности выданного мне пропуска. Ну или, наоборот, сказал бы, все, тю-тю, время истекло. — Ну, показывай, что ты тут наворотил.
Мы вошли в гостиную как раз во время обеда. А потому моя мама, Людвиг, ученицы и дети были здесь. В том числе и Нимфадора с матерью. Девочка — природный метаморф, что можно сравнить с нахождением бриллианта в грязи. Если мне для развития метаморфизма пришлось очень постараться, и то я в итоге перешел на образную его часть, то девочке даже делать ничего не надо — одно желание, и облик меняется. Но, естественно, что контроль преображения ей надо подтянуть, да и основы биомагии и метаморфизма со знанием строения человеческого тела ей совершенно не помешают. С ними она будет ближе к бессмертию, чем все мы здесь. Оторвали полтела? Отрастила. Начала стареть? Откатила назад и зафиксировала свой возраст в наиболее удобном состоянии. Но вместе с тем это и более опасный путь, с большим риском превратиться во что-то нежизнеспособное. Да и моторных навыков вместе с создаваемым самостоятельно обликом она не получает, отсюда и крайняя неуклюжесть девочки.
— Всем привет, это мой учитель, Финеас Блэк, — представил я учителя. Белла и моя мама крайне удивились, последняя даже чашку мимо рта пронесла. — Учитель, мою маму, Доротею и Людвига вы знаете. Оставшиеся красавицы — три мои ученицы: Пандора Грей, Нарцисса Малфой и Беллатриса Блэк. А также гостья и мать еще одной моей воспитанницы — Андромеда Тонкс.
— Дядюшка? — воскликнула Андромеда
— Да, Меда, жаль, я не видел, как ты росла, — тепло ответил ей Блэк. — Как и вы, Нарцисса и Белла. Бельвина была бы счастлива видеть своих потомков свободными от уз рода и счастливыми. А кто эти милые дети?
— Мои сестры, Аврора и Элиан Шредер, — погладил я по головам двух малышек со светлыми волосами и голубыми глазами, одетых в зеленые платьица. Выглядели они внешне одинаково, но по аурам я их легко различал. — Фуриндзи Миу, дочь нашего хорошего знакомого. У них там войнушка небольшая идет, так что они попросили присмотреть за ней. А также Нимфадора Тонкс, природный метаморф.
— Даже так? — удивился Блэк. — Вот и еще одно подтверждение моей теории.
— Какой теории, дядя? — спросила Нарцисса.
— Что вливание свежей крови только усиливает волшебников. В роду Блэк последний метаморф был два столетия назад, и он не обладал таким талантом. Просто метаморфизм давался ему легче остальных школ магии. Но что мы все о скучных вещах? Расскажите, как тут поживаете, как дом Блэков?
— Дом Блэков в упадке, — покачала головой Белла. — Поговаривают, что наш хранитель рода отчего-то отвернулся от них.
— От них? Разве ты не Блэк?
— Я разорвала отношения со своей семьей, не знаю, почему Вальбурга меня не изгнала, тем более после того, как я прокляла ее.
— Хм, — Финеас задумался и вдруг достал из личного пространственного хранилища перстень с печаткой в виде символа рода — оскаленной собачьей пасти. — Надень-ка.
Белла с опаской взяла перстень, проверила его чарами и только после этого надела. Послышался адский рев, от которого дети… только сильнее рассмеялись. Что с них взять, если они с драконами и василисками играют и просят оборотней их покатать?
— Неудивительно, что тебя не изгнали. Хранитель выбрал тебя главой рода, — рассмеялся Блэк.
— Но почему? — растерянно спросила Трикси.
— Вспомни девиз рода.
— Чистота крови навек.
— Верно. Но что значит чистота? Это сейчас чистота определяется количеством кровосмешений, а в древности чистота крови значила отсутствие проклятий в ней, гнили, генетических отклонений и магическую силу. Так что на данный момент ты самая чистокровная Блэк, вот хранитель и избрал тебя главой. А выгнать из рода главу… Ну, есть и более приятные способы самоубийства.
— Я уже жажду увидеть лицо тетушки, когда она об этом узнает, — улыбнулась Андромеда, которая тоже немало натерпелась от Вальбурги. Просто так из семьи не убегают.
— А ничего, что мы это слышим? — спросила с беспокойством Ариэль. — Вы вроде дела своей семьи обсуждаете.
— Ваша семья для меня роднее собственной, — улыбнулась горько Белла. — Тем более я вассал Владимира…
— Что? Ха-ха, — тут Финеас не выдержал и натуральным образом заржал несмотря на свою сдержанность. Смеялся он долго, до слез и только успокоившись решил пояснить. — Понимаете, Белла глава рода Блэков. А раз она принесла оммаж Владу, то весь род Блэк…
— Косвенно подчинен Владу? — в шоке произнес Людвиг.
— Ну, на самом деле все не так просто. Официально никто не признает Беллатрису главой, а на выборы хранителей всем плевать. Политика, — развел руками Финеас. — Тем более что наследование происходит по мужской линии Блэков. Но вот ее дети, если они появятся, уже будут в первой очереди наследования.
— Замечательно, — буркнула сначала ошарашенная, а потом разочарованная Блэк. — Мне теперь еще и детей рожать?
— Это дело только и исключительно твое, — сказал я с улыбкой девушке. — Я брал в вассалы мастера проклятий и боевой магии, а не инкубатор.
— Хо, так вот зачем ты вокруг себя такой цветник собрал? Ты смотри, гарем в магическом мире — дело сложное. Проклятье от недовольной жены получить как раз плюнуть, — усмехнулся учитель, принимаясь за полученную от Флорентины тарелку с дымящейся едой.
— Да ну вас, — отмахнулся я, принимаясь за свою порцию. После я устроил экскурсию по Авейлону. Еще до этого мы подписали новый контракт о неразглашении — старый после смерти Блэка действовать перестал, так как был заключен на крови. Я обязался не распространять информацию об Ордене и некоторых трактатах из архива, а он о том, что узнает об Авейлоне. Прогулка выдалась долгой, так как за прошедшие годы внутри мир действительно сильно увеличился, появились поселения, ясли для магических существ, док под «Ямато», лаборатории ученых и многое, многое другое.
— Скажу честно, ты меня удивил. С этим, — он кивнул на корабль, — у нас есть шансы победить в битве. Но не в войне. Жрецы скроются и будут наносить болезненные удары магам.
— Именно поэтому я не спешу действовать, учитель, а собираю союзников. И раз уж вы вернулись, то мне нужна ваша помощь.