Из всей толпы освобождённых людей не поддались всеобщему безумию только пятеро. И среди них та женщина, которой так не повезло. Хотя какая она женщина – я её помню девушкой, миловидной и привлекательной. Это сейчас за время пребывания в плену она выглядит лет на сорок с лишним, и это ещё со скидкой на шрамы, с ними и вовсе можно принять за кошмарную столетнюю бабку, что едва ковыляет, а лицо и не разобрать толком из-за огромного количества глубоких морщин и пигментных пятен.
Потом было то ещё шоу: после первого освобождённого, которого стали протаскивать сквозь «кишку» и который там встал враспор, на час перекрыв дорогу, прочих обвязывали верёвками так, что они больше мумию напоминали. Последнего несчастного переправили на Большую Землю за полдень.
– Что б я ещё… – тяжело вздохнул Стрелец, не договорив, только резко махнул рукой.
– Угу, – поддержал его я.
Больше пленники (пожалуй, в данный момент такими они и были у нас) проблем не доставляли. Выдохлись или смирились, чёрт их знает. Даже освобождённые от пут, чтобы могли передвигаться самостоятельно, они не попытались дать дёру в заросли. Да если бы и побежал кто, на него бы махнули рукой – все вымотались до предела.
В лагере людей сдали на руки Ро и его помощникам с поварами, солдаты торопливо разоружились у арсенала, после чего удрали вкушать честно заслуженный отдых. А вот всем старшим и командирам пришлось плестись на доклад в штаб.
– Всё получилось, как по учебнику. Потерь у нас нет, несколько раненых из-за недопонимания освобождёнными сложившейся ситуации случились, переломы и сотрясения только, но Ро обещал поднять их на ноги без последствий. В целом управляемая газовая атака получилась просто на загляденье. Некоторые пигмеи умерли от газа, наверное, аллергия или доза большая досталась, хотя те же дети в большинстве выжили… кхм, кроме совсем уж мелких. На наших газ повлиял, как в инструкции, потом все отошли нормально. Пигмеев вроде бы перебили всех. Насчитали порядка восьмидесяти воинов и больше двухсот прочих – женщины, дети со стариками. Может быть, охотничьи отряды в джунглях были и десяток карликов сумели спастись при нападении.
– Может? – нахмурился Матвей.
– А как мы узнаем, Медведь? – развёл руками Стрелец, который и делал доклад за всех. – У нас толмача нет, пленников не допросишь никак.
– В следующий раз возьмите пленника или двух, будем учить их язык, – сказал Матвей. – Спросите среди наших, то есть кого спасли. Они долго были в плену, кто-то мог запомнить их речь, из самых наблюдательных.
– Хорошо.
– С кристаллами что?
– Пятнадцать вождей и элитников сшибли одного слабенького шамана. Камешков-то много, но качество среднее.
– У меня расход большой, – встрял в разговор «воздушник», – шесть кристаллов в уголь превратились, их только на выброс, ещё девять сильно помутнели и покрылись мелкими трещинами. Ещё одно использование, и от них ни следа не останется.
– Плохо, очень, плохо, – забарабанил пальцами по столу Медведь, с минуту его мысли витали где-то далеко, потом он задал очередноё вопрос: – Расход патронов?
– Огромный, – тяжело, словно ему провели серпом по одному месту, вздохнул Стрелец. – Треть патронов сожгли парни. У моих чуть меньший расход, но и стреляли мы реже, из мушкетов автоматные перестрелки не устроишь. Потом бердышами всё больше работали, – сказал и сильно помрачнел.
– Не куксись. Если так чистоплюйство заело, то вспомни наших людей, которых сегодня привёл, – зло произнёс Матвей. – Поговорил тут с парочкой самых адекватных – такого наслушался, что лезвием от безопасной бритвы сам готов карликов резать.
«И когда только успел среди них побывать», – про себя удивился я.
– Максим, ты как? – обратился ко мне Матвей.
– Нормально. Я не воевал – охраняли меня, как президента, в драку не пускали.
– Это понятно. Я насчёт твоих возможностей спрашиваю.
– А-а, не дошло, устал сильно, вот голова и не работает толком.