Поскольку за столом все были поглощены происходящим на сцене, моему "дезертирству" никто не помешал.
Сначала я отправился к стойке бара и на чистом "американском", с акцентом Восточного побережья, заказал растерявшемуся бармену коктейль "Bloody Mary". При этом чуть не спалился, поскольку только в последний момент сообразил, что названия тех коктейлей, которые знаю я, могут ничего не сказать даже самому "продвинутому" бармену этого времени. Но спасительная красотка "Кровавая Мэри", вероятно существовала вечно!
Глядя на меня, бармен колебался. Чтобы направить ход его мыслей в правильное русло, я небрежно положил на стойку "четвертной" и отвернулся.
В момент представления, у бара клиентов не было и царил полумрак, с виду "Мэри" от томатного сока не отличишь… ну, и 25 рублей… Короче, спустя минуту, я получил свою "Bloody Mary", в которой оказалось много сока и почти не было водки!
«Не-еее! Так не пойдет… Стакан сока за 25 рублей, это жирно даже для "Жемчужины"!» Я обернулся к деловито протиравшему стаканы бармену и, показывая на свой коктейль, медленно сказал по-английски:
— Мистер, "Кровавая Мэри" хороша русской водкой, а не русским соком. Водка! Тут нет водки!
Бармен бросил опасливый взгляд мне за спину и, схватив стакан, начал совершать с ним какие-то манипуляции под стойкой. Когда мой напиток вернулся ко мне, водки в нем, вероятно, было больше, чем сока! Дрогнула рука бармена в ответственный момент! Ха-ха…
Я удовлетворенно кивнул после "дегустации" и опять отвернулся от бармена к сцене. Вовремя…
Вера подошла уже, почти, вплотную.
— Вот ты где…
— Мы поменялись ролями? Ты меня преследуешь?! — я насмешливо улыбнулся.
— Нам надо поговорить… — моя улыбка взаимности не встретила.
На ней было длинное светлое платье, почти до пола, широкие… бретельки… ну, или как оно там у них называется… Короче широкие полосы ткани, удерживали платье на плечах, а сами загорелые красивые плечи и руки оставляли открытыми.
«А девочка не хилая, то-то я тогда в квартире на ней не удержался!»
Воспоминание, о том, как сильное тело очень красивой девушки билось между моих ног чуть не скрючило меня на барном стуле.
Я судорожно сделал большой глоток, волна тепла поднялась из живота и мягко стукнула в голову.
— Надо — значит поговорим… Но не здесь же, а то нас уже ищут, — я поднял руку и помахал, как-бы давая понять, где мы. Правда никто нас не искал, но Вера не стала оборачиваться к залу, поэтому и возразить ей было нечего.
— Давай завтра, на стадионе. Кстати ты зря перестала бегать, форму надо поддерживать… тем более у тебя это хорошо получается.
— Я КМС по легкой атлетике, — Вера криво усмехнулась.
— Понятно, почему я тогда чуть не сдох… — я улыбнулся куда дружелюбнее ее и залпом допил свой "сок"…
Мы раздельно вернулись за столик и еще минут двадцать наблюдали наивное, по меркам 21 века, "шоу", окончание которого потонуло в искренних аплодисментах и одобрительных выкриках подвыпившей, и в основном, иностранной публики.
За нашим столом сначала бурно обсуждали увиденное и, все-таки "слишком откровенные наряды артисток". Впрочем, все присутствующие сошлись во мнении, что такие туалеты рассчитаны на потребу западной публики и что, если захотим, то мы переплюнем Запад даже в "полуголых" варьете. Потому что наши женщины — самые красивые женщины в мире! Выпили за женщин.
Затем Клаймич вдарился в легкие воспоминания, какое красивое сопрано было у Татьяны Геннадьевны, мамы Веры, и как все студенты "консервы" были влюблены в свою красивую преподавательницу.
Выпили за "красавицу Татьяну", потом за ее "такую же" красавицу дочь, затем по очереди за всех оставшихся дам! От мамы последовал ответный тост "за наших мужчин", от них — тост за "верных женщин".
Тут уже и я не сдержался, слегка расслабившись от выпитого, и выдал анекдот:
— Одна женщина рассказывает подруге:
— Встречаюсь с двумя мужчинами и не знаю, кого выбрать…
— А что тебе сердце подсказывает?
— А сердце подсказывает — не страдай фигней, муж узнает — убьет всех троих!‥
За нашим столиком заржали так… что посмеялась, наконец, даже Вера. Все-таки, шутки "моего" времени имеют здесь просто фантастический успех!
Решив не упускать момент, и подстегиваемый выпитой водкой, я заявил:
— А я знаю еще один смешной анекдот, но его нужно показывать в лицах. Вера вы мне не поможете?
"Не помогу! Отвали! Не смей!" — яростно ответили мне глаза Веры, но я встал и направился к ней:
— Большое спасибо!
Провожаемый улыбками и заинтересованными взглядами всех сидящих за столом, я подошел к напряженной, как струна Вере, опустился на одно колено и взял ее вздрагивающую ладонь в две свои: