— Кто-то из людей хотел подойти к нашему лагерю, — подсказала Диана. Вот она правильно определила, что я имел в виду. — Ему древком копья сломали плечо. Приходил центурион, сильно ругался, чтобы его людей не калечили.
— Мы их предупреждали, — спокойно сказала женщина.
— Ладно, некогда мне, — я зашагал к нашему лагерю. — Аш проведаю, приготовлю пару зелий и спать.
Диана обычно за мной по лагерю не ходила, но в этот раз решила составить компанию. Мы дошли до фургона, где она остановилась, посмотрела немного прищурено, словно могла видеть сквозь ткань. Не знаю, что почувствовала она, а я едва смог определить, что внутри кто-то есть, не говоря уже про намерения.
— Подожди и посмотри, чтобы никто не мешал.
— Хорошо, — она кивнула, оглядывая площадку вокруг. Присмотрев толстую колоду, на которой недавно что-то рубили, направилась к ней.
Я стянул сапоги и сдвинул полог фургона, забираясь внутрь. Крепкая рука ухватила меня за локоть, помогая подняться. Рикарда зажгла небольшой походный магический фонарь. Удобная, но дорогая и расточительная вещица. Камень, который питал небольшой источник света, стоил как бочка лампового масла. Причём не дешёвого, чадящего и дурно пахнущего, а самого качественного. Троица женщин, отдыхающая на мягких одеялах, была одета в удобную походную одежду гильдии, то есть не в доспехи, как все остальные. Но оружие я заметил почти сразу, тройку мечей у одного края телеги и два копья с другой стороны.
— Вижу, что путешествуете с комфортом, — улыбнулся я. — Старший род вас ещё не вычислил?
— Вычислил, — фыркнула Рикарда. — Когда к нам старшие из отряда Бальсы полезли погреться и получили по рогам.
— Да? Я не заметил.
— Ещё бы, — проворчала она. — На твоём месте, я бы вообще ничего не видела. Они рядом с твоей палаткой чуть ли не поют.
— В смысле?
— Есть у них умение такое, успокаивающее. Да ты не переживай, тебя Уга закрывает, а на огненного мага… на Клаудию подобное не действует.
— Илина что-то такое про них рассказывала, — вспомнил я. — Так они ещё и поют? Интересно бы послушать.
Первой начала смеяться Пин, но сухо закашлялась, почти сразу её поддержали Фир и Рикарда.
— Ты нас позвать не забудь, мы тоже послушаем, — тщетно пытаясь сдержать смех сказала Рикарда.
— Уни, заходи, — позвал я, приоткрывая полог. — Давай, не пускай сырость и холод.
Она передала мне сумку, затем ловко забралась следом. Места внутри хватало, чтобы разместиться и не мешать друг другу, даже учитывая, что Пин лежала, укрытая тёплым одеялом. Рикрада положила на мягкий пол толстую деревянную доску, гладко отполированную, покрытую по краям необычным узором. Локоть в длину и немногим меньше в ширину, доска имела углубления по бокам.
— Ух ты, необычная вещица, что это? — заинтересовался я.
— Что было раньше — не знаю, теперь это походный стол, письмо написать или что-нибудь поставить, — в доказательство своих слов, она установила подставку для чайника, покачала, проверяя устойчивость. Следом пошёл пузатый медный чайник.
— А ещё одного столика нет? — спросил я, разбирая травы в сумке.
— Придётся подождать или режь на коленке.
Эту подставку сделал для меня Матео, по специальному заказу. Магические камни она пожирала как настоящий демон, но и воду грела так же быстро. Я успел вынуть несколько небольших конвертов с травами, а чайник уже зашумел. Последним ингредиентом шёл продолговатый кривой корешок, по форме напоминающий скрюченный палец, с кучей мелких волосков и отростков. Я положил его на край столика, Фир протянула мне нож.
— Стой! — вмешалась Гуин, даже за руку меня схватила. Фир прищурилась, прикидывая, стоит ли шлёпнуть её по руке, чтобы не мешала. — Что ты хочешь сделать?
Гуин всё же отпустила мою руку, с опаской покосившись на тас’хи.
— Хочу порезать корешок. Нужно ровно шесть грамм. Не переживай, сделаю это достаточно точно, даже без весов. Или думаешь его можно чем-то заменить?
— Его нельзя резать! И он ядовит. Точнее, кора ядовита.
— Так мы её срежем.
Гуин требовательно протянула руку, забрала корень. Взяв пестик от ступки, она приложила корешок к борту повозки и надавила до хруста. Прошлась по всему корню, немного размяв его, затем ловко сняла кору, оставив шесть длинных волокон. Разделила, поскоблила ножом.
— Одной жилы будет достаточно, — Уни протянула их мне. Забрав пакетик, положила туда кору. Она действительно была ядовита, но использовалась в десятке разных настоев, один из которых неплохо сводил лишаи и бородавки. — И резать ножом волокна нельзя, только испортишь.