Ал у меня за спиной усмехнулся:
— Никого не хочу обидеть, но это гораздо интереснее.
Выразив свою мысль, я отпустила Ника и отступила так, чтобы он меня не достал. Внутри меня трясло, но бросить это дело я не была готова. В долгосрочной перспективе.
— Не тот ты мужик, за которого я тебя принимала. Вор экстраординарной искусности? Ага, как же. Пойду к Розе. Мне все равно к ней надо, так и так. Пойдем, Ал, у Ника для этого духу не хватает.
— К Розе? — удивился недоуменный Ал, глядя на меня откуда-то от коробок.
— Ага, девушка в том стрип-баре. — Повернувшись к Нику спиной, я прошла в середину комнаты, подождала, чтобы подошел Ал, и вместе мы исчезли бы. В приступе раздражения, который не пришлось подделывать, я нахмурила физиономию. — Ты жене думаешь, что ты — единственный вор, с которым я сталкивалась? Бриллиант «Поворот»? Или магнетит «Англия»? Как ты думаешь, кто их украл?
Я это все соображала на ходу, но бриллиант этот был легендарным, как и магнетит.
Сообразив, к чему я, Ал придвинулся ближе:
— Ты очень разносторонняя ведьма, — сказал он с нежностью, и я шевельнула пальцами, убирая его губы от своего уха.
Ник, однако, задумался.
— Никто их не крал, — сказал он с сомнением в голосе. — Они там, где должны быть, под такой охраной, что таракан живым не проберется.
Я жизнерадостно ему улыбнулась:
— Не сомневаюсь, что ты прав. Ал, у нас мало времени.
— Это правда! — ответил он так же радостно, и я взяла его под руку, отставив одну ногу назад, как у него. Господи, да Ником проще манипулировать, чем моим братцем.
Сердце у меня екнуло, когда я почувствовала, как меня принимает линия, и меня на миг охватила паника. Это не считается! Если Ал меня унесет до того, как я закончу работу, это не будет считаться!
— Погоди! — донесся слабый голос Ника.
Я услышала, как выругался Ал, но мы снова сгустились в реальность и увидели Ника, протягивающего в сомнении длинную чуткую ладонь. Я почувствовала волну адреналина — и полового возбуждения. Блин, ну не может же меня это заводить?
Ал тоже почувствовал, наверное, потому что придвинулся ближе, рука его легла ко мне на бок, потом слегка проехалась по спине, отчего я вздрогнула.
— Святая матерь хаоса! — выдохнул он. — Рэйчел, ты точно одна из нас. Можешь не торопиться, пожить под солнцем. Ты стоишь того, чтобы тебя ждать.
Облизывая губы, я стояла, не в силах двинуться. Кровь гудела низко в паху, и я стискивала зубы. Черт побери, не могу же я заводиться от победы над Ником в этом блефе!
Или могу?
— Что надо брать? — спросил устало Ник, оглядывая меня так пристально, что я засомневалась, не знает ли он, о чем я сейчас думаю. Проглотив слюну, я отодвинулась от Ала.
— Мне нужно что-то украсть у Трента.
На этот раз посущественнее копытного крючка.
Ал отодвинулся, довольно мыча себе под нос насчет «моей умной ведьмочки». Ник оглядел меня с головы до ног:
— Лаборатория, административные здания, жилье?
Черт побери, кажется, я его поймала! Еще будет обязательная пузомерка, но он сделает то, что нужно.
— На выбор вора. Только не жилье.
Ник схватил пару веревочных галстуков из кучи барахла и зашнуровал ботинок.
— Почему не жилье?
Я пожала плечами, отодвинувшись от обоих мужчин в сторону:
— Я обещала этого не делать.
— Можно брать живого? — спросил Ник, и я отшатнулась:
— Нет. Только предмет. Что это будет — мне все равно. Я так понимаю, ты лучше меня знаешь, что у Трента есть в подвалах такого, чем он с миром не делится. Должно быть что-то неудобное для него и сенсационное. Нечто такое, что он захочет получить обратно, очень захочет, но постесняется признать, что у него это было.
Ник оторвался от завязывания второго ботинка.
— Шантаж? Типа, он отзывает натравленный на тебя ковен, а иначе — обнародование? — Он покачал головой. — Он тебя просто убьет.
— Вот почему я это отдам обратно раньше, чем ему представится такой случай, — ответила я.
Но я не думала, что Трент меня убьет. Если я погибну, даже в позоре и изгнании, его биолаборатории попадут на первые полосы газет.
Ник посмотрел на меня недоверчиво.
— То есть я буду красть только для того, чтобы ты тут же вернула?
— Вот такая она, моя ведьмочка, — ответил ему Ал. — Николас Грегори Спарагмос, я сниму твою метку — за все содержимое этой комнаты.
— Только если меня нет в этом списке, — отпарировал он, и Ал разочарованно скривился:
— А, черт.
— Шутка такая, Ник, — пояснила я, снова схватывая инициативу разговора. — Так, просто для смеха, понимаешь? Трент в пятницу собирается выставить свою кандидатуру на пост мэра города. Репортеры там соберутся. Вот тут я ее и отдам.