— Не восстановилось?
— …., — она закивала, сказав что-то одними губами.
За столом разговоры велись самые обычные, только на языке асверов. Они сначала косились на Тали, но потом немного расслабились. Я пытался вникнуть в разговор Луции и Мариз, но они говорили слишком быстро, чтобы уловить смысл. А еще я отметил, что Луция говорит намного чище. Намерения у нее проскальзывали яркие и четкие. А вот Мариз разговаривала, словно с акцентом. Не замечал раньше подобного.
На вопрос Илины я рассказал, как проходит собрание у оборотней. Упомянул, что вечером они все примут облик волка и толпой пойдут к семейному склепу. Дальше разговор зашел о том, как своих умерших хоронят асверы. Оказалось, у них все происходило тихо и скромно. Семья или близкие друзья, если родных в живых никого не оставалось, сжигали тело. Затем собирались за столом, чтобы почтить его память и спеть прощальную песню.
— Вы поете? — удивился я.
— Берси, — Илина посмотрела на меня как на умалишенного. — Все народы поют. Люди, оборотни, вампиры.
— Но, поющие демоны, это… все, все, я пошутил, прости. Тали, а ты любишь петь? Представить себе поющего Матео я как-то не способен.
Она расплылась в улыбке, обнажив клыки. Зрелище не столько милое, сколько пугающее. Может мне показалось, но сейчас она выглядела несколько лучше, чем утром. Синий цвет вокруг глаз почти полностью исчез, а губы едва заметно налились. Она ткнула себя пальчиком в грудь и кивнула.
— Ага, стоит только вспомнить, — сказал я. — Брат твой идет. Причем с такой скоростью, словно его из катапульты запустили. Нет, Мариз, за оружие хвататься не надо.
Тали посмотрела на меня вопросительно и удивленно. Пару раз моргнула и рассыпалась ворохом золотых пылинок. Причем платье тас'хи унести с собой не смогла, и оно просто опустилось на стул. Секундой позже в дверь постучали. Я прошел к двери, открыл. На пороге, действительно, стоял Матео. Немного взъерошенный и несобранный.
— Привет. Проходи.
— Что у вас так темно? — он вошел, огляделся, втянул носом полную грудь воздуха. — Здесь была Тали?
— Была. Ты проходи в гостиную. Мы как раз обедали. Пирога хочешь?
— Давно? Тали, в смысле, была?
— Да только что. Как услышала, что ты идешь и пуф, — я сделал жест руками, — рассыпалась золотой пылью.
Он сказал что-то на незнакомом языке. Судя по тону, наверняка ругательство. Вошел в гостиную, огляделся. На асверов не обратил внимания, как будто и нет их тут.
— Друг, ты прости, если она доставила тебе проблем.
— Какие проблемы, — отмахнулся я. — Пришла утром, немного отогрелась, вон, чай с шиповником целую кружку выпила.
Матео сел за стол, устало, но с явным облегчением, выдохнул. Посмотрел на платье, на котором остались две крошечные золотые пылинки. Илина хищно прищурилась, нацелившись на них. Сейчас они занимали ее даже больше, чем Матео.
— Не заметил, как она исчезла, — сказал он. — Можно мне чаю горячего. А то замерз немного.
— Конечно, — я налил ему большую кружку. Поставил рядом вазочку с медом. — Да клади весь. У нас еще целый бочонок на кухне.
— Тали всегда умела скрываться лучше других.
— Там это, — я сел напротив, — паники в рядах оборотней не намечается? А то их целое поместье, вон.
— Почуять не должны…
— Вы что, поссорились? — спросил я после недолго молчания.
— Нет. Она просто сбежала. Я понимаю, замок долго стоял без хозяина и из нормальных комнат только покои тети. А без артефакта Жака теплая только гостиная…, — тихо добавил он, затем выпрямился, словно что-то вспомнил. Посмотрел на меня пристально. — Так, мне надо идти. У тебя все получится.
И с этими словами он растворился, как и его сестра. Золотая пыль закружилась и метнулась в сторону двери, чтобы просочиться в щель под ней.
— Что это было? — озадаченно спросил я у Илины.
— Минус одна проблема, — ответила она, осторожно наклонившись над черным платьем, чтобы собрать с него пылинки. — Стой, не двигайся! Даже не дыши.
Из коридора выглянула Тали, смущенно вытянула руку, показывая на платье, и нырнула обратно. Во взгляде Илины отразились боль и отчаяние.
— На ночь останешься здесь? — спросила Илина, оторвав меня от чтения.
Пытаясь сбежать от тяжелых мыслей, я погрузился в учебу. Сначала читал ее записи по языку асверов, потом лекционный материал третьего курса. Асверы не самые лучшие собеседники и коротая время с ними в одном доме легко можно помереть от скуки. Тали весь оставшийся день изображала мумию, забравшись с ногами в кресло у камина и, казалось, даже не дышала. Следила только за всеми взглядом.