Ал стоял ко мне спиной и копался в высоком буфете. В старых стеклах, вставленных в деревянные рамы, его лицо плыло и искажалось.
— Если холодно, разожги огонь, — сказал он, бросая мне мешочек размером с ладонь.
Я бросилась его ловить, зная, что Ал меня ударит, если мешочек коснется пола. Внутри что-то поскрипывало — наверное, крупнозернистая соль.
Чувствуя, как ноет все тело, я пошла к противоположной стене поставить черный шелковый мешочек на край кафельного стола, расположенного между малым очагом, приветливо сейчас горящим, и большой — но еще темной — круглой огненной ямой в середине кухни. Вздохнув, я бросила шляпу Пирса на круглую скамью, окружающую эту яму. Введенные мне препараты выветривались, и я, обнимая себя за плечи, прикидывала, что мне проще: трудиться, чтобы развести огонь в центральной яме, или просто померзнуть то время, что уйдет на сотворение проклятия.
Господи, он наконец-то это сделает.
Ал вытащил из отпертого ящика книгу — что-то проверить, и слабое свечение шести закрепленных шаров осветило кафельный стол перед малым очагом. У стола стояли два сиденья — с одной стороны мягкое кресло с подлокотниками, с другой — простая табуретка. Когда я в первый раз попыталась сесть на табурет, тут же получила такую плюху, что отлетела к противоположной стене. Это было для меня неожиданностью. Очевидно, мне полагалось сидеть в удобном кресле Кери.
Вспомнив собственную кухню, я вздохнула — не по блестящим столам и ярким лампам, а по тем, кто там остался.
— Ты знаешь, что я даже ради спасения жизни огонь добыть не способна, — пожаловалась я, осторожно вынимая из корзины с растопкой тонкие щепочки. Не так уж было холодно, но если начну разжигать огонь, Ал прекратит швыряться в меня предметами для сотворения заклинаний. — У тебя есть что-нибудь вроде спичек?
Ал даже не глянул в мою сторону, занимаясь коллекцией ножей в запертом футляре.
— Значит, будем мерзнуть, пока не научишься. Попытайся не извести всю растопку, она денег стоит.
Видя, что я ворошу пепел в поисках каких-нибудь признаков жизни, он подошел ко мне и положил рядом с мешком зловещего вида церемониальный нож с изображением изогнувшейся женщины.
— Ну можно же просто отопление включить? — заныла я.
Приемная у него была как дворец, обыкновенная кухня, где спал Пирс, исполнена в современном стиле, а спальню Ала я, слава богу, не видела. А для этого помещения он выбрал деревенскую обстановку.
— Здесь нет труб, — ответил он рассеянно, задумчиво перебирая запасенные свечи.
Я кивнула. Ну, да. Даже наспех поставленный круг будет надежен.
Посмотрев на каминную полку, где все также рядом с Рыбкой стоял Кратион, я поежилась. Вообще говоря, насколько часто мне будет нужна защита от баньши?
Ал со стуком задвинул ящик, выложил небольшую тонкую дощечку (похоже, красного дерева) рядом с солью и свечами.
— Пришла уже в себя? — спросил он с хитрецой.
И снова у меня голова кивнула. Я бросила в яму кусок дерева, зарыла его в пепел, чтобы оно приняло на себя огонь.
— Да, — ответила я кратко, думая, что пепел у меня на руках пахнет лучше жженого янтаря, пропитавшего все помещение. Дома надо будет душ принять.
— Жаль. — Ал отвернулся, осмотрел полку с металлическими штучками и взял одну — похоже, наугад. — Мне ты нравишься, когда пьяная. С тобой тогда веселее. Сделать тебе пирог?
Он злобно улыбался, и я скривилась, увидев румяное лицо и козьи глаза. В тусклом свете они казались почти нормальными. Я уже набрала воздуху — сказать ему, куда он может засунуть свой пирог, как он вдруг дернулся, обернулся к очагу, и в глазах загорелся охотничий огонек.
— Я так и знал! Мелкий поганец! — прошипел он шепотом, бросаясь через всю кухню.
Я встала. Пирс вдруг возник возле малого очага — прямо в лапах у Ала.
— Попался! — зарычал Ал, держа его за горло рукой в белой перчатке. Пирс вытаращил глаза и тут же их зажмурил — за секунду до того, как Ал приложил его головой о каменную полку. Раздался неприятный тупой звук, Рыбка плеснул хвостом, а Пирс застонал от боли. Его рука взлетела в воздух, кофейная чашка из квартиры Ника выкатилась на каменный пол и разбилась.
— Осторожно, Кратион! — крикнула я, видя, как наклонилась бутылка. Но она качнулась обратно, и ничего с ней не случилось.
— Будешь знать, как грозить мне Тритоном, — объяснил Ал. — Я твой хозяин. И не забывай этого.
— Ал! Перестань! — крикнула я, когда Ал снова ударил Пирса о каминную полку. — Кратиона сбросишь!
— А это за то, что не остался, когда я тебе велел, — прорычал демон, но Пирс его вряд ли услышал. Глаза его закатились, он повис мешком в руках у Ала.