Он ужинал вместе со своей семьей, когда весь Авейлон задрожал. Небо задрожало будто от удара великана, и в нем появилась трещина, сквозь которую на них смотрело что-то жуткое, неведомое и невероятно могущественное. От его одного взгляда все присутствующие чуть не погибли на месте. Но ему нужна была только одна душа.
— Хал, — чувствуя, будто из него вынимают душу, прохрипел Влад. — Эвакуируй всех отсюда! Срочно!
— Куда?! — спросил Хал, усиливая, как мог, щиты.
— На «Ямато», там места всем хватит! Он сейчас рядом с Хогвартсом висит! — невзирая на возражения всех присутствующих, Хал выполнил приказ. Он понимал, что времени спорить нет, а в битве с богом у них нет ни единого шанса, только пострадают зазря. Не смог он перенести только Доротею.
«Почему ты осталась? Рви нашу связь и беги, незачем умирать нам вдвоем», — напрягая всю волю, спросил мысленно Пирс.
«Глупенький, ты так и не понял? У нас уже давно одна душа на двоих, нас не разделить», — обняла она его, старясь всеми силами помочь.
— Титан?! Нет, полукровка! Твое сопротивление бессмысленно! — голос темного бога рушил горы и кипятил океан. Яхве не думал, что какая-то малявка так долго сможет сопротивляться его воле. Но эта малявка слишком уж нагадила ему, перекрыв кормушку в этом мире. Он желал подвергнуть виновника миллионам лет мучений, чтобы хоть как-то умерить свой гнев. Поэтому он использовал большую часть пришедших к нему жрецов, чтобы ненадолго проникнуть в этот закрытый Мардуком мир. И сопротивление букашки его бесило. Он усилил напор, насколько мог, все же влияние его в этом мире было ограничено. — Твоя душа все равно будет моей!
— Нет, он мой! — закричала Доротея от боли рвущейся на части души. Она приняла облик нимфы и слилась с Владом как своим якорем. Влад же, в свою очередь, пробудил память крови титана и засветился золотым светом. Иронично, но именно попытка вырвать душу богом пробудила их скрытые способности, которые могли бы не раскрыться никогда. У парня и его фамильяра начала пробуждаться восьмая оболочка, которая и удерживала их души от распада, а также не давала вырвать их из тела. Это дало достаточно времени до прибытия подкрепления.
— Яхве, ты совсем охамел? — раздался громогласный голос, и в Авейлоне появился мускулистый бородатый великан в зеленой шумерской тоге, с посохом в одной руке и двуглавым топором в другой.
— Мардук?! Я в своем праве! Этот червяк уничтожил всех моих основных последователей! — Авейлон начал покрываться трещинами и разрушаться, не выдерживая двух богов сразу. Мардук нахмурился, и мир прекратил разрушаться.
— Мы не вмешиваемся в дела смертных! — раздался еще один голос рядом с Мардуком. Это была прекраснейшая женщина даже среди богинь. Ее обнаженное тело практически не скрывала полупрозрачная накидка.
— Атаме?! И ты здесь? Почему вы защищаете этого смертного? Вы готовы бросить вызов мне ради него?
— Здесь меня зовут Инанна, — ответила женщина. — И мы здесь не ради смертного, а ради договора. По какому праву ты нарушил договор? Ты готов сражаться со всеми пантеонами сразу, когда они об этом узнают?
— Сейчас я уйду, — разъяренно ответил Яхве, — но вы об этом пожалеете!
Два бога восстановили разрушенный мир буквально в мгновение ока и оказались рядом с двумя совсем еще детьми по их меркам. Души Доротеи и Влада были на грани разрушения, и только их собственная воля как-то пыталась держать куски вместе.
— Полутитан и полубогиня, связанные вместе. Как интересно, не думала, что мне когда-то доведется увидеть такое, — сказала Инанна, латая их. — А парень кажется по твоим стопам идет, Мардук.
— Я не думаю, что он решит стать богом, — ответил Мардук. — Ты же знаешь титанов, слишком свободолюбивы и слишком ненавидят богов.
— Тогда богиней станет нимфа вместо него. Забавно, обычно боги правят миром или аспектом, а тут богиня, связанная с титаном. Мне даже интересно, что из этого выйдет.
— И все же они были очень полезны, Яхве давно был костью в горле в этом мире, — сказал Мардук, а женщина с шоком наблюдала, как тот надрезал свой палец и капнул серебристой кровью на юношу. Усмехнувшись, она то же самое сделала с девушкой вытащенной из тела парня.
— Что? Я тоже думаю, что они заслужили. А это поможет им в борьбе со следующими напастями, — ответила на вздернутую бровь мужчины Инанна. Ничего не сказав, он усмехнулся и исчез. — Любите друг друга, дети мои, и когда-нибудь мы увидимся вновь.
Женщина тоже исчезла, восстановив духа разума, который из-за пережитого стал ближе к высшему. Все же он реально пытался сопротивляться воле сильного бога.
***
Приходить в себя было тяжело. Не в плане боли, а… как бы сказать. Я будто отлежал все тело сразу и душу заодно. Впрочем, ноющая боль тоже присутствовала, но слабая. Такая бывает после операции, когда рана зарубцевалась, но еще налита кровью. Еще не открывая глаз, я понял, что чувствую пространство вокруг. Я в больничной палате Нарциссы, подо мной диагностический круг, а к запястьям подключены клипсы кардиографа. Рядом со мной на соседней койке лежит Доротея, в таком же положении. На столике между нами куча зелий.
— Вы наконец-то пришли в себя, господин, — голос Хала показался мне оглушающим. Я открыл глаза и тут же закрыл их — видеть в нескольких спектрах сразу было тяжко. Особенно если учесть, что я «видел» пространство, которое в Авейлоне было… Скажем так, запутанно.
— Потише, не ори. Дай краткую сводку о событиях, начни с того, почему я еще жив? — борясь с головной болью, ответил я. В голове каша, и мне с трудом удалось вспомнить, что мне подпаскудил божок, которому я в суп плюнул.
— После нашего эпичного, но практически бесполезного сопротивления Яхве, нас что-то спасло. Я подозреваю вмешательство других богов или сущностей, но точно определить это невозможно, они восстановили нас и все повреждения Авейлона. Дальнейшее я знаю только с рассказов ваших учениц и учителя. Они нашли вас в бессознательном состоянии и долго не понимали, почему вы не просыпаетесь. Чисто с точки зрения душевного и физического состояния, вы были абсолютно здоровы. Но вы потребляли огромное количество маны, так что вас положили в палату, подключили трубки с питательными веществами и укрепляющими зельями и активировали ускорение времени, — ответил мне мой верный слуга. — Сам я пришел в себя практически сразу после этого и принялся за вами наблюдать.
— И сколько мы проспали?
— Почти четыре тысячи лет, снаружи прошло четыре года.
— Спасибо, Хал. Ты остался с нами до конца, если хочешь свободы…
— Не начинайте этот разговор снова, я уже говорил, что выгоды от нашего сотрудничества гораздо больше, чем рисков. Благодаря произошедшему я стал ближе к высшему уровню духа.
— Поздравляю, — искренне порадовался я за своего друга. — А что с Доротеей? Почему она не пришла в себя до сих пор?
— Из-за вашей связи. Вы же не забыли, что фамильяры и маги влияют друг на друга? Ваша непонятная метаморфоза, которая потребляла немало маны, еще и влияла друг на друга. Так что, кем или чем вы стали, я не знаю. Титаном? Младшим богом? Я не знаю. Хотя, если учесть, что зелья, пусть и слабо, но влияли на вас, вряд ли. Определенно только одно — вы получили восьмые оболочки.
— Откуда… А да, возраст же, — я понял, что за четыре тысячи лет, даже имея титанизированное тело, мы должны были постареть. Но этого не произошло от слова совсем.
— Поздравляю вас с бессмертием, — поздравил меня Хал.
— Доротея, может прекратишь притворяться, что спишь? — сказал я фамильяру.
— Ну, — Надула она губки, открыв глаза, — так неинтересно!
— И еще кое-что, — я снял все приборы, подошел к девушке и поцеловал ее. — Спасибо, что ты у меня есть. Я люблю тебя.
— Да-да, люби меня полностью, — рассмеялась она. — А ты о моих чувствах и так знаешь. Говорить о них было необязательно.
— Эти слова не только для тебя, — ответил я, подняв ее на руки. — Ну что, пошли посмотрим, как изменился мир за четыре года?
— Пошли! — сказала она мне.
— Эмм, может оденетесь? — предупредил нас Хал. И мы рассмеялись. Ну да, голая парочка точно шокировала бы всех.
Комментарий к