— К тому же, — добавила Айви, — на завтра у нас ничего интересного не запланировано. Самый скучный день недели — среда.
Я улыбнулась, радуясь, что у меня такие друзья хорошие.
Глава девятнадцатая
Дул теплый ветер, слышно было, как стрекочут насекомые в высокой траве. Я сидела рядом с Пирсом на широком золотистом поле, вполне довольная. Надо мной колыхались золотые колосья зрелой пшеницы, я пощекотала Пирса сломанным стеблем, и он открыл глаза, поразив меня их темно-синей глубиной. На миг на меня посмотрел горячим взглядом Кистен, но тут же черты его растаяли, и снова на его месте был Пирс. Свободная одежда его была в беспорядке, лицо закрывала от света шляпа.
— Скоро рассвет, — сказал он, и я улыбнулась его британскому произношению. — Время просыпаться.
Глаза его поплыли, покраснели, зрачки сделались горизонтальными, как у козы. Лицо огрубело, разрумянилось, и передо мной лежал Ал в жатом зеленом бархате, небрежно согнув колено. Небеса стали кроваво-красными. Демон протянул руку, поймал меня за запястье, но к себе тащить не стал.
— Давай домой, ведьмочка.
Я фыркнула, дернулась — и проснулась.
Резко вскочив, уставилась на закрытое окно, увидела бледный свет восхода на синих и красных стеклах витража. Со стучащим сердцем я сообразила, что стрекот насекомых в моем сне — это был Дженкс, реющий возле закрытой двери и слушающий звуки из щели.
Он поднес палец к губам, и, увидев мой дикий взгляд, вернулся к двери.
Пульс постепенно успокоился, я посмотрела на часы. Четверть седьмого. Большую часть ночи я работала, наконец легла где-то часа три назад, чтобы чуть поспать.
Сбросив плед, я осторожно подтянула колени, чтобы завязать кроссовки. Не очень хорошо я себя чувствовала.
— Ты почему в моей комнате? — спросила я шепотом, не шля сама зачем. Может потому что Дженкс велел не шуметь.
— Солнце уже взошло, — ответил он, держа ухо у двери. — Ты думала, я тебя одну оставлю? Пятнадцать минут назад открылся сезон охоты на рыжих.
Неверными пальцами, преодолевая боль в коленях, я натянула туфли. Три часа сна — этого было далеко не достаточно.
— Где все? — спросила я, вставая, чтобы выглянуть из маленького цветного окна.
— Бис спит, кошка где-то здесь, Джакс на колокольне, мои ребятки расставлены в стратегических пунктах сада вместе с Маталиной, — доложил он. — Ждем команды от господа бога. А может быть, твои убийцы ждут, чтобы ты подошла к этому дурацкому окну.
Я отпрянула назад, обнимая себя за плечи. Джакс здесь?
— А Ник?
Дженкс обернулся, вися в воздухе у двери:
— А что Ник?
— Нуты же сказал, что Джакс здесь…
Дженкс скривился и буркнул:
— Мальчишка либо поумнел, либо окончательно ума лишился. Явился сразу, как ты пошла спать. Сказал, что бросил Пика — ему не понравилось, как этот экземпляр гонялся за тобой с ножом. Тинкины стринги, Рэйчел, будь там я, убил бы эту крысу на месте — я про Ника. А сейчас я не знаю, принять Джакса обратно или послать Джриксибелл проверить, не шпионит ли он за нами.
У меня поднялись брови: из святилища донеслась громкая речь:
— Да потому, что я тебе не доверяю!
Это был голос Айви, и голос разозленный.
— Кто там? Эдден?
Дженкс опустился на дюйм, крылья заработали медленнее:
— Пирс.
— И как он? — напряглась я. — И почему меня никто не разбудил?
— Потому что он жив-здоров, а ты спала. — Дженкс перестал прислушиваться и повернулся ко мне лицом, руки на бедрах — поза Питера Пэна в наилучшем исполнении. — Он здесь всего пять минут, и уже устраивает переполох. Остуди свои гормоны, Рэйч.
— Твое мнение обо мне должно переменить мои чувства по отношению к ней? — донесся голос Пирса, приглушенный, но настойчивый. — Ты ей споспешествовать не можешь, вампир. Твоя любовь может спасти ее, лишь поставив ей границы. Такова твоя природа. Здесь нет стыда, но ты используешь Рэйчел в попытке подняться за собственные пределы.
Ну, блин. Вот только этого не хватало.
Схватив щетку, я три раза провела ею по волосам, плюнула. Помоги ему господь, он сейчас отбирает у Айви ложь, сохраняющую ей здравый рассудок.
— Не выходи! — крикнул Дженкс, когда я потянулась к дверной ручке. — Они перестанут разговаривать!
— В этом и смысл, — ответила я, дернув на себя дверь. — Пирс? — позвала я, услышав, как Айви что-то прошипела. Меня пробрала дрожь — это я ощутила, как он зачерпнул из линии на заднем дворе.
Блин.
— Айви, не надо! — крикнула я, устремляясь в святилище, несмотря на боль в коленях. Черт возьми, если сейчас она его прижала к стене, я разозлюсь.