Я заметил, как усмехнулся Наследник Престола. Генерал-адмирал, в прошлом командующий Средиземноморской эскадрой, Цесаревич Михаил Петрович, гонявший турок по Средиземному морю, бивший их в хвост и в гриву, воспринял такие хотелки шведов, если не как личное оскорбление, то, как минимум, как неудачную пошлую шутку. Конечно, он прекрасно разбирался в политике и знал, что во время переговоров стороны всегда вначале завышают свои требования для дальнейших взаимных уступок и смягчения позиций, но, до переговоров и диктования нам условий шведам нужно ещё дожить и победить.
Генерал Спренгтпортен продолжал:
— Судя по данным разведки, план шведов достаточно дерзок. Начать сухопутную кампанию в Финляндии, максимально связав мелкими и крупными сражениями нашу армию и оттянув все возможные наши силы от Санкт-Петербурга, но, при этом, генерального сражения с русской армией избегать. Они осознают, что наши войска превосходят их технически, и что победить в генеральной баталии можно только если дух войска нашего будет подорван. А потому основной упор делается на победу на море.
Киваю. Обращаю взор на Наследника.
— Михаил Петрович, обрисуйте ситуацию.
— Государь! В целом, план шведов возможен, если им удастся разбить наш флот по частям. Они исходят из того, что наши морские силы будет распылены, пытаясь блокировать их основные порты, обстреливая их и останавливая судоходство. По их замыслу к началу войны объединённый флот Швеции уже выйдет в море и нам не удастся его блокировать в портах. Не разменивая силы и время на деблокаду своих портов, шведский флот двинется на Кронштадт и Санкт-Петербург, имея значительное превосходство в кораблях и весе залпа над крепостью Кронштадт, они рассчитывают подавить бастионы и орудия крепости, что откроет им дорогу на столицу. Не входя в Неву, я ожидаю, что они высадят десант в предместье Петербурга. Насколько мне известно, шведами подготовлен тридцатитысячный экспедиционный корпус для захвата Петербурга. Но, я могу ошибаться, и они высадятся прямо в городе. Я бы так и поступил на их месте.
Понятно. Леночку с детьми и Анну с Николаем нужно отправлять в Москву. Я уверен в победе, но, на Бога надейся… Наследники Корон не должны оказаться в этом возможном аду.
Киваю. Уточняю:
— Сколько сил у шведов и у нас на данном участке, если всё пойдёт по их сценарию?
Миша не стал сыпать бравурными заверениями.
— Государь! Всего, по нашим сведениям, шведский флот на Балтике насчитывает восемь пароходов, из которых четыре артиллерийских крейсера, тридцать один парусный линейный корабль, восемнадцать фрегатов, и какое-то количество гребных галер. Точное число неизвестно, но, по нашим оценкам, порядка двух сотен вымпелов. Сведений о том, сколько кораблей из этого числа уже покинули порты Швеции мы не имеем. Плюс тридцатитысячный корпус для высадки с моря в Кронштадте и Санкт-Петербурге. В данный момент, преимущество здесь на стороне шведов, поскольку инициатива войны за ними. Их планы мы знаем очень приблизительно, а дерзкая атака может быть весьма неприятной для нас. В Швеции хорошие адмиралы и я бы не стал уповать только на наше техническое превосходство. Шведский флот — сильный противник. Шапками не закидаем.
Не так чтобы ох, но и весьма немало. Хорошо, что Миша настроен серьезно. Флот наш на нём и обеспечение морских баталий тоже. Как и оборона Кронштадта и Петербурга. Повторюсь, Швеции нужна быстрая победа и быстрый перелом в войне. Если мы переведём войну в затяжную, то шведы проиграли. Но, сейчас, треть кораблей Балтфлота крейсирует по всему морю, да стоит пока в Риге и Ревеле. Мы флот в кулак для «Празднования победы при Гренгаме» на двадцать седьмое собирали. Шведы раньше успели.
— Что у нас по силам?
Миша даже не открывает папку.
— Государь! Наш Балтийский флот имеет в своём составе двадцать четыре парохода, из них двенадцать паровых крейсеров и семь паровых фрегатов. Девять из них оснащены металлическим бронированием, через неделю ещё пять должны быть им дооборудованы в верфях. Кроме того, двадцать восемь парусных линейных кораблей, тридцать два фрегата, не считая прочих кораблей и судов. Наш флот больше, новее и технически лучше. В том числе и в части артиллерии. Но, если шведы прорвутся в Петербург, это не будет иметь особого значения. В этой части планы шведского командования верны. Потеря столицы будет для нас если не катастрофой, то весьма неприятным поражением в этой войне. И в глазах европейских столиц, и в глазах собственных армии и флота.