– М-да, удивил. Ладно, насчет «семьдесят второго» добро. Где находишься?
– Посадка у трассы на Авдеевку. Пять километров от Донецка.
– Через полчаса буду.
Убрав телефон, я помедитировал и стал сливать все в ремонт бэтээра, хотя бы в порядок привести, чтобы перекрасили и использовали.
Кавалькада разной техники, семь единиц, появилась не через полчаса, а минут через сорок. К тому моменту я слил все из Источника и неплохо подремонтировал БТР, хотя работ с ним еще хватало, и как раз сидел на корме и медитировал, когда дрон показал, что ко мне колонна сворачивает. А там было два армейских командирских «уазика», один «Патриот», потом два японских внедорожника, знакомые, на них глава ДНР с охраной ездит, потом БРДМ-2 с бойцами и «шишига» тентованная. Видимо бойцов везли, чтобы принять и перегнать технику. Кстати, «шишига» как раз и нагнала колонну, когда та только начала сворачивать ко мне.
Быстро проверив форму, я повесил автомат на боку и вышел встречать командование. Оказалось, тут был и командующий войсками ДНР.
Дальше доложился, пришлось немало так описать, что было, поразив многих, но доказательства – техника за спиной и целый ранец удостоверений уничтоженных солдат и офицеров противника – только подтверждали это. Так что доклад приняли, и глава ДНР сообщил, что по представлению российской стороны, за спасение их военнослужащих и вообще за действия в тылу противника награждают меня Золотой Звездой Героя России. От главы ДНР за захват техники и ликвидацию артиллерийских батарей противника, спасение наших из плена, такая же награда, как у россиян. Еще меня к поручику представили, не успели вручить, хотя по всем документам прошло. А теперь капитана дают, приказ подписан. Тоже за последние действия. Удивил.
Дальше я передал технику зампотылу нашего батальона, прихватив свой ранец, на «уазике» комбата поехал в город. Через два часа стемнеет, но мне дали возможность посетить квартиру, порадовав родных своим скорым возвращением.
Форму в стирку, сам в душ, парадную форму надел и вниз, машина ждала. Кстати, жену и тещу с дочкой я поздравил с восьмым марта, когда был под Краматорском. Сообщил, где подарки спрятал и кому что. Так что те довольны были, не забыл.
А дальше на награждение. Наши первыми успели, хотя в Москве по поводу меня тоже приказ подписан, да еще я получил звание капитана. Это не очень хорошо, в батальоне для меня должности просто нет. В принципе, и взводом могу командовать, такое не редкость, но и мест взводных свободных тоже нет. Воюют парни и воюют неплохо. После награждения банкет состоялся, не меня одного награждали, еще было шесть парней и одна девушка из санинструкторов, что удостоились награждения за ратные подвиги и спасение раненых. После этого нас отпустили. Правда, командующий, что тут присутствовал, велел завтра подойти к штабу, и, судя по недовольному лицу комбата, меня от него забирали. Впрочем, я неплохие отступные внес на баланс батальона, из пяти единиц разной техники, однако тот все равно расстроен. Сам полковник был отозван в сторону, общался с другими офицерами. Я не успел поговорить, хотелось узнать, куда меня направляют, да и он как-то желания пообщаться не высказывал. Вот так я и поехал домой. Нас на машинах развезли кого куда, кто тут жил, а кого-то в казармы.
Родные меня встретили, охали и ахали. И тут банкет закатили, жена с тещей уже закончили со столом, я сказал, куда меня везут и зачем. Так что обмыли награду и тут, как и звание. Форму выправлю завтра.
Утром, сразу после завтрака отправился к портному, из наших, что с офицерами работает, тот быстро новые погоны на форму перекинул, дальше в штаб, где меня в кадровый отдел завернули. Командующего еще не было, и пока ждал, мне документы сменили, не внося место службы. Да и вообще личное удостоверение сдал, новое пока не вернули. Почти час пришлось прождать, когда наконец генерал вернулся. Да и потом только через двадцать минут меня позвали в кабинет.
– Удивлен, что пообщаться с тобой решил? – по-простому спросил генерал, здороваясь со мной за руку.
– Не особо, товарищ генерал. Скорее всего, вы меня из батальона куда-то переведете. Комбат знает, вчера с недовольным видом ходил.
– Да, комбат твой всем чем можно упирался, не желая тебя отдавать. Отдал, куда ему деваться… А насчет перевода ты прав. Знаешь же про мобилизацию?
– Так точно.
– Пехотных частей мы формируем немало, тренируем, но вот проблема: мало у нас подвижных частей, моторизованных. Считай кадровые части и все. Трофеи есть, что-то по кадровым расходятся, но есть решение сформировать несколько отдельных рот из резервистов. В качестве резервов.