Бамс ещё дышал, тяжёло, часто, и когда я аккуратно приподнял его голову, он приоткрыл глаза и шевельнул губами.
— Что? Бамс, что?!
Тот опять попытался что-то сказать, но не смог издать ни звука, через минуту он потерял сознание. Я не доктор, но кое-что в медицине понимал, самые азы. И конкретно по травмам, так как занимался травмо-опасным спортом. Скорее всего, у парня был повреждён позвоночник. Серьёзно. Без медицинской помощи он останется инвалидом… если выживет.
Место, где я оказался, было огромной пещерой, и почти всю её заполнили кости: человеческие, похожие на человеческие, совсем нечеловеческие и немного костей животных.
Запах разложения шёл от туши животного, похожей на гигантскую корову с костяной нашлепкой на морде и двумя парами толстых и коротких рожек. Длинная шерсть уже почти вся слезла с разлагающихся боков, местами шкура лопнула и из прорех сочилась зеленоватая зловонная жидкость. Часть шеи была кем-то выгрызена до позвоночника, в животе имелась аналогичная рана. Следы, оставшиеся на костях от зубов падальщика, внушали уважение. Как сюда попало столь огромное животное, я не знаю, но догадываюсь, что сквозь портал. Но вот кто обгрыз тушу — это меня интересовало больше всего.
Вернувшись к Бамсу, я присел на один из камней, валяющихся рядом. Пистолет в правой руке, фонарик в левой, который я периодически подзаряжаю с помощью рычажка. Жаль, что не с батарейками — жужжание динамо-фонаря сильно выдаёт. Если тут обитают слепые хищники (в такой темноте зрение ни к чему), то свет им побоку, а вот звуки точно привлекут внимание.
Бамс умер через час. Пришёл в себя на несколько секунд, захрипел, забулькал… я бросился к нему, хотел помочь, что-то сделать, чтобы он не захлебнулся рвотой, но было уже поздно. Свет фонаря мазнул по открытым глазам и остановившимся зрачкам, которые уже заволокло смертной поволокой. Агония продлилась буквально несколько секунд. Может быть, и хорошо — не мучился.
— Твою-то мать-перемать!, — не сдержался я и несколько раз ударил кулаком по каменной стене платформы-столба.
Десять минут я просто сидел рядом с мертвецами. Адреналин в крови, после ожидания спасения из города пигмеев, падения в портал, страха темноты, сгорел. Накатила апатия, усталость, даже зловоние перестало мешать.
Только когда потух фонарик, удалось скинуть оцепенение. Первым делом я осмотрел карманы погибшего товарища, после чего разбогател на ещё один фонарик, небольшой тесак в стиле мачете и «травматик» с тремя патронами. С пигмея снял связку бус с почерневшими кристаллами. Вот тоже интересно, почему это с ними произошло: в связи со смертью носителя, исчерпания заложенной силы или по иной причине? А второй вопрос: смогу ли я ими воспользоваться или нет?
Фонарик товарища был получше моего — совсем небольшой, питающийся от двух толстеньких батарей, которые можно увидеть в «осе», с очень мощным дальнобойным лучом. Скорее всего, Бамс смог умыкнуть один из тактических или охотничьих подствольных фонарей. Кстати, ночью я не видел, чтобы он пользовался им. Опасался, что отберут или достался ему лишь утром?
С ярким и дальним лучом света осматривать пещеру стало намного проще. Как и заметил в самом начале, тут везде было полно костей. Больше всего человеческих и гуманоидных. От маленьких, принадлежащих детям или особо тщедушным пигмеям, до огромных, великанских.
Пролазал больше двух часов по пещере, но выхода не нашёл. Зато обнаружил нечто интересное: огромный скелет ящерицы. Если это не дракон (ну, или создание, которое можно принять за него), то я съем собственные носки!
В длину скелет был где-то тринадцать метров (измерял шагами, поэтому неточности имелись). Позвонки в самой высокой точке слегка возвышались над моей макушкой, четыре кривых лапы с полуметровыми когтями, голова с мой рост, каждый остроконечный зуб был размером с мою ладонь, причём часть из них, передних, была слегка загнута назад, челюсть занимала три четверти головы. Морда широкая, плоская и тупая, немного похожа на крокодилью. Хвост длиной почти в половину тела. Туловище плоское и широкое, рёбра толще моей руки. Поверх позвонков расположились костные пластины, прикрывающие панцирем тело дракона от атак сверху. Каждая такая пластина была толщиной сантиметров семь и в длину от тридцати сантиметров до метра. Учитывая, что это всего лишь кости, без плоти, при жизни дракон был просто огромен!
Когда я осветил огромный череп, между провалами глаз что-то блеснуло, заиграло гранями, как обломок хрусталя. Заинтересовавшись, я не поленился забраться на него и не удержался от удивлённого возгласа.