— Зимой положено ходить в теплых сапогах, — сказал мужчина. — А не в домашних тапках. И не в платье, а в чем-нибудь менее промокаемом и теплом.
Рядом с камином на двух стульях лежало удобное, но простенькое повседневное платье и изысканный камзол с золотым шитьем. Друг напротив друга, словно он заглянул в гости к возлюбленной, чтобы согреться и выпить чашечку чая.
— Матео знает, что ты здесь? Он, наверное, по всему лесу тебя ищет.
Тали демонстративно отвернулась, уставившись в огонь. В комнате ощущалось присутствие еще кого-то. Холодное и острое, словно к горлу приставили клинок.
— Ты снова пойдешь? — раздался женский голос. — Может, побудешь с нами?
— Надо, — вздохнул он. — Я вообще не понимаю, у них там траур или праздник? Нарядились все, как на балл, улыбаются, смеются. Такое ощущение, что они бабушку не хоронят, а справляют ее сотый день рождения.
— Ты слишком раздражен, — заметил женский голос. Тали мысленно закивала, поддерживая ее. — Поэтому и предлагаю остаться.
Тали все же повернулась в ту сторону. В углу комнаты, в кресле сидела рогатая женщина-демон. Обманчиво ленивая поза, тяжелый взгляд, которым можно дыры в стенах прожигать.
Мужчина не ответил. Вытер руки о небольшую тряпочку, затем переставил стул, сев рядом с Тали. Закатал рукав и протянул руку.
— Кусай, — ответил он на ее вопросительный взгляд. — Вижу, что хочешь.
Тали пожевала губами, сглотнув слюну, посмотрела ему в глаза и отвернулась. Она, действительно, хотела, жаждала его крови. Но то, как он предложил… Умирая от жажды, она бы не согласилась. Он что, считает ее клопом? Комаром!? Что это за выражение лица? Хорошо хоть в этом взгляде не было сочувствия или жалости. А то она ушла бы сию секунду. Нет, сначала бы расцарапала ему лицо, а потом ушла.
— Как хочешь, — он пожал плечами, вызвав в ней еще одну волну негодования. — Я зайду вечером. Если захочешь, Иль сделает тебе чай, — сказал он, бросив взгляд на демона. — Хотя нет, зайду сразу после обеда. Принесу пирогов разных. Пообедаем вместе.
Надев все еще мокрый камзол, он ушел. Пару минут Тали лежала глядя в одну точку на потолке. Вынув руку из-под одеяла, она посмотрела на тонкие пальцы. Словно скелет обтянули бледной кожей. Легкое движение ладонью и перед ней в воздухе разлилось серебро в золотом контуре. Когда импровизированное зеркальце замерло, Тали тут же развеяла его. Ей хватило одного взгляда на собственное отражение.
В это время на втором этаже в одну из спален вошла Илина. Следом за ней просочилась Большая, от которой за милю разило любопытством. Точнее более серьезным его аналогом. Обе женщины посмотрели на Луцию, сидевшую в кресле с закрытыми глазами.
— Хоть что-нибудь…? — спросила Илина на языке асверов, проходя к кровати.
— Ничего существенного, — ответила Луция, открыв глаза. Она принялась растирать виски, хмурясь от колющей головной боли.
— Зачем-то она ведь пришла? — Илину раздражал тот факт, что она совершенно не чувствовала гостью. Словно в доме никого нет. При этом она могла с точностью до метра указать, где прятались молодые оборотни, следившие за гостевым домом или просто прогуливающиеся мимо. А если напрячься, могла почувствовать большую часть гостей в главном имении.
— Я не могу выделить четкого намерения, — неуверенно сказала Луция.
— А нечеткие?
— Она хочет подсмотреть что-то…. Подглядеть.
— Что подсмотреть? — не поняла Илина.
— Сходи и спроси.
— Хорошо, пусть так. Что-нибудь агрессивное, недоброе? Ну и как его защитить, если он сам тащит в дом опасных тварей?
— Может, если быть с ней в добрых отношениях, то будет легче контролировать, — неожиданно высказалась Большая. Женщины удивленно уставились на нее.
— Мысль толковая, но…, — Луция покачала головой.
— Для начала надо придумать что-нибудь, чтобы она не ходила по дому без одежды, — сказала Илина, показывая взглядом на приоткрытую дверь. При этом никто не заметил, когда это произошло. Ведь Диана, заходя, плотно закрыла за собой дверь.
До обеда оборотни устроили некое подобие званого приема. Легкие закуски, обилие вина, непринужденные беседы. Женщины соревнуются дорогими платьями и прическами. Мужчины, кто помоложе, пытаются казаться важными. При этом и те и другие хотят обратить на себя внимание противоположного пола.
Когда я вошел в бальный зал на втором этаже, меня тут же подхватила под руку Бристл, словно караулила у входа.
— Думала, ты не придешь, — шепнула она.