— Протоний покарай! — прохрипел он, вспоминая алчущие глаза знакомых и незнакомых женщин. — И я еще удивлялся! Вот как оно действует!
Нэфри с подозрением взглянула на него, словно раздумывая — пора отодвинуться или нет?
— Прости, прости, но это действительно сильнодействующая штука, — Ноиро поморщился, пытаясь все-таки подавить не стихающее желание. Нэфри и сама по себе нравилась ему, а тут еще отблеск чужого мира… Или не чужого — просто неизведанного? — А зачем ты меня облила водой? Отомстила?
— Ну что, гасим свет? — спросил Лад.
Матиус встал и специальным ковшичком пригасил все факелы в домене.
— Если бы я хотела отомстить, — донесся шепот Нэфри, — я просто легла бы спать, позабыв о твоем существовании.
— А наутро доктор Орсо констатировал бы мою внезапную смерть во сне?
— Вот именно!
— О! Значит, этот поступок дает мне право надеяться?..
— Какой ты…
— Раздолбай?
— Вот именно! Ты — в реальной опасности, а думаешь неизвестно о чем!
Ноиро огорченно шмыгнул носом:
— Почему же неизвестно? Скажу по секрету: я вообще всегда об этом думаю…
— Хватит уже! Я не ханжа, но когда обстоятельства…
— Ладно, я понял, понял! Расскажи лучше, как у тебя это было в первый раз?
— Ты опять?! — в гневе едва не завопила она и со всего размаха треснула журналиста по плечу.
Ноиро отпрянул:
— Да я про «третье» состояние, вот сумасшедшая!
Нэфри смутилась, а потом они прыснули и тихо захохотали. Первой не выдержала она и закатилась в голос.
— Про… про… стите мен… меня! — постанывала девушка. — Не… не мо… гу!
— Ты чего там? — недоуменно спросил Матиус.
— Смешно им, — скептически ответил Лад. — Повод прекрасный! Потрясающее легкомыслие!
Ноиро хрюкнул и закрыл лицо скомканным одеялом, гася в нем смех. Нэфри вытирала слезы.
— Да пусть ржут! — хмыкнул Клив, который и сам не прочь бывал позубоскалить, но вскоре не утерпел и он. Не зная причин веселья, просто зараженный звуками, испускаемыми Нэфри, он затрясся в приступе хохота, а через минуту весь домен трясло от раскатов гогота: это смеялись остальные археологи.
— Эй! — крикнули с порога. — У вас там все нормально?
Лад что-то проскулил в ответ. Недоумевающие коллеги из двух других доменов так и не поняли, что произошло, однако, строя различные предположения, удалились в свои жилища.
— Ладно, — прошептала Нэфри, когда все наконец угомонились и наступила непривычная тишина. — Расскажу. Впервые я «вышла» в пятнадцать лет. Случайно. Подумала, что умерла, ужасно перетрусила, но потом решилась попробовать снова и снова. Пока мама не рассказала мне, что это можно делать вполне осознанно, я вообще считала, что одна в своем роде.
— А что, твоя мама тоже умеет?..
— Нет. Говорит, что боится пробовать. А отец, говорит, умеет. Правда, я его не знаю. Он шаман, живет в одном маленьком городишке в Узлакане.
— Экзотика!
— Я тоже так думала, а потом мама мне сказала, что у него там каменный дом и бытовая техника. Представляешь — шаман со стиральной машинкой!
Они снова прыснули.
— Ты не похожа на узлаканку. По мне, так они страшноватые…
— Отец тоже не похож, в молодости красивым был. Он из коренных, которые еще до завоевания там жили. А страшные — все пришлые с Востока, «чистая раса», как они себя называют. Вырожденцы. Я в Са-Аса жила и то пару раз таких видела. Мерзкие люди, к другим относятся свысока, а сами учиться не хотят, только размножаются и воюют друг с другом, тупые и злые. Хотят выгнать всех, кто к их крови не относится… У них очень много умственно отсталых — это из-за близкородственных браков. Нет, мама с таким не общалась бы, а с отцом они любили друг друга, но она не захотела оставаться в Узлакане и уехала домой, а меня забрала с собой.
— Значит, тебе от отца по наследству это умение передалось?
— Не знаю. Я его там еще не видела.
— Наверное, я должен был помочь тебе тогда, на радуге…
— Учитель тоже сказал, что это должен был сделать ты, и тогда ни для тебя, ни для меня не было бы никаких последствий в физическом мире.
— Учитель? У тебя там есть учитель?
— Он приходит, когда хочет или когда это необходимо, и помогает мне продвигаться дальше.
Ноиро обрадовался, догадавшись, кто этот учитель Нэфри. Он уже совершенно забыл об «артавар ванта».