«Сапфир» сразу пошел на полным ходом к Райхену. Не по прямой, но достаточно короткой дорогой и в стороне от обычных торговых маршрутов. На них сейчас можно было встретить кунакские рейдеры.
Шарль Малькольм вел крейсер своим путем. Самый опасный промежуток, как он сказал, это океан между Санторином и материком. Именно там, вдали от наших берегов и баз флота можно встретить врага.
Малькольм проложил маршрут таким образом, чтобы пройти самый опасный отрезок пути, тот район, в котором засекли переговоры кунакцев, ночью. Кроме этого он связался со своим другом, командовавшим небольшим отрядом крейсеров, патрулирующим море возле южного берега империи, и попросил его выйти навстречу.
После этого Шарль Малькольм планировал идти вдоль берега. А там всегда можно было вызвать подкрепление, а то и спрятаться под защиту береговых батарей. Но для этого надо было успешно пересечь океан.
Араэл крейсер не понравился. После деревянных, тихих, чистых и опрятных клиперов, пахнувших деревом и смолой, стальная махина «Сапфира» показалась ей грязной, шумной, воняющей углем, дымом и машинным маслом. Ей не нравилось, что отсутствовали мачты с парусами, было мало дерева, но много стали и людей.
Фелиция большую часть времени проводила у себя в каюте вместе с Араэл. Арья, иногда поднималась на палубу, но тоже предпочитала отдыхать в каюте. Зато Тирион чувствовал себя как рыба в воде. Он всех тут знал, гонял матросов наравне с другими офицерами. Даже лазил в машинное отделение и долго там копался, после чего крейсер прибавил хода, всего пол-узла, но все-таки.
Спустя сутки, «Сапфир» подошел к самому опасному участку маршрута. Капитан приказал держать орудия наготове и удвоил число вахтенных. Крейсер летел вперед на всех парах. Команда обо всем знала и готовилась к бою. Свободные матросы сидели возле своих постов, чтобы в случае чего сразу их занять.
Я на всякий случай, проверял море вокруг нас поисковой магией, чтобы заранее увидеть врага. Но получилось наоборот. Я недооценил врага. Мою магию засекли, а вот я не заметил корабли противника, пока не стало слишком поздно.
— Три корабля справа по курсу!!!
Я как ужаленный подскочил с места и бросился из рубки. Шарль Малькольм и Тирион выскочили следом за мной.
— ****, - коротко и емко выразился Шарль.
Три кунакских крейсера шли нам наперерез. Они выплыли из странной дымки.
— *****!!! Магией прикрылись!!! А ты как их не увидел?! — вспылил Тирион.
Я только скрипнул зубами от злости. Что толку что-то говорить?
— Команда к бою!!! Лево руля!!!
Крейсер ощутимо накренился на левый борт. Зазвонили колокола тревоги и раздался дружный топот. Офицеры уже выкрикивали команды.
— Орудия к бою!!! Пожарной команде занять места!!! Задраить люки!!! Команде плотников занять места!!!
— Нам нельзя принимать бой, надо оторваться от врага!
Шарль Малькольм хотел что-то сказать, но промолчал. Зато высказался Тирион.
— Маэл, ты ничего не понимаешь в морских боях, — бесцеремонно заметил он. — Так что помолчи, пожалуйста, и не мешай.
На первом вражеском крейсере на сигнальной мачте поднялись разноцветные флажки. Тирион сразу перевел их.
— Требуют лечь в дрейф и зачехлить орудия.
Через минуту на нашей сигнальной мачте поднялись другие флаги.
— А Шарль предложил им сдаться в плен, — усмехнулся Тирион.
— Какие у нас шансы?
— Это тебе не обычный бой, тут многое зависит от удачи. Это игра с судьбой!
Как ни странно, у него явно поднялось настроение. Его обычная хмурость пропала, и алхимик смотрел на врага с веселым азартом.
— У нас проблемы? — спросила вышедшая на шум Фелиция, следом за ней шли Арья и Араэл.
— Да, — я показал на корабли противника. — За нами гонятся корабли противника. Вам лучше спуститься вниз.
— Я останусь здесь, — хладнокровно ответила она.
— Хорошо. Арья вместе с Фелицией в боевую рубку. Араэл, уходи в облака и держись над нами, но сначала переоденься.
Дочка кивнула и убежала. Арья потянула Фелицию за собой, та неохотно пошла под защиту брони.
«Сапфир» уходил от противника на полном ходу, но кунакские крейсера постепенно сокращали отставание.
— Не уйдем, — сквозь зубы бросил Шарль Малькольм. — Не уйдем. Право руля! Курс норд!!
Я прищурился, глядя на врага. Корабли закрывали мощные щиты. Скорей всего, мне их не пробить. Опять просить помощи у Тирраала? Если ничего другого не останется…
Следующий час ничего не менялось. «Сапфир» рвался на север, к далекому берегу империи, а кунакские крейсера медленно его догоняли. На корабле повисла тяжелая тишина. Команда приготовилась к бою, и теперь всем оставалось только ждать. Сейчас все зависело от рулевых и машинистов.
— Мы передали сигнал о нападении, но помочь нам никто не успеет, — сухо доложил Шарль Малькольм. — Я ошибся.
— Не вините себя капитан[6]. Я должен был заметить их раньше, но недооценил их.
— Мои волшебники тоже ничего не заподозрили. Кунакцы оказались хитрее. Нам главное продержать до ночи. В темноте мы разорвем контакт[7] и скроемся.
Мы невольно посмотрели на корабли противника. Они уже были совсем близко, их орудия расчехлены и готовы к бою. Еще немного и они выйдут на дистанцию стрельбы…
На первые залпы противника «Сапфир» не отвечал. Сначала по нам вел огонь только передовой крейсер кунакцев. Но вскоре стрельбу открыли и другие два корабля. Наш крейсер начал лавировать, неожиданно поворачивая то вправо, то влево. Скорость из-за этого падала, но попасть в нас было сложнее.
— Почему мы не отвечаем?
— Далеко, — ответил мне Тирион.
Близкие разрывы обдавали корабль водой и осколками. Одного матроса ранило осколком снаряда, но попаданий в сам крейсер пока не было.
— Открыть огонь! — крикнул капитан.
«Сапфир» вздрогнул от залпа кормовых орудий. Рядом с первым крейсером взметнулось два фонтана. Мимо!
По нам стреляли носовые башни кунакских кораблей. Всего шесть орудий. Против них у нас было всего два орудия кормовой башни.
Я пока ничего не делал, только собирал силу и понемногу передавал её волшебникам «Сапфира». Увы, но против крейсера, я почти ничего не могу сделать. Это парусный корабль я мог бы легко и просто остановить ветром, сломать ему мачты, порвать паруса, а то и просто поджечь. Массивный стальной корабль сам по себе неуязвим для большинства моих заклинаний, а его еще и антимагический щит закрывает.
Снаряды ложились все ближе и ближе. Противник сокращал расстояние.
— Скоро накроют, — зло бросил Тирион.
Но неожиданно на носу кунакского крейсера вспыхнули клубы разрывов. На мгновение корабль закрыло облако дыма, а потом стала хорошо видна развороченная и горящая надстройка сразу за орудийной башней.
— Вот зараза! — воскликнул Тирион. — Не туда и не сюда!
Действительно. Снаряд угодил прямо между башней и боевой рубкой. Чуть выше или чуть ниже и этот крейсер вышел бы из боя. Правильно сказал Тирион — игра с судьбой.
Следующий залп накрыл нас. Один снаряд отбил щит, второй пробил его и разорвался на броне. Потом пришлось отбивать сразу три снаряда. А через пару минут все сбились со счету.
Чтобы не попасть под случайный осколок, мы ушли с палубы в боевую рубку. Её я закрыл отдельным щитом. Хотя Шарль Малькольм и сказал, что бояться нечего. У кунакцев большой дефицит хороших бронебойных снарядов, а их обычные снаряды разрываются даже при попадании в воду и не могут пробить броню.
«Сапфир» постоянно содрогался от попаданий снарядов и выстрелов своих орудий. Кунакскому крейсеру тоже хорошо досталось. Его нос был разворочен и охвачен огнем, но он продолжал гнаться за нами.
Я впервые участвовал в морском бою. Взрывы и выстрелы оглушали даже в закрытой рубке. Но офицеры и моряки оставались спокойны. Ни криков, ни ярости, ни храбрости: не было ничего из того, что было бы в окопах во время боя.