— Надо пару отобрать, чтобы семена прорастить, — Эвита расковыряла корешок, вытащила тоненькую красную жилку, откусила от неё. Одобрительно покивав, отложила его, затем достала продолговатый корень волыночника. Приложив к носу, глубоко вдохнула. — Хороший запах.
— Помогу, — сказала Илина, прочитав намерение старой травницы. — Твоим криворуким ученицам я такое не доверю.
— Ещё бы я их допустила, — фыркнула Эвита. — А это что?
Следующим она вынула из корзинки скрюченный корешок.
— Госпожа Диас сказала, что знает хороший способ сушки, чтобы корни не теряли полезных свойств.
— Спроси, как она это делает, — очень серьёзно сказала Эвита, изучая высушенный корень. — Когда я училась у старой змеи Шашаг, гордыня не дала мне войти в их теплицы. Берси, запомни: не совершай моих ошибок. Не позволяй гордыне лишить тебя знаний. Всё ненужное просеется, уйдёт, как песок через сито, знания останутся.
— Я запомню, — пообещал я, показал на корзинку. — Здесь только та часть, рост которой ускорили. Остальные скоро созреют. Имейте в виду, я рассчитываю продать их. И не надо на меня так смотреть. Оставьте ровно столько, сколько нужно. А месяца через два подоспеет ещё одна партия.
— И это пойдёт людям? Магам?! — Эвита даже придвинула корзинку поближе к себе, показывая, что без боя она её не отдаст.
— Мы уже говорили на эту тему, — вздохнул я. — Вот как вам объяснить? Клянусь именем Великой матери, что не хочу ни помогать магам, ни лечить искалеченные магическим загрязнением тела́. Всё, что я делаю, выгодно только асверам. И для людей эта «помощь» может обернуться огромными проблемами, а не благом.
— И люди пойдут на подобное? — недоверчиво прищурилась она.
— Не то, что пойдут — побегут. Обгоняя друг друга. И будут нести золото, — видя, как женщины нацелились на корзинку, я понял, им сейчас не до меня. — Пойду, поговорю с Рикардой.
Я вышел в коридор, где меня ждала Ивейн. Это она так пряталась от старух, которых я видел в холле. Достали девчонку. Если вдруг они своего добьются, взвоют ведь. С её-то характером, она их и в хвост, и в гриву гонять будет.
— Игнорируй их, — я положил руку ей на плечо. — Бери пример с Дианы. Не в том смысле, чтобы бить их, а просто делай вид, что не замечаешь.
— Они бабушке пожаловались, — проворчала она. — Письмо ей утром отослали. Завтра ответ должен прийти. Она ведь не поленится, приедет, — девушка вздохнула.
— Глупая. Знаешь, что ждёт от тебя Старая Вейга? Чтобы ты стала самостоятельной. Умела принимать сложные решения. Сама, без чьей-то подсказки. Спорю на что угодно, что вместо того, чтобы приехать, твоя бабушка будет долго смеяться, читая их жалобы. А потом напишет тебе письмо, в котором спросит: «Почему моя любимая внучка не слушается старших? Совсем от рук отбилась», — передразнил я голос Старой Вейги. — И от того, что ты ей напишешь, будет зависеть то, станет ли она гордиться тобой, или ей действительно надо приехать, чтобы тебя защитить. Понимаешь?
— Ты в этом уверен? — недоверчиво спросила она. — Ты же не знаешь бабушку. Она хоть и старая, но попробуй с ней поспорь. Всё происходит только так, как она того хочет.
— Уверен, уверен, — покивал я. — Пойдём, надо поговорить с Рикардой.
— Постой, — она неуверенно и смущенно чиркнула носком сапога по полу, опустила глаза. — А что написать, чтобы она… гордилась?
— Боишься обидеть резким словом, — догадался я. — Нет уж, думай сама. Могу прочесть потом — сказать, как получилось.
— Не надо, — она покачала головой. — Спасибо.
Я улыбнулся и зашагал по коридору. Караулившие Ивейн старухи, коих собралось уже трое, провожали меня недовольными взглядами. Надо не забыть спросить Вьеру, достают ли её подобными предложениями.
В приёмной Рикарды было пусто, а из-за приоткрытой двери слышался её голос.
— И куда ты собралась ехать?! Скот пасти? — звучал голос главы гильдии. — Нет у тебя совести. На неделю, на одну неделю останься, а потом мы поговорим ещё. Я же без тебя как без рук.
Я хмыкнул, заходя в кабинет. Внутри, как и ожидалось, была хозяйка кабинета и её заместительница Кларет.
— Вам бы всё над кем-нибудь поиздеваться, — укоризненно сказал я. — Устроили спектакль одного актера.
— О, Берси? Ты чего так поздно? — наигранно удивилась Рикарда. Она сидела за столом, на котором была расстелена карта города.
— Кое-что привёз для Эвиты. Скажите, как вы меня почувствовали? Я так плохо прячу своё присутствие?