— Вот же ни… себе!
В черепе, почти полностью утопая в кости, лежал крупный кристалл. Гладкий и полупрозрачный, при свете яркого луча внутри заблестели, заиграли крошечные искорки багрового, голубого и розового цвета.
Чтобы его вытащить, я сломал кончик своего ножа и изрядно испортил мачете, покрыв скругленное острие кучей зарубок.
— А, чёрт, — зашипел я, задев ладонью обломок ножа, острой занозой торчащий из кости, когда вытаскивал интересный камень. Пришлось прижать к ране кусочек материи и сжать руку в кулак, дожидаясь, когда кровь свернётся.
Камень был похож на прибрежный голыш. Только идеально ровный и правильной формы. Прохладный, гладкий, без малейшего заусенца или грани. Внутри него переливались разноцветные искорки. Судя по ямке в черепе, камень был с ящером с самого рождения — попал ли случайно или является частью организма этих созданий, стоит выяснить.
Выбрасывать находку или убирать подальше в сторону не стал — уж слишком он похож на кристаллы в бусах шамана. Нет, не формой или цветом, а неким ореолом, аурой. Словами это тяжело объяснить, нужно почувствовать, подержать в руке один предмет, второй и сравнить ощущения.
С камнем я поспешил обратно к порталу, надеясь, что он поможет открыть проход из этой ловушки. Если бы не горы костей, то побежал бы, но в темноте с одним лишь фонариком среди рёбер и черепов легко можно было споткнуться и упасть, вывихнуть ногу или руку или что похуже — заработать перелом.
И всё у меня почти получилось. Надо было видеть мою радость, когда я приблизился к ступенькам, и в этот момент сверху блеснуло знакомым сиянием: точно так же начинали светиться знаки на портальных кольцах, виденных мною ранее. По древней каменной лестнице я влетел, как на крыльях. Полминуты потратил на подъём, запыхался, но всё равно не успел — поверхность портала стала прежним безжизненным камнем. Ещё на что-то надеясь, я шагнул в портал… развернулся и повторил действие опять. Гоня прочь мысль, что обречён сгинуть в этой пещере, я несколько минут скакал взад-вперёд.
— Да что б тебя, скотина!, — в сердцах я ударил рукой с зажатым в ней камнем по кольцу портала. Гладкий камень скользнул по коже, от удара недавняя рана открылась, несколько капель крови сорвались на портал и драконий камень. Что привело к дальнейшему — не знаю. Может, моя кровь на портале, может, на драконьем кристалле, может, соприкосновение одного камня с другим, плюс моя кровушка. Но в результате неизвестного фактора все знаки на портале разом вспыхнули, да так, что появилась легкая полупрозрачная дымка в кольце. Действовать я начал раньше, чем успел подумать: раз — и я почти прыгаю в портал, два — меня отталкивает назад невидимая упругая плёнка. На небольшой площадке заниматься подобными кульбитами противопоказано, неудивительно, что я не удержался на ногах и полетел назад. Ещё успел подумать, что ждёт меня судьба Бамса, потом сильный удар вышиб воздух из лёгких, а миг спустя я и вовсе потерял сознание.
В себя привела острая боль в голени, словно в неё воткнули гвоздь. Застонав, я дернул конечность, отчего боль вспыхнула и тут же на порядок снизилась. Но в противовес облегчению я услышал негромкое рычание. Внутри всё обмерло, тело покрылось холодным потом. Фонарь я выронил при падении, и тот успел потухнуть, опустошив батарейки, пока я был в отрубе, или сломался при ударе. Так что ничего я не видел, и от этого было ещё страшнее. Хорошо, что пистолет не выпал из кобуры, а патрон в патронник я загодя дослал. Оставалось только вытащить оружие, снять с предохранителя и попытаться продать жизнь подороже.
Все эти действия я произвёл за пару секунд, благодаря щедрой порции адреналина в крови. И только щёлкнул предохранитель, как меня вновь кто-то схватил за ногу.
— А-а! А-а!
Вместе с криком я направил ствол пистолета чуть выше ноги, которую сейчас кто-то грыз с тихим рычанием, и надавил на крючок. При свете вспышки я увидел лобастую, густо заросшую курчавой тёмной шерстью безглазую голову, вцепившуюся мне в лодыжку. Я даже успел увидеть (или просто показалось в том состоянии), как сворачиваются волоски на холке твари от жара близкого выстрела.
По подземному хищнику я отстрелял все патроны, до железки. Даже когда пистолет встал на затворную задержку, я продолжал давить на спуск и орать. То, что меня больше никто не ест, дошло только через несколько минут.
В тварь попали три пули, две пробили вытянутую по-собачьи челюсть, третья угодила в глаз и поразила мозг. Все прочие заряды улетели в молоко. Она так и умерла на мне, придавив массивной башкой мою ногу. Хорошо хоть перед этим «выплюнула» меня. Не хотелось бы возиться потом, разжимать мёртвые челюсти.