— Ну…я, — начала она мямлить, — Я…вообще-то…
— Говори, не стесняйся, — продолжал настаивать воин
— Я не умею лечить! — вдруг выкрикнула на всю таверну Ева.
— Что!? — хором выдали остальные, после чего Гладос продолжил возмущаться, — Ты же целитель! Как так, ты не умеешь лечить? А зачем мы взяли тебя в группу?
— Я тратила очки на более полезные навыки, — пыталась оправдаться она
— Хотя бы, какую стихию ты усиливала? — не унимался воин
— Все по чуть-чуть, — опустив голову сказала она.
Руки Гладоса опустились на стол, а тело обмякло на стуле. Было понятно, что он самый опытный из них и, хоть и выглядел странно, но уже бывал на рейдах в группе. Посмотрев на Адама, он сказал:
— Даже спрашивать не буду.
— Это еще почему? — возмутился парень, и одновременно с ним Аврора, слегка рыча, посмотрела на Воина.
— Ты приручатель. Уже четыреста лет нет ни одного сильного приручателя, потому что они бесполезны. Когда питомец умирает, хозяин ничего не может сделать в битве. Нормальные маги намного сильнее в бою.
— Я докажу тебе, что это не так! — уверенно ответил ему Адам.
Парень знал, что в дереве умений есть много возможностей прокачать питомца в машину для уничтожения монстров. Для этого нужно лишь время и очки навыков. Так же он выбрал тот минимум умений для самого себя, которые увеличат его живучесть в сравнении с обычными магами. Но, в отличие от него, Гладос не мог видеть всё дерево умений целиком, поэтому просто грустно ответил:
— Как знаешь.
Обида переполняла Адама. “Глупец, да если я захочу я сотру все твои уровни”, — злился он про себя. Ему хотелось как-то проучить обидчика, но пока он не знал, как это сделать.
— Спорим, я выживу в рейде и уничтожу больше врагов, чем ты, — вдруг сказал Адам.
Гладос посмотрел на него, прищурив один глаз, и ответил:
— Спорим, а если нет, то я тебя до конца жизни буду называть щенок
— Тогда если выиграю я, то ты, Гладос, бросишь пить, — уверенно сказал Адам привстав.
По изменившемуся выражению лица воина, парень понял, что попал в точку. “Вот чего он боится”, — ликовал внутри герой.
— На день, — начал торговаться Гладос.
— На год, — вступил в торги Адам.
— На неделю!
— На месяц!
— По рукам, — наконец согласился воин, и они пожали руки.
Переведя дух, Гладос посмотрел на лучника. В его взгляде читалась надежда, как будто он без слов пытался передать тому: “Ну, хоть ты меня не подведи”.
— Виз, где твой лук и какую стихией ты владеешь?
— Понимаете, дело в том, — начал лучник, — У меня нет лука.
— Эрин, — крикнул воин владелице таверны, после чего указал ей на свою группу и прошипел, — Ненавижу тебя.
Та в ответ только улыбнулась и вновь исчезла на кухню.
По выражению лица лучника Виза было видно, что он чувствовал определенный стыд.
— Просто, у меня не получается стрелять, — начал он, — Так получилось, что в детстве моё зрение испортилось, и я не вижу врагов, когда они далеко.
— Тогда зачем ты выбрал эту специальность? — вдруг спросила Ева, но увидев взгляд Гладоса, поняла, что не ей такое говорить.
— Я всегда мечтал стать лучником как мой дед. Вы, может быть, о нём слышали. Его звали Верон.
На лица всех, включая Эрин, которая, ради такого, выглянула из кухни, появилось удивление.
— Ты внук Верона? Он же легендарный лучник! Лучший в своем поколении! — вскрикнула Ева.
— Конечно, честь быть в группе с внуком самого Верона, но как ты без лука собрался биться с монстрами, — отойдя от шока, спросил Гладос.
— Ну, дед подарил мне кинжал, — смущенно ответил Виз, достав небольшой кинжал, размером чуть больше двадцати сантиметров, — А стихию я изучаю — тьму.
Гладос стал совсем печальным. Адам понял, что стихия тьмы не подходит для лучника, а значит, воин единственный в их группе, кто качал всё правильно. Или нет?
— Гладос, — обратился Адам к нему, — А всё-таки, где твой щит? Ведь основные умения для удержания монстров основаны именно на нём.
Все с интересом посмотрели на воина, который не спешил отвечать на вопрос. Лишь Эрин, которая знала ответ, стояла за прилавков в ожидании реакции ребят. Она уже предвкушала, как сильно будет смеяться.
— В общем, дело в том, что… У меня вообще нет щита и все мои умения стихии ветра на атаку, — смущенно ответил он.
Повисшее молчание прервал возглас Евы:
— Так и знала, что ты тоже чудик!
Девушка стала тыкать в него пальцем повторяя: “Чудик, чудик!” Остальные тоже не остались в стороне. Тут же таверну захлестнул гам, который создавался всего четырьмя людьми: