Черный круг на холсте на секунду замер, затем вниз от него потекла краска, чтобы обозначить еще один круг, меньшего размера. Еще немного и из большого круга в стороны подались восемь черных изломанных линий. Рисунок стал напоминать странного паука. Его ноги продолжали удлиняться, образуя восемь замысловатых рун по контуру холста. Цвет с волос женщины окончательно сошел на холст, и она обессиленно опустилась на пол. Теперь она выглядела древней старухой. Лицо покрыто глубокими морщинами, бледные губы и глубоко впалые глаза. От прежней привлекательности не осталось и следа.
— Я не уйду к тебе, — слабо прошептала женщина. — Я недостойна этого. Хрум примет меня. Мириана…
Жизнь оставила женщину. Я криво ухмыльнулся, чувствуя злость Зиралла. Его жрица предпочла отдать себя на растерзание демону, как когда-то это сделала Мириана. Вот только гнев Пресветлого бога никто не услышал. Ни сотни его жрецов, ни люди, находящиеся в самом центре святилища. Смертные жадно пожирали глазами полотно. Из-за спины правителя выскочил мужчина в серой мантии. На его правом плече красовались сразу две ленты указывающие на степень магистра. Чуть ниже знак принадлежности к Совету магов. Он подбежал к полотну, вглядываясь в каждую руну. Впервые в жизни старый маг увидел чудо. Что-то выходящее за грань его понимания. Я отчетливо почувствовал его желание бежать в лабораторию и изучать, экспериментировать.
Свет начал меркнуть. Сначала исчезли люди, потом очертания комнаты. Последним исчез холст. Я подумал, что это конец видения и сейчас меня выкинет, но тьма не хотела рассеиваться. Мне привиделось, как Илина надрезает знакомый корень с резким, противным запахом, сует его мне под нос. Вот только Уга хотела показать еще что-то. Что-то важное…
Очнулся я в лечебном покое в гильдии асверов. Не ожидал оказаться именно здесь. Может, у них просто закончились все свободные комнаты? На соседней кушетке сидели старейшина Сома и Сор. Они о чем-то негромко разговаривали. А я все гадал, на кого похожа бывшая тас'хи. Впервые я увидел на ее лице приятные теплые эмоции. Так она выглядела гораздо симпатичнее. А то постоянно смотрит на тебя глазами мертвой рыбы. Интересно, что ей рассказывает Сома, что она так мило улыбается?
— Привет, — я сел, когда они заметили, что я очнулся. И едва не кувыркнулся с кушетки. Помещение поплыло перед глазами.
Сама и Сор уже стояли рядом, поддерживая под руки. Я успел заметить только два смазанных силуэта, так быстро они переместились ко мне.
— Так, спокойно, я в порядке, — сказал я, пытаясь совладать с медленно вращающейся комнатой пред глазами.
— Видим, — Сома заглянула в глаза и с силой вернула в горизонтальное положение.
— Долго я без сознания провалялся?
— Ночь и полдня. Час после полудня минул.
— Долго. Уважаемая Сома, не могли бы вы собрать старейшин. У меня есть, что вам сказать.
— Торопишься, — с укоризной сказала она.
— Есть немного, — не стал отрицать я. — Спешу, пока вы не натворили глупостей.
— Молодой мужчина вздумал поучать старших? — она рассмеялась. — Но тебя я выслушаю с удовольствием. Скажу им, что ты пришел в себя.
Она не спеша вышла из комнаты.
— Сор, помоги мне, — с ее помощь я вновь сел. Голова еще немного кружилась, но уже не так сильно, как минутой раньше. — Одежда моя где?
В лечебный покой вошла Илина, оставив в дверях Диану и любопытную Вьеру. Удивительно, что молодая девчонка умудрилась вписаться в эту компанию, ничуть не боясь тас'хи.
— Как себя чувствуешь? — спросила Илина.
— Нормально. Если не считать синяка на боку. Даже догадываюсь от чьего плеча, — я улыбнулся. — Как сами? Благополучно ушли?
— Когда ты забрал записи, сработали сигнальные чары, — сказала она. — Пришлось отступать с боем. Нас никто не сможет опознать, не беспокойся.
Я недоверчиво посмотрел на нее, но она даже бровью не повела. Сор подала одежду.
— Кушать хочешь? — спросила Илина.
— Нет, спасибо, мутит от одной мысли о еде. Уга меня скоро в могилу сведет своими видениями. С каждым разом это становится все более… кхм… неприятно.
— Ты снова начал называть ее по имени, — подметила она.
— Ну-ка, кто из вас самый нормальный… Сор, назови Великую мать по имени. Это не просьба, а приказ, — сказал я жестче, видя ее замешательство.
— У…, — начала она и осеклась.
— Сложно да, — хмыкнул я. — Что, думаешь, что осилишь? — я хитро улыбнулся, посмотрев на Илину.