— Да ты в рубашке родился, парень, — покачал я головой, выражая своё удивление. — Поразил, честно признаюсь.
— Ага, в мотоциклетной… мм, — он попытался приподняться и тут же осел обратно в грязь. — Нога, блин.
Ногу ему прострелили в двух местах, причём одна из дробинок — судя по глухой ране, так и осталась в мясе и как бы не повредила кость.
— Ничего, Ро мигом поднимет на ноги, и Жанна своими травками поможет поскорее выздороветь, — успокоил я его, — ну-ка, хватайся за мою шею, поджимай ногу и попрыгали наверх.
Глава 17.
— Это хороший повод сбросить пар людям, расслабиться. У нас за всё время ни одного праздника не было, зато поминок — полно. Считаю, что Максим прав был, когда предложил и настоял на этом, — сказал Медведь.
— Мужики передерутся, — вздохнул Стрелец.
— А ты на что?, — заметил ему собеседник. — Федь, если хотел вместе со всеми оторваться, то забудь. Начинай привыкать, что ты теперь один из лидеров. Начальник! Отдыхать можешь тихо и степенно, в кругу таких же, как ты. Можно со своими отдельными подчинёнными, младшими командирами, но и там не нажираться до соплей, чтобы потом не краснеть, когда будут рассказывать: а шеф-то наш совсем пить не умеет, в последний раз встал на четвереньки и кричал, что он ослик Иа. Это я так, к слову.
— Да у нас тут почти первобытно-общинный строй, Медведь, — возмутился Федька, — какое разделение на лидеров и начальников?
— Что-то я смотрю, ты от зубной щётки не отказался, шкуры не носишь и даришь своей женщине не удар дубины по голове, а цветы и парфюмерию?
— Ну, мы же цивилизованные люди, — смутился Стрелец.
— Вот и веди себя, как цивилизованный человек, не забывая о тех знаниях, которые накопило человечество.
Разговор начался неспроста. Перед нами в центре посёлка стояли рядами широкие столы и лавки, на которые женщины носили тарелки, кастрюльки, миски и прочую посуду с нехитрой едой. В холодной землянке ждали своей очереди крепкие напитки, но кое-что уже было выставлено сейчас. Праздновали сегодня дни рождения у восьми именинников, тех, у кого были недавно эти праздники.
Предложил идею я. Сделать так, чтобы раз в месяц мы поздравляли людей, кто справил за прошедший месяц свой день рождения, либо ещё какой-нибудь юбилей. Ту же годовщину свадьбы, к примеру (уверен, что скоро такие мероприятия у нас пойдут волной, дай только чуть-чуть сильнее обжиться и научиться справляться с опасностями без потерь для себя). Через месяц вновь и так далее. Пусть будет у нас такая традиция. Так людям проще будет, легче, да и сплотятся крепче.
Почему Стрелец дулся и хмурился, и приходилось Матвею читать нашему главнокомандующему нотации? Так он чуть ли не в первых рядах хотел открыть сезон коктейля «Три поросёнка». А тут приходится стать первым среди наблюдателей за порядком. Полностью сухой закон Матвей не вводил, он действовал только для часовых и тревожной группы в случае внешней опасности. Со Стрельцом в ряды вышибал вошёл один «силач», «воздушник» и десять человек из числа самых спокойных и крепких. Плюс я и Сильфея. Нашей команде разрешалось пятьдесят капель принять, но не больше. Всех иных Матвей предупредил, чтобы тикеры оставили в жилищах. Тот, кто решит на празднике использовать свою силу — лишится права иметь кристаллики навсегда. Если от этого пострадают люди — изгонят из посёлка, несмотря на все заслуги. Правда, потом Матвей признался, что с последним он поторопился. Изгнание заменят на тяжёлые работы и содержание в тюрьме — землянке для буйных. Там уже сидели два драчуна, устроившие поножовщину в посёлке из-за женщины. Вот тоже идиоты, ей-богу, у нас столько представительниц слабого пола, что каждому мужику легко гарем можно создать, а эти режутся, как за последнюю и единственную.
— Жанна, постой, — остановил я женщину, которая стала первой помощницей Ро, благодаря своим знаниям трав, когда все потянулись к столам. — У меня для тебя подарок. Подарю сразу, чтобы ненужной зависти не было у народа.
Стрелец из любопытства тут же сунул нос в «сидор», в котором я принёс подарок.
— А-а, вот куда тебе столько парфюмерии понадобилось!, — произнёс он. — Ещё тогда, что ли, грел идейку про днюхи?
— Максим, это же… откуда?, — всплеснула ладонями женщина.
Рядом с ней хмыкнул Матвей:
— Жанна, это же Макс. Откуда у него могут по-явиться такие редкие вещи.
Сказал и окинул меня укоряющим взглядом, мол, таскаешь себе потихонечку, а нам-то лапшу развешивал по ушам насчёт опустошения тикера. Объяснять и доказывать я ничего не стал.