В холодную погоду пристань, конечно, была бы непригодна, а летом — самое то: крыша защищала от солнца, стены от посторонних глаз, а расположенность вдали от других домов позволяла никому не мешать своим "шумом".
Пока ребята расставляли и подключали аппаратуру, к нашей "летней сцене" на белых "Жигулях" подъехали, наконец, Юля с Владимиром. Они довольно натянуто со всеми поздоровались, а Владимир сразу отозвал Николая о чем-то пообщаться. Юля же — довольно миловидная, полноватая шатенка в зеленом в белый горошек сарафане, вышла на маленький причал "полюбоваться видами".
Тем временем, пока "мамонты" помогали носить и переставлять аппаратуру, я, чтобы не болтаться у них под ногами, пошел изучать станцию, разглядывая местные "достопримечательности" в виде плакатов ОСВОД. Особое внимание привлек плакат иллюстрировавший "дыхание рот в рот", а именно картинка, когда взрослый мужик в одних трусах, засовывает лежащему полуголому мальчику палец рот. Подпись под этим сомнительным действом гласила: "Отодвиньте язык в сторону, чтобы вам ничего не мешало" — меня скрючило от смеха.
— Ты чего веселишься? — подошедший в этот момент Завадский, был мрачен, как туча.
— Анекдот вспомнил, — судорожно выдал я, первое пришедшее в голову.
— Понятно… — эта тема Завадского не заинтересовала, было видно, что мысли у него о другом.
— Что случилось, Коля? — я отдышался и был готов к разговору.
— Они требуют четыреста рублей… — было видно с каким трудом Завадский сдерживался, — говорят, что пришлось сегодня отказаться от халтуры и деньги хотят получить вперед…
— Коля, — начал я предельно серьезно, — повторяй за мной. Подними правую руку вверх и скажи: "Ну, и хуй с ними!", а потом махни рукой, — я махнул рукой и засмеялся.
Завадский даже не улыбнулся:
— Может запишем нашими голосами? Пьеха — профессионал, суть ухватит.
— Николай, — я перестал лыбиться, — деньги у нас есть — взяли за лодку. Заплатим этим сквалыгам столько, сколько они хотят и сделаем нормальные записи. Потом продадим песни и получим в десять раз больше. На эти деньги соберем группу, станем богатыми и знаменитыми, а эти двое будут всю жизнь гнобить себя ядом досады и зависти…
У Завадского даже глаза слегка округлились от подобной сентенции.
— А что ты думал? — я опять заулыбался, — Я, на самом деле, злобный и мстительный. Буду петь и плясать на их могиле, приговаривая: "Так вам и надо двое жадных образин!".
Я даже изобразил пару танцевальных па. Николай слегка улыбнулся и вздохнул.
— Коль, время идет. Скажи им, что мы согласны. Леша сейчас принесет деньги.
Завадский потоптался на месте и спросил:
— Может с ребятами хотя бы посоветуемся? Это очень большие деньги.
— Большие деньги зарабатывают, а не экономят. И мы не будем советоваться. Иди к этим сквалыгам…
Завадский еще раз нерешительно посмотрел на меня, развернулся и пошел в сторону раздающейся барабанной дроби
Ну, сквалыги-то они, конечно, сквалыги, но все-таки профессионалы, этого не отнять. И деньги свои они отрабатывали честно, стараясь и не "халтуря". Может и Геннадий — алкаш, но играл отменно, схватывая все с полунамека. А от Роберта я был в совершенном восторге! То что он вытворял на своих убогих, с точки зрения 21-го века, ударных — было выше всяких похвал.
Николай старался больше всех, впахивая и за себя, и за некоторых корыстных "товарыщей у микрофона".
Таким образом, через почти пять часов упорной работы, обе песни были записаны и сведены.
Если честно, то когда я прослушал на большом катушечном магнитофоне оба окончательных варианта, то, мягко говоря, впечатлен не был. Получилось приемлемо для демонстрации, но не более. Нужна была другая аппаратура, настоящая студия, другие солисты и много еще чего другого, о чем я пока даже не имел представления.
Остальные присутствующие моего молчаливого скепсиса определенно не разделяли. Общее мнение выразил довольный Роберт:
— Ну, с учетом обстоятельств, очень даже!‥
Все согласно закивали и устало улыбались.
— А песни у тебя получились хорошие, — Юля потрепала меня по голове и добавила:
— Тебе бы подучиться и можешь вырасти в хорошего композитора-песенника. Но песни уже сейчас надо исполнять и, я уверена, мы с Володей сделаем их популярными! На свадьбах и поминках петь будут!
Все засмеялись. Ну, разве что, кроме Завадского и Лехи.