Фиксаторы сработали мягко. Без удара. Без вибрации. Как будто мы всегда здесь и были.
— Стыковка завершена, — доложил Федя. — Давление выравнивается. У нас есть доступ в сервисный контур командного центра.
Я открыл внутренний канал.
— Кира. Работа.
— Приняла, — ответила она сразу. Ни одного лишнего слова.
В штурмовом отсеке всё пришло в движение. Тихо. Быстро. Без суеты. Бойцы отстёгивались, занимали позиции у шлюзов, проверяли фиксацию оружия и оборудования. Симбиоты выходили из пассивного режима ровно настолько, чтобы быть готовыми, но не светиться.
— Первая группа — сервисный тоннель, — шепнула Кира по каналу. — Вторая — резерв, остаётся у шлюза. Третья — инженерное сопровождение.
— Подтверждаю, — ответил я. — Работаем.
Шлюз открылся. Я до сих пор не привыкну к тому, что может эта машина с его живым металлом. Перегородка просто исчезла, и перед нами открылся тёмный, узкий тоннель, утыканный магистралями и чужой логикой компоновки. Запахов не было. Звуков — тоже. Только сухие данные на визоре. Первые бойцы ушли внутрь. Растворились в темноте. Симбиоты подстраивали форму под тесноту, сглаживали выступы, убирали всё лишнее. Никаких «красивых» форм. Только функционал.
Я остался у консоли ещё на секунду, глядя на схему.
— Высадка началась, — сообщил мне мой симбиот то, что я и так знал. — Пока без реакций со стороны центра. Мы всё ещё в статусе «ремонт».
— Отлично, — сказал я и шагнул к шлюзу.
Когда люк за мной закрылся, я вдруг поймал себя на странной мысли. Самое сложное мы уже сделали. Теперь оставалось только пройти внутрь и сломать то, что СОЛМО считали неуязвимым.
Глава 18
Сервисный тоннель принял нас равнодушно. Ни тревоги, ни каких реакции. Только сухие линии сервисных трасс и редкие импульсы диагностики, которые скользили по броне симбиотов штурмовиков, не находя в нас ничего «нештатного».
Мы двигались цепочкой. Без разговоров. Интерфейс визоров выводил только необходимое: направление, расстояние, контроль биосигналов группы. Кира шла первой. Глупо конечно, но я не возражал. Командир не должен идти на штурм впереди отряда, размахивая шашкой, чтобы показать всем пример, и первым схватить пулю, хотя… Чем я сам лучше? Я и сам постоянно так делаю, поэтому я и промолчал. За Кирой шла её штурмовая рота и инженерная группа, под командой незаменимого индуса. Я замыкал, держа один поток внимания на маршруте, второй — на сети.
— Десять метров до первого распределительного узла, — тихо передала Кира.
— Принял.
Узел выглядел как утолщение тоннеля, вросшее в стену. Пучок магистралей, блоки переработки, дежурные микродроны обслуживания. Они нас «увидели», но не заинтересовались: аварийная команда, ремонт, допуск есть.
Кира махнула рукой. Два бойца снялись с маршрута, аккуратно «утопили» дронов в нишу обслуживания и зафиксировали. Без повреждений. Без шума. Через минуту узел был под нашим контролем.
— Дальше пока чисто, — доложила она. — Можно идти глубже.
Я подключился к интерфейсу узла напрямую. Мне нужно было убедится в том, что все идет по плану. Мой сибиот «вырастил» необходимые разъёмы, и я тут же воткнул их в сервисный блок узла. Древний паразит мгновенно «узнал» старого союзника, который превратился во врага. Доля секунды, и он адаптировался к потоку информации, который шел через узел, замаскировавшись под сервисный дрон.
Сеть СОЛМО здесь была плотной, но… уставшей. Слишком много сигналов, слишком много тревог. АВАК работал идеально: фоновый шум, ложные пики, постоянные «пожары» на периферии. Командному центру было пока не до команды ремонтников, которые шатали по его сервисным тоннелям, пытаясь починить свой поврежденный корабль.
— Работайте, — сказал я своим спиногразам. — Поддерживайте аварийный статус. Пусть центр думает, что мы заняты ремонтом стабилизации.
— Уровень доверия держится. — Незамедлительно последовал ответ — Подозрительной активности с сети не зафиксировано.
— Ну окей — хмыкнул я, отсоединяясь от узла — Если все нормально, тогда потопали дальше.
И мы потопали. Тоннель расширился, превратившись в сервисную галерею. Здесь уже было сложнее: пересечения магистралей, шлюзовые лепестки, контрольные поля. Не боевые — логические. Те самые, где обычно и ловят «чужих».
Симбиот мягко подсветил опасные зоны. Я дал древнему паразиту АВАК минимальную команду: пока не атаковать, а «путать». Секундные задержки, микросмещения приоритетов, статистический шум. Всё выглядело как побочный эффект общей перегрузки системы.