Множество вышек по периметру, каждая огорожена двойным плетнём, между стенок которого насыпали землю с камнями и утрамбовали. В основном из строений небольшие шалаши из местных материалов, очень мало хижин и совсем уж единицы кислотных или, наоборот, невзрачных синтетических палаток и шатров. С одной стороны уже возвышалась земляная насыпь с человеческий рост и широкий ров, там работало больше сотни человек. Чувствуется, что люди работают, не щадя себя.
— Нам туда, — указал на шатёр с надписью «Балтика», рядом с которым прохаживался часовой, с коротким помповиком без приклада в руках.
Внутри шатёр был поделён пополам. Одна часть отведена под казарму: на вбитых в землю столбах висели гамаки и матерчатые кровати, рядом стояли несколько неказистых тумбочек и больших корзин с крышками. Вторая, чуть меньшая часть, была штабом. Здесь тоже имелись два гамака, но всю остальную площадь занимали ящики с коробками, огромный стол, два переносных щита, на одном из которых на плотно пригнанных и отшлифованных досках чернели точки и линии карты, или это были кроки.
— Располагайся, — Матвей указал на несколько табуретов и длинную скамью, — сейчас прикажу принести поесть и попить. Или ты не голоден?
— Попить не откажусь, а есть не хочу, не успел проголодаться.
— Хорошо.
Через десять минут мне был вручён небольшой кувшинчик из обожженной глины, судя по качеству исполнения, это было продукт местного производства. Поблагодарив, я выдул треть посудины и тут же покрылся испариной.
— Уф, хорошо-то как, спасибо! Вкусно очень, из чего делают этот компот?
— Да есть тут в лесах ягоды и фрукты, вот из такого ассорти и варят наши повара. Потом расскажу подробнее и даже покажу, если захочешь. А ты скажи-ка вот что, где такое ружьишко подобрал?, — он указал на «вепрь», который я положил на лавку рядом с собой.
— Подобрал, ага, как же, — усмехнулся. — Расскажу — не поверишь, сплошь фантастика, Матвей.
— После переноса сюда я поверю во всё. И ты зови меня Медведем, мне так привычнее. И знаешь что? Не станем мы ждать остальных, расскажи мне прямо сейчас о своих приключениях. Всё-таки моё любопытство оказалось сильнее, м-да.
— Хорошо, Медведь…
Я рассказал почти всё, только немного изменил появление Сильфеи. По моей версии, она случайно попала в пещеру через портал, там увидела меня, камень дракона на мне и посчитала каким-то могущественным существом и тут же присягнула на верность. Шши, слышавшая всё это, даже глазом не повела в ответ на такую трактовку, словно так и было. Хотя уверен, что спроси сейчас девушку и она процитирует два правила тронков: первое — тронк’ра всегда прав и второе — если тронка’ра не прав, то смотри правило первое.
— Сильфея местная? Ты спрашивал у неё про это место, порталы, как ими управлять? Какие государства в этом мире диктуют прочим условия?
— Местная, но родилась и прожила в племени в горах, отрезанном от всего прочего мира. Когда-то они помогали не тем, служили сильным магам, и после пропажи последних весь мир ополчился на них. Так что она ничего не знает. Магией заведовали в её становище жрецы и ото всех держались на расстоянии, она стала жертвой их экспериментов, в результате приобрела силу и неуязвимость, но только пока в этих рисунках есть магия — потускнеют они и вместе с этим она станет обычным человеком. Ну, и в ту пещеру она попала в результате какого-то опыта жрецов племени, они что-то там увидели и решили отправить на разведку. Как я сам понял — обратно её никто не ждал.
— И потому она решила остаться с тобой?
— Угу. Вот этим камешком, оказывается, может владеть только особенный человек, единица из миллионов. Правда, мои способности — это реализовывать сны.
— Я правильно понял, что ты можешь через сон руководить различными процессами? Добыть оружие, открыть портал, ещё что-то из того же ряда?, — он тут же сделал стойку, как охотничья собака на лугу с куропатками.
— Да, — утвердительно кивнул я. — До конца не уверен, правда, но пара опытов говорят за это.
— А тебе сегодня не приснятся: пара пулемётов ПК и штук пять цинков патронов к ним или АГС с полусотней улиток? Ну, очень нужно.
— Нет, Медведь, не приснятся. Не сегодня точно, — развёл я руками. — Я чуть не умер, когда «вепрь» получил, а ты тут вещи ещё более технологичные просишь.
— Ну, предположим, не настолько и технологичные. Твоё ружье — есть чуть переделанный ручной пулемёт, убрали кое-что, ствол рассверлили, приклад заменили, магазин подрихтовали. Хотя бы один, а?