— Не помню из твоего рассказа, чтобы те асверы смогли ранить мага, — сказала Бристл. Покосилась на Илину, раздумывая под каким бы предлогом выставить ее из шатра.
Я уселся на кровать и принялся развязывать кожаные ремешки сандалий. Илина чувствовала намерения Бристл не хуже, если не лучше, чем я. Но, и ухом не повела, лишь чуть приоткрыла глаза, посмотрев на меня вопросительно.
— Видишь ли, тот маг убил не просто двух полудемонов. Их благословила Уга.
— И? Это имеет какое-то особое значение?
— Они были…, — я посмотрел на Илину и та едва заметно кивнула. — Единственными и первыми за много-много лет, кого она благословила. Сказать, что Уга рассердилась, значит, ничего не говорить. Она в ярости. Это как убить высшего жреца Зиралла, или старшего последователя Светлобога.
— Так себе сравнение, — хмыкнула она. — Но, суть я уловила. И что его ждет? Язвы по всему телу, слепота, гниение заживо?
— Могу только догадываться. Если я прав, то все сразу. Напрасно не веришь, — я, наконец, справился с сандалиями. Потянулся, чувствуя, как по предплечью скользит ограничитель. — Надо будет с магами легиона поговорить завтра.
Илина встала, сказала короткую фразу на языке асверов и вышла, плотно закрывая полог шатра.
— Что она сказала? — спросила Бристл.
— Не обращай внимания, — я улыбнулся, взял за руку Бристл, усаживая себе на колени. — Уловил только желание сказать что-то язвительное и обидное.
— Да? — она бросила на полог загадочный взгляд. — Я тоже кое-что… уловила.
Утро в лагере легиона начиналось едва ли не до рассвета. Шум и крики сотен голосов, ржание лошадей, металлический лязг и глухие удары. Все это разом выплескивается на тебя как вода из таза. И хоть это уже не первый день, привыкнуть к такому сложно.
Проснувшись, я покосился на кровать, лежащую на боку. Не такие они уж удобные. Узкие, жесткие и совершенно не предназначавшиеся для более чем одного человека. Пришлось стелить на полу. Бристл, хоть и любила поспать подольше, уже смоталась, не удосужившись разбудить.
Встав и критически оглядев ворох одеял и одежды, потратил немного времени, чтобы все убрать. Вернул кровать в изначальное положение. Судя по ощущениям, на улице у шатра дежурили Большая и Сор. Если магов я мог чувствовать на небольшом расстоянии, как некие источники силы, то асверы ощущались совсем иначе. Время от времени на секунду я мог уловить проскальзывающие эмоции. В основном как одна или вторая тас'хи намериваются прикончить какого-нибудь легионера, неосмотрительно проходящего слишком близко.
К тому времени, когда я вышел из шатра, ажиотаж и шум почти спали. Последние из легионеров бежали вдоль рядов палаток, спеша присоединиться к утреннему построению. Каждое день, сразу после рассвета они собирались недалеко от холма, чтобы получить назначение на работу или тренировку.
— Доброе утро. Как дела?
— Все хорошо, — ответила за двоих Большая.
— До сих пор без оружия, — улыбнулся я, кивая на Сор.
— Мариз хочет вернуть ее в подвалы, — выдала Большая, демонстрируя узкий клинок в петле на правом боку. Сама она пользовалась чуть более тяжелым и широким мечом, закрепленным в петле слева.
Мы одновременно посмотрели на женщину, которая делала вид, будто мы погоду обсуждаем, а не ее.
— Слушай, я тут видел недалеко пустую площадку, — перевел я тему, показав в сторону западной части лагеря. — У меня с утра такое чувство, что если я не пробегу десяток километров или не задушу дикого буйвола голыми руками, то лопну. Может, потренируемся немного?
Лицо Большой засияло, как у ребенка во время праздника, когда ему сказали, что сейчас будут подарки дарить. Она положила мне руку на плечо, наверняка чтобы не сбежал или не передумал.
— Потренируемся.
Вот, много ли человеку, точнее демону надо для счастья? Кому-то достаточно просто помахать тяжеленой железкой. Ну, может не одному, а в приятной компании. Глядя на ее улыбку, я подумал, что это неплохое начало для нового дня.
Не знаю, для чего использовали площадку, которую я приметил вчера, но она была хорошенько утоптана, очищена от травы и камней. С одной стороны ее полукругом огибали четыре крупных телеги. Крепкую ткань, которой укрывали груз, растянули, превратив в навесы, в хаотичном порядке раскидав под ними небольшие ящики. Этакий закуток для тихих посиделок в теньке.
С площадки хорошо просматривалось место у подножья холма, где легионеры под крики командиров начали выстраиваться в своеобразные коробочки. Это те, кому посчастливилось остаться на тренировку. Полдня на солнцепеке, их выносливости можно было только позавидовать. Остальные уже потянулись обратно. Им придется заниматься доставкой в лагерь воды, кормить животных, чинить снаряжение или банально убираться в лагере.