— В городе диверсанты! Они перерезали телефонную и телеграфную связь! Штаб не может связаться ни с одной частью!
— Ясно. Что еще?
— В порту после обстрела есть раненые и убитые, загорелось несколько складов и разрушено здание администрации порта. С береговыми батареями нет связи. Генерал Харальд Эриксон отправил гонцов и приказал резервам выдвинуться к побережью и занять позиции.
— Хорошо. Передай генералу мой приказ, пусть задействует таможенную службу и прочешет окрестности.
Гонец кивнул и поскакал обратно к штабу.
— Харальд опасается десанта? В такую погоду никто не рискнет его высаживать. Как минимум до утра у нас время есть, — сказал Тирион.
— А чтобы ты сделал на месте врага?
— Я бы постарался взять порт и высадить войска там.
— То-то промышленники так хотели завладеть железной дорогой и портом, — задумчиво произнес я. — Сделай они это — город достался бы кунакцам на блюдечке.
Штурм позиций Союза промышленников уже начался. Наемники открыли шквальный огонь из пулеметов и современных скорострельных винтовок. Солдаты отступили, не выдержав столь плотного огня противника.
Наемники промышленников были хорошо вооружены, а наши солдаты не отличались высокой подготовкой. Это были гарнизонные части, а не полевые.
Кроме этого противник довольно грамотно организовал оборону, заняв все здания в радиусе пятисот метров от здания Союза промушленников Это была многоуровневая эшелонированная система с пулеметными гнездами, позициями снайперов, перекрывающими друг друга секторами обстрелов, осаждать такие позиции можно неделями, так мне Джон кратко объяснил ситуацию.
— Я понял. Нам нужно захватить промышленников до утра.
— Нелегко придется.
— Пусть работают снайперы, вояки сейчас артиллерию развернут. Тирион! Сделай укрытия для орудий!
— Хорошо.
От первоначальной идеи обстрелять позиции наемников Союза промышленником с корабельной артиллерии пришлось отказаться. Сейчас все корабли разводили пары и вели перекидной огонь по кунакскому флоту. А батарею тяжелых орудий перебрасывали поближе к морю, чтобы и из них обстрелять корабли противника.
— Шеала!
— Поджигай крыши зданий.
Девушка побледнела, но кивнула. А я повесил над врагом несколько очень ярких светлячков. Они хорошо осветили наемников, и огонь наших солдат сразу стал гораздо эффективней.
Арья уже начертила вокруг себя фигуру и села в центре её, крепко сжимая руками посох. В некромантии есть опасные боевые заклинания, а есть страшные. Убитые наемники начали подниматься, к ужасу своих еще живых товарищей. Зомби медлительны, тупы и неповоротливы. Справиться с ними очень просто, но суеверный ужас, который они внушали, выгонял людей из укрытий прямо под огонь солдат.
Офицеры навели порядок, и стрельба наших солдат стала чаще и лучше. Артиллерия методично разрушала здания и укрепления противника. Шеала поджигала здания. И вскоре отнюдь не рвавшиеся умереть наемники начали отступать.
Но мне этого было мало.
— Лартанал! Азфарил! Прогуляйтесь по тылам, — приказал я, а потом скомандовал всем. — В атаку! Вперед!
Тирион остался рядом с Арьей, а Шеале я приказал идти за мной. Ученице было страшно, она не отходила от меня ни на шаг и все время норовила спрятаться за моей спиной.
Ни о каких рукопашных схватках уже речи не было. Шпаги и сабли, похоже, уходили в историю вслед за мечами и топорами. Теперь на поле боя безраздельно царили магия, гранаты и огнестрельное оружие.
Через полчаса, оставив за собой десятки убитых солдат, полуразрушенные и горящие здания мы прижали наемников к их штабу — зданию Союза промышленников. Я приказал остановиться, чтобы дать солдатам передохнуть и измотать нервы противнику снайперским и пулеметным огнем. Арья и Тирион догнали нас.
Связисты наконец восстановили связь и я смог связаться со штабом.
— Маэл! Все идет кобыле под хвост!! Где ты, раздери тебя шакалы?!!!
— Что? Я у Союза промышленников!
— Кунакцы начали высаживать десант…
Дальше я не слушал. От такой новости я просто сел. Армия в городе рассредоточена по улицам, разделена на десятки мелких отрядов. Роты охраны береговых батарей тоже в городе, а сами батареи почти беззащитны. Идеальные условия для высадки десанта.
Прежде чем мы успеем что-то сделать, они уже закрепятся на берегу. Орудия их кораблей поддержат огнем. А наш флот далеко, в порту всего несколько крейсеров, миноносцев, канонерских лодок и пара старых броненосцев.
Высаживай десант и голыми руками бери столицу империи, а это все. Все линии связи сходятся здесь. Тут находятся все: министры, генералы, дворяне, маги, ученые, казна, секретные архивы военных и разведки. Хорошо что, хоть императора нет.
— Маэл! Ты меня слышишь! Что со связью ****!
— Харальд, я тебя слышу! Что делаешь?
— А что я **** могу?! Перекидываю всех кого могу на Медвежью батарею, её сейчас штурмуют! Артиллерия обстреливает береговую линию, но без флота высадку десанта мы не сорвем!
— Я понял.
— Ты нужен мне в штабе! Нужно срочно собирать рабочих и занимать оборону на восточной окраине города!
— Это не имеет смысла. Нужно скидывать кунакцев в море или сразу стреляться, Харальд! Собирай всех кого можешь для контратаки. Пойдем в бой, как в старые добрые времена!
— Хорошо, — я не видел лица друга, но готов поклясться, он сейчас усмехается. — Покажем, как мы воюем, когда прижмет.
Я быстро передал общее командование Джону Ковальскому, не обращая внимания на то, что он сержант в отставке, а среди офицеров были даже майоры. А сам помчался к дворянам.
К счастью Галл Маэрхант стоял возле входа в Ассамблею и мы сразу встретились. Он выслушал меня, не моргнув глазом.
— Этого я и боялся, — произнес он. — Этого стоило ожидать.
— Никто не мог такого ожидать, — возразил я. — Мы ждали удара по одной из баз флота или на границе, но никак не в центре империи, не в столице.
— Я про высадку десанта, — задумчиво ответил герцог. — Стоило ждать того, что кунакцы сюда не просто пострелять пришли. Самого нападения, конечно, никто не мог предвидеть.
— Нельзя дать им закрепится.
— Я знаю. Через… — он задумался, — час два полка гвардии будут развернуты для контратаки со стороны Марховой дороги. Третий полк останется здесь.
— Хорошо. Я собираю все свободные резервы и ополчение рабочих. Встретимся там, я полагаю?
— Подождите. Вы, думаете, что это нападение и дневной бунт никак не связаны?
— Говорят, такие совпадения возможны, но я в это не верю.
— Я тоже.
— Промышленники предали Райхен.
— Согласен. Вы уже взяли их за горло, закончите дело.
— Вот как? Вы так спешите избавиться от былых союзников.
— Сударь, сейчас на кону судьба страны и не до церемоний. Это вчера я бы ударил вам в спину и предпочел бы перебить гарнизон Райхена и Императорскую гвардию, но не дать вам разгромить промышленников. Сейчас я предпочту прикрыть вам спину, пока вы давите эту гадину!
Он не врал. Я внимательно смотрел ему в лицо и не видел ни малейших признаков вранье. Как бы то там ни было, герцог Галл Маэрхант, пожалуй, самый опасный из республиканцев, оставался патриотом.
— Через час мы с вами встретимся на перекрестке Марховой и Косой дороги, — спокойно сказал я. — И в тылу у нас все будет чисто.
Загоняя лошадь, я полетел обратно. Все висело на волоске, всего одна ошибка и конец!
Войскам я сразу приказал развернуться и маршировать обратно, к месту сбора, Здесь остались всего две роты, для оцепления, чтобы никто не ушел. А своих бойцов я сразу повел на штурм.
— Джон! Все меняется! Идем на штурм прямо сейчас!
— Но…
— Всем бойцам раздали фотографии промышленников?
— Да, но…
— Значит так, Круппа и Райнеха взять живым, остальных по возможности. Ясно?