Больше часа шли, пока окраины Донецка впереди не увидели. А уже стемнело, но я рассмотрел «уазик», что стоял на обочине. Пришлось съехать на обочину и, пока колонна проходила мимо, выбираться. Там действительно были мехвод и механик из реммастерских. Мне показали бумагу на прием у меня машины, что и было проделано. Танк свернул на проселочную, а я с вещами и автоматом в «уазик». Боец, что у меня глазами был, сидя на башне, со мной. Так мы нагнали колонну и дальше доехали до госпиталя.
Там все знакомо. Пока принимали раненых, прибыли офицеры из частей. Я своему прапорщику сдал автомат и пистолет с боезапасом, но ранец оставил. Кстати, прапорщик в курсе, что я частично память потерял, ротный передал, так и расползлось по батальону. Обрадовался, что я его узнал. Также по описи сдал ему телефоны и документы уничтоженных солдат ВСУ и шести «азовцев». Передаст кому следует. Документов Серова не было, их ротный забрал. Пока мы с прапорщиком занимались этими делами, основой поток раненых приняли, так что, когда я зашел, занялись мной. Ранец и форму кладовщику, а меня на осмотр. Причем, когда я раздевался, в помещение забежала взволнованная Нина, жена Губарева. Сообщили ей все же. Пришлось сделать лицо, как будто мученически вспоминаю, и вот вспомнил ее имя – Нина. Как та радовалась. Дальше медсестра попросила ее не мешать, меня – на процедуры.
Рана врачу не понравилась, особенно, как я описал, что подцепил ногтями осколок и вытащил. Погнал на снимок. Лаборанта не было, так врач сам сделал снимок. Потом осмотрел его еще мокрый и обработал рану, швы наложил. После чего отправил в палату, а там Нина. Мне выделили место. По иронии судьбы то же самое, где я лежал, когда был Серовым. Дед Вито тут же, только койка другая. Присутствие Нины даже помогло, та описывала, как они встретились с Губаревым, как познакомились, гуляли, свадьбу, он тогда курсантом в военном училище был, рождение дочки. Мы тихо говорили, чтобы другим не мешать. Скоро отбой и Нина домой уйдет, такси вызовет, а пока общались. Выяснив материальное положение в семье, сказал Нине:
– Я трофеев взял, хорошие деньги стоят. Миллионы. Нужен номер твоего счета. Переведу. Тут недалеко высотка, купишь там трехкомнатную и однокомнатную квартиры. Однокомнатную твоим родителям.
Та удивилась и стала расспрашивать – ну вот все знать надо. Объяснил, что трофеями были банковские карты, снял со счетов все, еще и кредиты вместо мертвецов по полной набрал, и перевел в другой банк. Оттуда ей, пусть покупками займется. И машину себе купит, дочь возить. На том и договорились, Нина ушла, кстати, номер счета дала, у нее кредитка с собой была.
Она покинула палату, и я достал телефон из тумбочки, он ранее Губареву принадлежал, включил, блокирован был, быстро подключив онлайн-банк, и перевел Нине тридцать миллионов, пусть начнет покупать. Хм, может в Геленджик отправить? Будет там отдыхать летом. Стоит подумать. У нее же и спрошу. Завтра. А пока медитация. Хочу до ночи убрать следы контузии, а то терпеть приходится. Да и были они остаточные, основное убрал, пока на «уазике» к госпиталю ехали.
Утром после завтрака пришла Нина, меня как раз на осмотр дернули. Ночью дежурный врач был, теперь тот, кто меня ведет, хотел осмотреть. Только после него психиатр, к которому меня назначили, но его еще не было, чуть позже придет, вот и успел пообщаться с Ниной у окна в коридоре. Та, оказывается, получила деньги, была возбуждена, рада и больше советовалась, что и где покупать. Дал адрес знакомого риелтора, той девушки. Она при мне с ней созвонилась и договорилась о встрече. Нина мечтала иметь личную жилплощадь, и ее мечта исполнялась, так что чмокнула меня в щеку, узнав, как себя чувствую. Я сказал, что кроме потери памяти, частичной, особо проблем физических нет. Тут и психиатр пришел, пришлось с Ниной попрощаться. Эх, я бы ей… Хм, она же моя жена, значит можно. Отлично, так и сделаю.
А пока психиатр со мной работал, все привычно, даже этот врач, я размышлял. Ночью я покидал незаметно госпиталь, и стоит отметить, что это осталось незамеченным. Ну да, у меня не было верхней одежды, не в халате же идти. Напомню, что я снял часть формы с укровояк, хватило собраться, главное патруль не встретить, так и прогулялся. Да к той хозяйке гаража, я его и тут упускать не желал. Он мне в позапрошлой жизни пригодился, два месяца там жил, пока меня ушастые искали. А пока хозяйка спала, я незаметно проник в дом, пришлось берцы желтые снимать, снятые с вэсэушника, и в носках ходить, а то шумел по паркету. Так все тайники вскрыл и содержимое забрал. Посетил я и гараж, вскрыл тайники, прибрал часть пайков, консервов, из вооружения один ПЗРК, один ПТРК с боезапасом, один АГС-17, один ПКМ, два пистолета с глушителем ПБ и АПБ, ручных гранат ящик. Сам ящик оставил, гранаты привел к бою и убрал в хранилище. Пару пенок, пару спальников, тент, два комплекта формы моего размера, бронежилеты, каски, налокотники и наколенники. Запас сделал. Если куда дернут, то гараж посещать не нужно. Надо еще то, что с укровояк снял в порядок привести, оружие почистить, форму постирать, но это позже. А вернувшись в госпиталь, я переоделся в халат, так же тихо вернулся в палату и, лежа на койке, занимался паспортом. Российский выбрал, сделал на Ивана Трегубова. На него гараж и буду оформлять.