Галера не слишком располагала к комфортному путешествию по Империи, но специально для благородных господ на верхней палубе установили два небольших шатра. В одном поселили Эстефанию и Клаудию, другой предназначался для меня. Асверам же придётся провести несколько дней на верхней палубе под открытым небом. Несколько благородных мужчин, которых подобрала Эстефания себе в помощь, путешествовали на второй галере, в точно таких же шатрах. Я с ними познакомился накануне. Один из них долгое время работал управляющим делами на серебряных рудниках, второй был личным помощником герцога по торговым делам. Последний мужчина с Лоури раньше не работал, но его характеризовали как отличного счетовода. Как я понял, он был мастером составлять непонятные отчёты и сводить доходы с расходами.
Чуть не забыл сказать о ещё одной проблеме. Хотя как тут о ней забудешь. Она привлекала внимание портовых рабочих и простых горожан, толпившихся у причалов и тыча в нашу сторону пальцем. Слухи по городу распространялись с такой скоростью, что самый последний нищий давно знал, что герцог Хаук приютил у себя огромную чёрную собаку. Монстра, питающегося людьми, которых для него ловят асверы. Аш имела опыт путешествия по великому морю, но перевозили их в глубоких трюмах. А тут ей выпала возможность пройтись по широкой и полноводной реке на верхней палубе. И её это не радовало. Ворчала она по этому поводу не хуже самого вредного из людей.
Закончив погрузку, Южане дружно навалились на весла и под ритмичный бой барабана мы двинулись в путь, подгоняемые течением реки. Городские мальчишки пару кварталов бежали за нами, махая руками и крича что-то про большую собаку на палубе. По городу мы шли почти час. Затем вышли на широкую часть реки и гребцы прибавили ход. Любуясь проплывающим мимо пейзажем, я удобно устроился на палубе, облокотившись о горячий бок Аш.
— Герцог?
— А, Бран, садись, — я показал на расстеленное одеяло напротив, где пару минут назад сидела Ивейн. — Аш неспокойно рядом с большим количеством воды. Боюсь оставить её одну.
— В той стае, что спалила наш город, псы были побольше, но не такие страшные, — сказал он, усаживаясь. Достал из кармана небольшую серебряную коробочку, вынул тёмно-коричневый корешок и принялся жевать.
— Как целитель хочу сказать, чтобы ты не злоупотреблял этой дрянью.
— Знаю, — проворчал он, поморщился. — Это так, чтобы мысли собрать в кучу.
— Насчёт псов, там, скорее всего, были самцы. У них морда на собачью больше похожа. Аш ещё маленькая. Знать бы как быстро она растёт…
— Откройте секрет, как Вам удалось её приручить?
— Это ничего не даст. Их не осталось в Империи. Но если у меня получится их развести… — я хитро улыбнулся не договорив. — Надеюсь, ваши люди не хотят навредить ей, пытаясь отомстить?
— Животине-то? — Бран даже удивился. — Мстить надо не лошадям и собакам, а людям.
— Так о каких делах Вы хотели поговорить со мной? — спросил я, проследив, как от повозки, где мы хранили запасы еды, подошла Илина. Она проигнорировала Брана, сев рядом со мной, но подальше от горячего бока Аш.
— Провинция Лоури, а именно бароны, занимающие там землю, вряд ли будут лояльны Вам. А новому герцогу нужна сила, на которую можно опереться. В этом мы можем друг другу помочь. Нам нужна земля, Вам — верные люди.
— В провинции есть свободная земля? — удивился я.
— Вряд ли, — он криво улыбнулся. — Есть бароны, которые не ценят землю, доставшуюся им в наследство. Вдоль провинции протянулись две широкие реки, по которым можно попасть почти в любую часть Империи. Их контролируют четыре барона. И с любым из них может случиться беда. Внезапное нападение бандитов или моровое поветрие.
— Ага, я понял, что именно нужно. Сколько же людей под твоим началом?
— Почти три тысячи, — сказал он, что-то прикинул в уме, кивнул. — Четыре сотни крепких мужчин и их семьи. Мастеровые, ювелиры, кожевники. Всё что осталось от небольшого города и трёх посёлков.
— Так ведь иноземцев выбили из Империи. Там же ваша родовая земля. А город и посёлки можно отстроить.
— С земли там прокормиться нельзя, — сказал он. — Империи сейчас не до нас, и легионы ушли в крепости. Поэтому эти земли будут грабить и жечь до тех пор, пока будет что грабить и жечь.
— А где сейчас ваши люди?
В Империи с беженцами и переселенцами поступали очень строго. Без разрешения герцога люди не могли уходить со своих земель. И именно он должен был решать проблему Брана. Герцог Сагрэдо показался мне вполне адекватным человеком, разбирающимся в том, как живёт юг. Оставшихся без крыши над головой жителей провинции он бы приютил в других городах. Но тут вставал вопрос о том, хотели ли южане, недолюбливающие Империю, расселяться по другим городам и уходить в подчинение другим баронам. Если эти три тысячи человек шли за своим князем, становясь преступниками для Империи, это многое говорило о них.