– Это сейчас они лезут вперёд, помогают и просто млеют, когда видят восторженные взгляды окружающих. Но пройдёт год или два, и иные повзрослеют, задумаются, а стоит ли им так рваться ради других, рисковать жизнями. Альтруистов с невероятными способностями можно найти лишь в творчестве Голливуда и на страницах комиксов, в реальной жизни всё происходит совсем иначе. Куда проще заставить окружающих служить себе под страхом смерти, чем лезть в джунгли, где притаившийся хищник или отряд пигмеев из засады отнимут жизнь. Уже сейчас появились такие типы, что простых людей за ровню не считают, ведут себя, как золотая молодёжь на Земле, – сказал Медведь. – Сейчас на побережье стоит посёлок, где проживает семнадцать иных и совет иных – Олег, Николай и двое иных – Игнашова Юля и Виктор Чистяков. Ей двадцать пять, ему двадцать шесть лет. Парень ещё нормальный, из силачей, а вот Юля это что-то. Она самая сильная иная из нас, получила способность воздействовать на тела живых и разум. Может загипнотизировать, задурить, заставить видеть то, чего нет, и наоборот. Судороги, спазмы, головная боль, слепота и глухота, тошнота, отказ внутренних органов – вот её конёк. И всё это она применяет только для собственного усиления. Стерва ещё та, её многие боятся!
– По-хорошему её стоит пристрелить тихо, чтобы в будущем не устроила гадости, – встрял Федот. – Вот чую я, что хлебнём с ней горя.
– Нельзя, – резко ответил Бородин. – Она самая сильная иная, кормит один посёлок, помогает остальным с едой. С пигмеями тоже помогает. Ничего, перебесится и нормальной станет. Уж сколько я женщин повидал, знаю, о чём говорю.
– А я знаю, что все беды от баб, особенно от таких вот «юлек», – с упрямством возразил Стрелец.
– Опять за своё, может, хватит уже? – произнёс Медведь.
– А Олег с Николаем тоже иные? Люди взрослые, насколько помню, а по вашим словам таких иных нет? – решил я остановить спор и задал вопрос.
– Они просто смогли возглавить движение, дать идею. Во главе там Олег, а Николай просто пристроился рядом, талант у него подлизываться, боссы таких людей любят и держат при себе, вот и Олежек его прикормил.
– Значит, мне скоро ждать предложение от кого-то из их совета?
– Скорее всего, Максим, – подтвердил Медведь. – Когда они узнают, что ты можешь открывать порталы, вытаскивать любые вещи с Земли, то будут сманивать к себе всеми правдами и неправдами.
– А обязательно им об этом знать? Всё равно мне слишком тяжело таскать вещи, нужно учиться, привыкать, – помотал я головою. – Порталы ещё куда ни шло, вроде бы не так и тяжко.
– Так и поступим, – согласился со мною Медведь, а потом предложил: – И вообще, это не ты открывал портал…
Все с интересом посмотрели на него.
– …а твоя спутница. Увидела в тебе свою любовь жизни, мечту женскую и прочие тру-ля-ля, после чего втюрилась накрепко. А у её народа супруг должен быть один на всю жизнь, пусть он и казанова тот ещё, ни одну юбку не пропускает.
– Точно, – рассмеялся Федот, – вот пусть её и охмуряет Юлька, а мы посмотрим на это. Твоя подружка же не знает русского, как вы с ней общаетесь?
– Захотел выучить её язык и вуаля, – усмехнулся я в ответ и покачал камнем, который так и не убрал в мешочек.
– Вот бы мне так, – с завистью сказал Федот. – Помню, как с английским на экзамене мучился, едва на тройку сдал, чуть хвост не получил.
– Так, хватит на ерунду отвлекаться, – прихлопнул ладонью по столу Медведь. – Насчёт тебя мы договорились, Максим, да? Не ты, а твоя спутница иная или шаманка.
– Сначала нужно спросить, а не захочет ли Максим перебраться в Золотой город, – внезапно произнёс Ро. – Он иной, сильный иной, возможно, он сможет не допустить того, чтобы там кастовая система – господа-слуги, не образовалась. И приструнит тех, кто уже сейчас там живёт по таким законам.
– Кстати, да, – согласился с ним Медведь, потом посмотрел на меня. – Максим, мы тут уже решаем так, словно ты уже с нами, в одной команде. А ты что скажешь?
Что мне им было сказать, остаюсь с ними или к иным в их город, как там его Ро назвал – Золотой?
– Эти люди мне нравятся, – внезапно сказала Сильфея, потом взглядом указала на матерчатую ширму, отделявшую казарму от штаба и добавила: – А та женщина – нет.