— Все нормально, — сказал он, сжимая зубы и не глядя мне в глаза.
Выглянув за барьер, я увидела группу цветных крыльев, поднимающихся из-за прикрывавшего пикси сарая.
— Дженкс, сзади! — крикнула я и тут же скрылась за деревом, когда три копья ударили в защитный пузырь Пирса. Хреново дело, нет у меня ничего от фейри. Ничего!
Раздался высокий звенящий крик, я осторожно высунулась из-за стола и увидела, как крылья Джакса приобретают резкий желтый оттенок. И будто это было сигналом, обрушился дождь стрел пикси. Авангард пурпурнокрылых фейри рухнул вниз на обрывках крыльев. С кровожадным воплем бросились на упавших шестеро младших детей Дженкса, вынырнув из моего старого чайника, спрятанного в кустах. Через три секунды фейри лежали замертво, а детишки радостно хлопали друг друга по ладоням. Ну и свирепые ребята у Дженкса!
— Рэйч! — окликнул меня Дженкс, и я глянула вверх, еще не отойдя от этого ужаса. — Ты что тут делаешь?
— Конспектирую, — сказала я, подтолкнув Пирса локтем, чтобы снял пузырь на секунду и впустил Дженкса отдохнуть. — Айви не видал?
Господи, если она где-то лежит раненая…
Мигнул, исчезая, зеленоватый пузырь безвременья и тут же вернулся. Дженкс повис передо мной, испуская запах раздавленных одуванчиков, пробудивший все чувства и наполнивший необходимостью действовать.
— Она себе устроила тренировку там, впереди, — сказал он загадочно. — Жива-здорова! — засмеялся он в ответ на мой встревоженный вид. — Только не ищи ее, она совсем вампир. — Он улыбнулся, похожий на бесенка. — Даже страшно.
— Пирс! — вдруг сказал он. — Рэйч тут ничего не может сделать, перенеси ее отсюда.
— Я никого не могу перенести, кроме себя, — возразил Пирс. — Это может только демон или очень опытная горгулья. Каковой Бис не является.
Воздух прорезал знакомый вопль, перекрыв боевые кличи пикси и шум разорванных крыльев, бьющих воздух. Дженкс подлетел к границе пузыря, и мы с Пирсом выглянули из-за края стола.
— Святая Мария, матерь божья! — прошептал Пирс, увидев, как Айви перелетела одним прыжком через стену между улицей и церковью с кривым мечом в здоровой руке. Уклоняясь от крошечных копий, она срубила двух фейри с противным плещущим звуком. Стряхнув их с клинка, она покатилась к сараю. Глаза у нее стали дикими, волосы расплескались по плечам, когда она врезалась спиной в доски. Черт возьми, она же как Мэри Лу Реттон на бримстоне!
— Выпусти меня, Рэйч! — крикнул Дженкс, но это не я держала пузырь.
Айви прыгнула за миг до того, как в доски сарая воткнулся град стрел — туда, где она только что была. Еще частокол стрелок украсил ее новый гипс, и она их смахнула клинком. С вампирской силой и ловкостью она бросилась к пню, под защиту детей Дженкса.
— Айви! — крикнула я, чтобы она пришла к нам — пусть даже совсем овампирилась.
На той стороне двора распахнулись ворота на улицу, врезавшись в стены с мокрым стуком. В проеме стояла Кери, обрамленная белизной некрашеного дерева. Волосы она не заплела, прямые пряди почти парили в воздухе на каждом ее решительном шаге, полном гнева и целеустремленности.
На седьмом месяце женщина. Какого черта ее сюда понесло?
— Celero dilatare! — крикнула она ликующе, и в руках ее соткался черный шар силы. Розовые губки скривились злобной гримасой, и она метнула снаряд.
— Всем в укрытие! Сейчас взорвется! — заорала я.
Пикси взлетели вверх, Айви бросилась за сарай, а Кери, вывернув руку жестом лей-линейщика, взорвала свое проклятие в самом большом скоплении бабочкокрылых.
Твою ж мать!
Я дернулась спрятаться за стол вместе с Пирсом, а над садом расцвело облако с черными краями, подсвеченными синим. Оно заколебалось над защитным пузырем Пирса… и исчезло. Я посмотрела: Кери стояла рядом с пнем, а фейри пытались перегруппироваться, рассеянные сильным перемещением воздуха — насколько я понимаю, это оно и было. Кери, спокойная и довольная, стояла в своем белом платье, отороченном золотом и пурпуром. Посередине выдавался живот, и она гордо демонстрировала растущую в ней жизнь дочерям Дженкса, которые улучали минутку подлететь и пощупать мягкую выпуклость сквозь полотно платья, а потом снова летели резать оглушенных фейри.
Ли, подумала я, про себя говоря ему спасибо, пока поднималась на ноги. Наверное, он ей сказал, что тут происходит, и она покинула имение Трента. Кери была прекрасна в гневе, но не знаю, бросила она сильное заклинание — или проклятие.
— Выпусти, Пирс! — крикнул Дженкс. — А то я из твоей мошонки мягкое кресло набью!