— Просто мои интересы совпадают с интересами Содружества. Так иногда бывает у некоторых служак…
— Редко.
— О, да. Простите, госпожа Каррера, что не могу подать вам руку для поддержки… по причине, от меня не зависящей.
— Ничего. К счастью, здесь нас, президентов, жалуют. Спроектировали для меня чера в виде юной и полной энергии красотки. Хм! Так, знаете, не очень-то хочется возвращаться в свои семьдесят четыре… Но все же пусть программисты не переусердствуют: крылатых сандалий не выдержит даже мое богатое воображение и тренированное тело моего персонажа. Пусть льстят как-нибудь иначе. Ну и крутые же ступени!
— Я помогу вам! — осмелев и предлагая Каррере маленькую свою ручонку, вызвался Гермесик. — Мы уже вот-вот придем.
Волк обогнул их и легко побежал вниз, петляя между каменными глыбами. Президент и Гермесик нагнали его уже у входа в пещеру Элизиума.
— Что еще уготовили нам ваши Хранители? — Мария Каррера заглянула в темноту провала, и они перенеслись в новую локацию.
Плакучие ивы, надгробья, неспешные ручьи, ползущие мимо берегов, заросших изумрудной травой…
— Печальный пейзаж, — заметила президент. — И что, так во всех отделах?
— С некоторыми отличиями. У наших программистов изрядное чувство юмора. Информация медиков Лаборатории хранится в виде волков, — он усмехнулся, оглядев себя, — лежащих в саркофагах гигантской гробницы. А чтобы извлечь информацию контрразведчиков, нужно сразиться с драконом или другим монстром, охраняющим ее.
— Надеюсь, в нашем случае не придется сражаться с чудовищами или бегать за волками?
— Ну что вы, мэм! Разве я мог бы привести вас в столь опасное место без подобающей охраны?
Влажная ветка зацепила Карреру по щеке. Деревья раздвинулись, и президент увидела святилище на небольшом островке, возвышавшемся между ручьями.
— Нам туда, — сказал Гермес. — Сейчас я извлеку запрошенную информацию. Минуточку!
И он снова умчался вперед.
— Это девушка? — кивнув ему вслед, спросила Каррера.
— Возможно. Что-то не так, госпожа президент?
— Да нет… Гермес так говорит… немного по-женски, — президент с улыбкой потрепетала пальцами возле уха.
— На посту может быть кто угодно, это проводник-каталогизатор, и его чером пользуется любой спецотделовец, заступивший на дежурство по Элизиуму.
Святилище выглядело как полуразрушенная стена, окружающая жертвенный алтарь. В стене виднелись ниши с каменными вазами, из которых свисали жухлые цветы. Алтарь поддерживали три короткие колонны. Тихо и мрачно было здесь.
— Госпожа президент, — вдруг сказал волк, и Каррера оглянулась, — будьте добры, уступите дорогу.
Мимо них проплыла к алтарю неясная тень. Гермес сделал им знак войти, и султанша с волком поднялись в святилище.
Тень взмыла на алтарь и ослепительно вспыхнула, точно сверхновая звезда. Ее оболочки разлетелись по святилищу и образовали некую объемную сложную структуру. Всмотревшись, Мария Каррера увидела, что информация собралась в тематические кластеры для удобства изъятия данных.
Президент и Фредерик Калиостро вошли в систему «сверхновой». Мария последовательно погружалась в кластеры, изучая их содержимое.
— Мистер Калиостро, — наконец сказала она, — но здесь я вижу сведения исключительно по Оскольду Льи: его биография, медицинские заключения, регистрационные данные, история эксперимента по ВТО в институте Савского… И немного информации о работе с неким сотрудником по имени Эфий… Остальные кластеры пусты.
— Что? — не сразу понял ее Калиостро.
Чер-волк в тревоге поднял уши.
— Я полагаю, в основной своей массе информация этой Тени уничтожена, — президент оглянулась через плечо. — Или так заведено и остальное находится в другой Тени?
Волк тут же принялся пересматривать кластеры. Госпожа Каррера отошла в сторону.
— Прошу прощения, госпожа президент, — наконец произнес Калиостро упавшим хриплым голосом. — Произошла накладка. Я начинаю расследование.
— Итак, мы выходим отсюда?
— Да, мэм.
Каррера коснулась сережки в ухе и приказала навигатору заканчивать сеанс. Ее чер тут же распался на пиксели и смешался с оболочками загубленной «сверхновой». Калиостро покинул Элизиум самостоятельно.
Он пришел в себя, лежа в емкости с проводящим гелем, и резко сел, расстегивая спецкостюм и утирая лицо. В комнате медленно, давая глазам привыкнуть, включалось освещение.