– Наводчик, переберись на мое место, прикроешь из пулемета если что, а я схожу, приму их.
– Есть.
Открыв люк, я выбрался на корму, наводчик поверху быстро юркнул на место командира. Спрыгнув на мягкую почву, я быстрым шагом направился к лежавшим диверсантам и их пленным. Командиры БМП, что также заняли позиции, наблюдали за этим, прикрывая нас. От танка до боевиков метров сорок, я быстро, почти бегом прошел их и, наклонившись, поднял старый АК, что лежал у одного из бандитов. Отставив в сторону остальное оружие, обыскал боевиков, обхлопав их для виду, я и так знал, что у них есть, Виденье показало, забрал у одного ПМ, вытащив из-за ремня, и стал осматривать машины, обнаружив девушек в форме работниц прокуратуры. Обе лейтенанты. Сняв рацию, я велел:
– «Сто шестой» на месте, прикрывай нас, «Сто девятый», двигай к нам, приготовь аптечку. Экипаж, ко мне, нужны веревки, вязать этих гавриков.
По боевикам стоит сказать, что пока изучал их, как и пленных, я щупом пси-лечения бил по одной области в районе темечка. Именно по этой области работал станнер дрона, вырубая их, а я приводил в сознание. Поэтому, когда мой мехвод подбежал, за ним спешил наводчик, те уже шевелились. Передав автомат наводчику, мы со старшиной ремнями от амуниции начали вязать эту тройку. Двоих связали, а третий как раз пришел в себя, рыча и воя, начал так крутиться и пинаться, что скрутили мы его только когда пришли на помощь парни из подъехавшей БМП. Все три автомата разошлись по рукам – охраняли боевиков, что уже осознали, что происходит, матерились, вращая по сторонам глазами и выискивая возможность спасения.
Я осмотрел девчат, командир БМП со своим наводчиком, развязав парней из заложников, уже оказывали медпомощь. Я убрал последствия облучения станнером, так что девчата очнулись, когда я веревки с рук снимал. Реву было изрядно, всю грудь мне намочили. Оставив тех приводить себя в порядок, я покинул фургон и осмотрелся. Тот, что в гражданском был, все так же без сознания, я не убирал ему последствия излучения станнером, у него разбит нос и по зубам прилетело. Вот второй, в милицейской форме, пришел в себя и, жадно хлебая воду из фляжки, что ему принесли, пояснял, что тут произошло. У него порез на шее был; оказывается, когда дрон сработал и всех выбил из сознания, боевик невольно резанул того, падая. Хорошо – неглубоко, обычного пластыря хватило, чтобы заклеить.
А сообщил тот, что взяли их банально, подъехали туда, где следственный эксперимент проводили, наставили автоматы и, разоружив, связали. Они своего освобождали. Это не боевики, а криминал. Машин четыре было, милиционер дал описание. Связавшись с дежурным по охране тыла, я передал всю эту информацию. Тот подтвердил: о пропаже следственной группы уже было известно. В общем, подняли всех, искали их. Тут не вся следственная группа, двоих зарезали. Старшего следователя и свидетеля, его освобожденный преступник прикончил, которого и привезли на место преступления.
Ладно, это дело правоохранительных органов, группа быстрого реагирования уже свернула к нам с трассы. Так что через полчаса, передав все и устно доложившись старшему группы, что тут было и как, мы направились дальше. Подобрав по пути наш топливозаправщик, мы проехали Старобешево и покатили дальше. Пока ехали, я просматривал записи со Второго, тот вел записи, но не свою память заполнял, я арендовал сервера в Польше, туда информация стекалась, вот и нашел картинку, где произошел захват, узнал, куда направились неизвестные. В Донецк они двинули. Вообще тут война на подходе, я как-то не ожидал столкнуться с криминалом. Действительно думал, что это боевики с той стороны. Вот такие дела. Хотя, конечно, в ДНР разного отребья хватает. Вон после начала спецоперации, когда принудительную мобилизацию объявили, уклонистов было немало, а когда Россия свои войска с киевского и черниговского направления вывела, стало уклонистов куда больше. Массово эти дела пошли. Ну не знаю, чего с ними миндальничали? Присуждать условные сроки и лишать гражданства, дав несколько дней сроку, чтобы покинули территорию ДНР, пущай куда хотят идут.
Ну и понятно, что с моими возможностями мы тихо и спокойно доехать до конца пути следования просто не могли. Сначала нагнали «жигули», белые «седьмой» модели, которые стояли на перекрестке, ожидая возможности проехать. Виденье показало, что в салоне семья, пожилой мужчина с супругой и, по-видимому, внук, лет десяти. А вот в багажнике, под мешками с картошкой, шесть автоматов с боеприпасами, два цинка и РПГ-7. К нему десять выстрелов. Три фугасных, остальные кумулятивные. Это как? Я тут же приказал «106-му» обогнать меня и перерезать дорогу этой «семерке», наведя на салон ствол пушки, а экипажу «109-го» – помочь взять водилу и пассажиров. Сработали почти четко, БМП красиво обогнала меня и, резко затормозив, развернулась, перекрыв дорогу.