— Тогда заходи, всегда тебе рады, — она ободряюще улыбнулась.
До кабинета Рикарды я шёл неспешно, думая о разном. Вот вернётся Бальса, я ей всё выскажу. За самоуверенность. Можно же было меня послушать?
— Берси? — голос Рикарды окликнул меня ещё на подходе к её кабинету. Она шла с другой стороны, неся в руках кипу бумаг. — С чем связан этот смурной вид? Похмелье?
— Вы же сказали, что получали моё письмо.
— Которое мне передал Хорц. Лично, замечу. А, ты про посыльных, — она неодобрительно покачала головой. — Не стой, заходи, раз пришёл.
Рикарда прошла к столу, сгрузив документы в большую кучу.
— Мы выяснили, кто это был, — сказала она. — Это оказалось не сложно. Они снимали три комнаты в гостином дворе недалеко. Их видели крестьяне. Всех, кроме троих магов, нашинковал в салат лидер Кровавого культа. Оставшиеся в живых сейчас в столице. Один уже исчез, за остальными следят. Я пока думаю, сказать им, чтобы они побоялись немного перед смертью, или просто убить. Вылетело из головы вчера, прости.
— Это я должен просить прощения, что не отговорил их. Я догадывался, что послание перехватят. Даже написал его рунами асверов. Криво и нескладно получилось, наверное.
— Там было что-то важное? — спросила она.
— Нет. Теперь уже нет. А может этих магов сдать Вильяму? Чтобы он их посадил в тюрьму для магов? Поговорю с ним, чтобы упёк их в самый дальний угол подземелья.
— Зачем? — она спокойно посмотрела на меня. Но если бы рядом был тот, о ком мы говорили, и услышал её, он бы сам побежал требовать, чтобы его посадили в тюрьму. — Они ещё могут послужить нам в подвале.
Я кивнул, соглашаясь с таким исходом.
— Вот тут, — передал ей свиток, — документы на груз зерна в порту. Герцог Кортезе всучил. Думаю, как взятку.
— Зерно? — она развернула свиток.
— Может быть, за разумную плату капитан галеры согласится отвезти его к холодному мысу? Это выйдет дешевле, чем снаряжать караван из телег. Не хотите сами есть, скормите скоту. Главное — зерно забрать. А Кортезе я помогать не стану, чтобы знал в следующий раз чем взятки давать.
— Как знать, — задумчиво Рикарда. — На зерно этой осенью спрос будет большим. На юге война, половина пахотных земель залита кровью. Месяца через три его можно будет выгодно продать в столице. Но, — она отложила свиток, — зерно мы заберём. А ты не будь слишком беспечен в общении с герцогом. Его даже торговая гильдия боится. Они позволяют себе щёлкать по носу герцога Блэс, но когда слышат имя Кортезе, становятся тихими, как мыши в амбаре. По городу ходят слухи, что он приготовил неслыханно-богатое приданое для своей племянницы Агны. Это не женщины Блэс. На слух о богатом приданом в город сбегаются бароны и отпрыски герцогов со всей Империи. В Ближайшие месяцы на балы, где будет появляться Агна приглашения будет не достать. Эта девушка талантливый и потомственный маг. Пусть она не родная дочь Иларио, для неё он денег и земель не пожалеет.
— Я понял, спасибо, что предупредили.
— И ещё. Брат герцога, отец Агны — один из приближенных советников Вильяма. Но об этом знают только трое. Я, сам Вильям и Хорц. Император не хочет афишировать его, потому что, возможно, тот имеет доступ к дворцовым тайнам. Я это говорю для того, чтобы ты не был легкомысленным. В последнее время ты этим сильно грешишь.
— По поводу легкомыслия. Можно в гостевом доме на территории гильдии поживёт одна женщина из рода оборотней?
— Зачем? — лаконично спросила Рикарда.
— Проблема в её родителях, смешении крови, и том, что я обещал ей помочь.
— Ничего не поняла.
— Эта девушка умеет превращаться в страшного монстра. Мне её просто некуда деть. Не могу же я оставить её без присмотра на каком-нибудь постоялом дворе.
— Стало ещё более непонятно. Ты сейчас серьёзно? — спросила она, на что я активно закивал. — Ладно, пусть остаётся. Только если её прирежут тас’хи, не вини меня.
— Это не проблема. И ещё я обещал Эвите, что Вы смените гнев на милость по отношению к ней.
— А, этот старый репей, — Рикарда даже поморщилась, — решила лезть в политику и отношение между родами, не имея в этом и толики разумения. Пусть она мне отчёт по каждой потраченной медяшке предоставит для начала. А уже потом будет «думать», как было бы лучше, — передразнила она её голос. — Не переживай, Берси. Пока от неё больше пользы, чем вреда, ничего я с ней делать не стану. Так, немного встряхнула, чтобы старую пыль сбить. Это если говорить между нами. Но имей в виду, в отношении с подчиненными надо быть строгим и справедливым. Сделал он что-то хорошее — похвали. Поступил опрометчиво — поругай. А если он не понимает, что делает, сначала объясни, а потом всыпь как следует. Чтобы думал, прежде чем делать. Иначе слушать и воспринимать как старшего никто не станет.