В один из дней вспыхнули знаки на портале, которые уже давно никто не видел – тронк требовал своего слугу. Не просто тронк, а тронк’ра – человек. Старейшины по невидимым ни для кого приметам определили, что это мужчина, и занял он территорию тронк’до – огнедышащего дракона, которого на Эиксите звали Ландирэйзенц. По тем же знакам получалось, что самой подходящей кандидатурой была Сильфея. В ходе ритуала она стала шши. Ритуала, кстати, кровавого, унесшего более сотни человеческих жизней – большинство были рабами и пленными, но и десять чистокровных представителей племени отдали свои жизни. Знаки, которые были нанесены на тело девушки, давали многое – силу, неуязвимость, понимание речи незнакомцев (никто не знал, откуда я, поэтому старейшины не пожалели нескольких рабов и своего соплеменника ради нужных магических рисунков) и многое другое. С каждым применением, когда требовались нечеловеческие усилия, рисунки тускнели, отдавая свою силу. Тронки могли их наполнять самостоятельно, но редко этим пользовались, предпочитая брать новых шши.
Кстати, я считался слабым тронком, так как получил тикер, который принадлежал другому существу. В девяносто девяти целых и девяти десятых процента такой «везунчик» погибал. Меня спасло, что Ландирэйзенц давно умер, и тикер понемногу утратил астральную связь со своим владельцем. Ну, и предрасположенность у меня была, куда без этого. Самыми сильными тронками были те, кто с рождения обладал тикером, который понемногу рос вместе со своим владельцем. Сильфея рассказала, что тронки уже рождались с кристаллами в телах, но как они в них оказались – легенды умалчивают. Кстати, тикеры – крошечные кристаллики, встречались в природе, как у живых существ, так и в виде минералов. У живых чаще, во втором случае много реже. Те животные, которые имели в себе камень, тронками не являлись. Было несколько пунктов, главным из них считался разум. Свою силу тронка я могу увеличить, если разрежу плоть и вложу в рану камень. То-то активация произошла после того, как я коснулся своим порезом драконьего кристалла! Кровь – обязательная часть ритуала подчинения чужого тикера. Но вряд ли я на это соглашусь – страшно, простым порезом тут не отделаешься, придётся резать глубоко и много.
Минералы-тикеры в себе магической силы не несли, их перед применением нужно ещё было заполнить. А вот кристаллы, взятые из живых, уже были готовыми заряженными батарейками для чар.
Шаманы пигмеев, которые устроили Великую охоту на землян, тоже пользовались тикерами. Как их заряжать Сильфея не знала, но я сам догадался, вспомнив бесчеловечную и бессистемную для несведущего взгляда жестокость карликов.
В тот раз, когда я выстрелил в девушку в пещере, та решила, что она недостойная шши, и приготовилась к смерти, покорно подставив шею (если бы я выстрелил ещё раз тогда, то пуля легко пробила бы живую плоть – свои сверхчеловеческие свойства Сильфея деактивировала, так сказать, в тот момент). Когда же я ушёл из пещеры и завалил проход, она догадалась, что это проверка её силы и ловкости. Второй проверкой посчитала, когда я закончил убивать зверей, предоставив ей показать свою боевую подготовку. М-да, знала бы, что это за проверки: сначала из чувства страха навалил камней, словно китайскую стену строил, ту, что Великая, потом просто порох закончился.
– Послушай, Сильфея, а я могу открыть портал?
– Тронк’ра может всё.
Я закатил глаза под лоб, досчитал до десяти про себя и опять начал пытать (фигурально выражаясь) девушку, которая с железобетонной уверенностью гарантировала, что мне всё по плечу, даже перекрасить кровавую луну в цвет морских водорослей. М-да, тут пока не проверишь – не узнаешь. А проверять нужно, слишком мне надоело жить одному в таких «гостеприимных» местах. Сейчас, правда, Сильфея появилась, но как робот, которого запрограммировали на служение тронку. А мне бы простого человеческого внимания, а не раболепного прислуживания и «тронк’ра может всё».