Джоконда повернула голову и воззрилась на сына и его подругу:
— Я посмотрела тебя. Никакого присутствия псионика в твоем сознании не ощущается. Вторжения не было. А теперь расскажи, с чего все это началось?
Эфимия села рядом с нею на подоконнике, а Луис оперся на лестничные перила.
— Все началось недавно, во время моей поездки в Москву, к деду…
Дверь открыла низенькая пожилая женщина в банном халате и чалме из полотенца.
— Добрый ф-ф-ф…в…вечер, — проговорила она, заикаясь. — В-вы господин а…а…К-али…
— Фредерик Калиостро, госпожа Азмол, — представился старший из визитеров.
— Да, я И…ив-вен Аз-с…с. мол.
Калиостро указал на своего спутника:
— Помощник мой, Оскар Басманов. Вот подписанное действующим президентом распоряжение, в соответствии с которым я имею право на приватную — Оскар не в счет — беседу с вами, доктор Азмол.
Хозяйка оглядела Оскара и, кивнув, пустила их в дом.
— Почему Халкидики? — с улыбкой уточнил Фред, щуря непрозрачные серые глаза.
Азмол выглянула в окно. Дом стоял на крутом склоне с видом на море, и дорожка вела прямо к пляжу с золотым песком и ласковыми волнами.
— Аф… Афитос… — проговорила она с ностальгической ноткой в голосе. — Ф-ф-ф…в точности т-та-акой пейзаж рас-с-с-стилался перед окнами моего дома на Эсефе… Здесь похожий к-к-к…к-а-лимат и не растут пэсарты. Да вы п-проходите. Я с в-ва-а-шего позволения переоденусь.
Калиостро и Басманов остались вдвоем посреди просторной гостиной.
— Не сбежит она, мистер Калиостро? — шепнул Оскар.
— Сбежит? Зачем?
— Она какая-то странная.
— Будешь тут странной…
— Ну да. Эсеф же первым тогда попал под удар спекулатов…
— Я не только об этом. Глядите, Оскар: доктору Азмол совсем не чужда эстетика земной античности, — Фред повел рукой, указывая на стереокартины с изображением древнегреческих скульптур, занимавших простенки между восемью окнами.
— Она знает, кто мы такие?
— Нет. Полагаю, думает, что мы госчиновники. По крайней мере, во время сеанса связи я дал ей повод думать именно в этом направлении.
— Я уж-уж-же здесь! — пропела доктор Азмол, при полном параде входя в комнату и кокетливо поглядывая в сторону Калиостро.
«Нарядилась она и впрямь слишком роскошно для встречи госчиновников», — подумал Басманов, которому шеф отвел роль наблюдателя.
— Присаживайтесь. Н-н-не-е желаете чего-нибудь в-в-выпить?
— Нет, спасибо, доктор, — отозвался Фред. — Насколько мне известно, вы были координатором проекта «Трансдематериализатор» в институте астрофизики в Орвилле. То есть, в вашем ведении была львиная доля всех этапов разработки прибора?
— Ч-чуть более п-па-а-а-половины, если говорить точнее, господин а-а…К-калиостро.
— Вы очень помогли нам в прошлый раз своими разъяснениями в деле Хаммона…
Она печально усмехнулась:
— Э-э-это ф-ф-ф…вряд ли. У меня всегда с-с-ссердце обливалось кровью за судьбу того мальчика с Ф… Фауста. Я как чувствовала, что добром для него это не к…ка-а-а…кончится. Непомерно с-с-смел и б…ба-а-а…безрассуден. Я не хотела, чтобы он п-погиб. Меня убеждали, б-будто он «синт», но мне не верилось.
— Насколько велики были у них шансы продержаться под обстрелом, укрывшись куполом энергозащиты?
— П-пока н-н-н…а… не умерли бы от жажды.
— Почему устройство не перезабросило их снова — сюда, в наш мир?
Она слегка отстранилась и пожала плечами. Калиостро продолжал:
— Наше существование — это ведь признак того, что по крайней мере сам Хаммон выжил, не так ли?
Доктор Азмол кисло покривилась, превращая лицо в коралловый риф — такой же морщинистый и отталкивающий.
— Н…не-е-много не так, господин Калиостро. А…а-а…относительность времени… Эйнштейновская гипотеза — п-помните?
— Вы хотите ска…
— Д-да, очень вероятно, что п-п-п…а-аредприятие закончилось крахом: пули настигли цель, и наша Ф…ф…Вселенная доживает последние т-та…тысячелетия.
Басманов ощутил противный липкий холод между лопаток, но Калиостро и бровью не повел. Наоборот: поднявшись с места, он подошел к одному из восьми окон.
— Госпожа Азмол, припомните, куда попадает предмет или существо, очутившись, скажем, на диске ТДМ в египетской Пирамиде Путешествий?
— В-вам это известно не хуж-же, чем мне: в зависимости от п-порядка составляющих.
— А первый этап?
— Ф…ф-ф. внутренний мир, конечно!
— Как попал Хаммон, очутившись таким образом здесь, — согласился Калиостро. — Но если вдруг представить, что по какой-то причине составляющие исчезли из устройства?