И волнует ли меня этот вопрос?
— Ты уверен, что эти камеры не пишут? — спросила я. В конце коридора Джакс фыркнул, и я отбросила прядь волос с лица. — Такое ощущение, что за мной наблюдают.
— Мне будет легче, если будет тише, — произнес Ник, и Айви нахмурилась. Ник убрал пальцы от клавиатуры и щелкнул костяшками. Струйка пыльцы пикси упала сверху — то ли электроны подмазать, то ли на счастье, — и Ник нажал большую зеленую кнопку.
На панели погасла красная лампочка и зажглась зеленая. Раздалось тихое жужжание, Нике элегантной быстротой вынул карту из считывателя и повернул ручку двери. У меня сжалось сердце, но двойные двери безмолвно разошлись, открываясь.
— Ч.Т.Д., — произнес Ник, жестом приглашая меня пройти вперед.
Айви перехватила меня за плечо:
— В наше время это расшифровывалось как «Чего торопишься, дурень». Первой пойду я.
Окинув Ника недоверчивым взглядом, она вошла в темноту за дверями. Среагировали, зажигаясь, на ее присутствие флуоресцентные лампы. Меня это обеспокоило, но вряд ли кто-то отслеживает включение ламп. Для обнаружения нарушителей есть иные способы.
— Не может быть, чтобы было так просто, — сказала я, идя за ней следом. Ник пошел вплотную за мной. С ним был Джакс, а Дженкс присоединился за миг до закрытия дверей.
— Потому что на самом деле оно не так, — ответила мне Айви, и я уставилась на белые стены пустого помещения.
— А где хранилище? — обернулась я к Нику. — Где это гадское хранилище?
— Прямо перед тобой, — ответил он, и я развернулась, уже по-настоящему в плохом настроении. — Рэйчел, где тут лей-линия? — спросил он, и я замолчала, не сказав тех злых слов, которые готовы были сорваться.
— Да вот она, — сказала я, и тут у меня глаза на лоб полезли. — Ты хочешь сказать, что дорога в хранилище ведет через… через безвременье? — Ник загадочно улыбнулся. — Но ведь этого не может быть!
А если бы можно было, то красивое было бы решение. Идеальная дверь. Когда магниты обесточены, то линия сюда не подходит, и двери просто не существует. Закрыв глаза, я потянулась к лей-линии, поразилась, когда ее нашла — изогнутая и проходящая сквозь стену именно так, как предположил Ник. Меня пробрало дрожью. Трентов отец вместе с моим выходили в безвременье и возвращались обратно, не нанимая проводников. Он умел переноситься из реальности в безвременье и обратно с помощью лей-линии. И Трент, очевидно, тоже это умеет. Значит, он по-настоящему не хотел, чтобы я это знала, когда этим летом рисковал всем, покупая нам проход в безвременье и обратно.
Когда я открыла глаза, Ник улыбнулся шире и оттолкнулся от стены:
— Так где же дверь?
С колотящимся сердцем я отсканировала пустую комнату.
— Прямо перед нами. Дай-ка я включу второе зрение и посмотрю, что тут творится.
Черт побери, Ник ведь знает, что колдуны этого делать не могут.
Но он считает, что я могу?
Непривычно было смотреть, как магниты втянули линию глубоко в землю. Непривычно — и очень разумно сделано. Но и эта мысль исчезла, когда я напрягла второе зрение и оказалось, что мы вместо камня и щебенки подземелья находимся на открытом месте, с высоким потолком и ровными полами, цветастыми баннерами и фантомным звуком инструментальной музыки восьмидесятых.
— Вот блин! — ахнула я в изумлении, когда узнала ее. Это был демонский молл. Ал однажды меня сюда водил, когда у него кончился порошок из насыщенных силой камней Помпеи.
Я схватилась рукой за горло, увидев спокойно идущих по своим делам демонов и фамилиаров. Меня не будет видно, если они тоже не включат второе зрение. Я как призрак — не нахожусь в безвременье на самом деле, а только смотрю на него. Повернувшись к стене, я заморгала. Стены не было — было кафе, обслуживающее демонов и фамилиаров.
— Привет, чуваки! — сказала я. — Айви, ты не поверишь. Это молл.
В таких случаях, как сейчас, я радовалась, что демоны не могут выскакивать в реальность по своему капризу, но только по вызову. Однако смотреть им ничего помешать не может.
Ник хмыкнул. Я отвернулась от зрелища кофейни, граничащей со стеной, и повернулась к нему. Казалось, будто он стоит в молле, не обращая внимания на проходящих демонов. Аура Ника была куда темнее, чем когда я его видела в прошлый раз. Джакс на его плече казался радужным пятном.
— Ты можешь туда войти? — спросил Ник.
У меня в глазах двоил ось от двух реальностей сразу. Черная копоть, покрывавшая Ника, стала намного гуще. Метка Ала смотрелась черной дырой, всасывающей окружающий свет, и ее повторяла новая метка на плече. Вспомнив, что он ждет ответа, я кивнула.