Простите? - переспросила она по-английски, улыбаясь.
На ломаном английском пограничник попросил предъявить ее обратный билет. Марин покопавшись в сумочке, достала его и отдала офицеру, внут-ренне похихикав: билет был выписан от руки, и нем сама Марина с трудом нашла нужную ей информацию. Билет пограничника не удовлетворил, он поинтересовался, сколько у нее с собой денег и потребовал приглашение. Марина пожала плечами и, снова изрядно порывшись в сумке, достала мя-тый факс, подписанный директором итальянского автомобильного завода и приглашающий синьору Serebriannikova Marina посетить указанный завод для ознакомления и написания статьи... Пограничник забрал бумагу, паспорт и билет и ушел, по-видимому - советоваться с начальством, ходил минут десять. Потом вернулся и попросил Марину подождать в сторонке. Уже давно прошло контроль и удалилось по своим делам семейство с тре-мя активными детьми, очередь перед будочками растаяла, удалился в неиз-вестном направлении зануда с длинным носом, а Марина продолжала ждать. Когда прошло полчаса, она уже решила, что ждет еще пять минут, после чего идет скандалить, но тут вернулся носатый пограничник в со-провождении исключительно красивого офицера, видимо, более высокого ранга, поскольку на носатом болтался один жалкий шнур аксельбанта, а на вновь прибывшем красавце - здоровенный пучок, штук шесть...
Красавец взглянул на Марину, в ее паспорт, который держал в руках, про-читал приглашение... Его лицо побагровело, он сквозь зубы сказал что-то явно итальянски-матерное (после чего носатый растворился в воздухе) и на неплохом английском произнес, обращаясь к Марине:
Уважаемая синьора, вы журналист из России? Да? О, эта загадочная страна, там такие красивые женщины! Мой нерадивый подчиненный хотел по-общаться с такой красивой женщиной, разумеется, у нас нет никаких к Вам претензий, может быть, Вам нужно найти такси?
Нет, благодарю Вас, меня должны встречать.
Встречающих почти уже и не осталось, так что Марина сразу заметила вы-сокую эффектную брюнетку с табличкой в руках. Еще не видя, что написа-но на табличке, она загадала: если это и есть Даниела, все для нее в Италии сложится хорошо. Что именно означает "хорошо", она додумать не успела, потому что брюнетка увидела Марину, заулыбалась, помахала в воздухе табличкой и быстро пошла навстречу.
Здравствуйте! Вы Марина Серебрианикова, я не ошибаюсь? - по-английски она говорила очень хорошо. Практически без акцента. Что-что, а это Ма-рина, закончившая иняз, оценить могла с ходу. - Вас так надолго задержали, я уже хотела идти к начальнику аэропорта, чтобы выручать. Это Ваш багаж? Позвольте Джанни, это мой шофер, взять Ваш чемодан.
Джанни - невысокий, смуглый, непрестанно улыбающийся, в шоферской фуражке - подхватил чемодан, Марина и Даниела пошли следом.
Мы доедем до нашей виллы, она не в самой Болонье, а в пригороде. - Про-должала Даниела. - Мы с Дарио подумали, что Вам интересно будет по-жить в такой вилле, и значительно удобнее, чем в гостинице. Ехать нам до-вольно долго, почти четыре часа, если Вы хотите подремать - не стесняй-тесь, вы наверняка устали после перелета.
О нет, спасибо. Я не бывала в Ломбардии, и с удовольствием буду смотреть на дорогу.
Машина - солидный старомодный "Роллс-ройс" - выехала со стоянки, Да-ниела заметила извиняющимся тоном:
Конечно, следовало бы ездить на "Феррари", но мне так нравится эта ма-шина, что я настояла на своем.
Марине хотелось посмотреть по сторонам, но они ехали по автостраде, за окном с удручающей монотонностью чередовалась склады, поля и какие-то промышленные здания, и она сама не заметила, как задремала. Сказалась все-таки и сумасшедшая неделя перед отъездом, и полубессонная ночь, и ранний вылет...
Разбудил ее мягкий голос Даниелы:
Синьора Серебрианикова, мы въезжаем в Болонью, взгляните, это стоит того.
Открыв глаза, Марина увидела город: собор с высокой колокольней, уво-дящие от него узенькие улочки, серый камень и высокие деревья...
Ну вот, мы почти приехали... Отсюда начинается наш парк, а сейчас за по-воротом Вы увидите дом, - сказала Даниела и в самом деле, через пару ми-нут за поворотом показался дом.
К двухэтажной вилле вела дорожка, выложенная белым песком, невысокие кусты роз вдоль нее были усыпаны мелкими темно-красными цветами. Розы были высажены и на великолепных подстриженных газонах - желтые, алые, розовые, белые. Само здание, нежно-кремовое с белыми колонными по фасаду, украшали выкрашенные зеленым балконы с металлическими решетками. Виллу окружал парк, и, судя по всему, парк уходил и далеко за здание.
Машина объехала большую сложную клумбу и притормозила точно у под-ножия парадной лестницы.
Прошу Вас, Марина, пойдемте, я покажу Вам Вашу комнату. К сожалению, Дарио должен был уехать на важную встречу, но он присоединится к нам вечером. - Широкоплечий смуглый слуга распахнул высокую парадную дверь, и они вошли в прохладный холл, где от дверей до мраморной лест-ницы можно было, пожалуй, выстроить роту солдат. - Жилые комнаты расположены на втором этаже, я выбрала Вам комнату окнами в сад, у нас она называется "зеленая" из-за цвета обивки, последние двести лет цвето-вую гамму сохраняют. Посмотрите, Вам нравится?
Открыв белую дверь, Даниела провела ее в просторную, очень светлую комнату. Действительно, драпировки, обивка мебели, стены были оттенков зеленого, но не это привлекло внимание Марины. Она подошла к окну и даже ахнула от восхищения - из окна открывался великолепный вид на парк, опускающийся полого к реке, и дальние голубые холмы.
Какая красота! Спасибо Вам, Даниела, все настолько великолепно, что я не нахожу слов!
И не нужно пока что - Вы прибережете их до написания статьи, - улыбну-лась Даниела. - Вы наверняка захотите отдохнуть и привести себя в порядок с дороги, ванная вот здесь за дверью. Если Вы захотите вызвать горничную, вот звонок. Единственное неудобство - Клара говорит только по-итальянски... но мы что-нибудь придумаем. Ваш чемодан поставили в шкаф, Клара распакует его, пока мы с Вами поедем на ланч, через час при-мерно. Спускайтесь тогда вниз, хорошо?
Замечательно. Спасибо, Даниела.
Ну, отдыхайте, - и Даниела исчезла за дверью.
Марина и в самом деле умылась - ванная комната была роскошной и стро-гой, в зеленом мраморе и кафеле, с огромной снежно-белой ванной, утоп-ленной в пол. Большое сверкающее зеркало отразило бледной и несколько помятое лицо (никого не украшает сон в машине), и Марина решила при-вести себя в порядок: приняла душ, тщательно причесалась, слегка подкра-силась, достала из чемодана легкий летний костюм. Костюм был новенький, сидел идеально, в чемодане ничуть не помялся, поскольку шелк с лайкрой не мнется. К Марининым темным вьющимся волосам, сливочной коже и темным глазам очень шла светлая бежево-голубая гамма, широкий пояс жакета и пышная юбка подчеркивали тонкую талию - словом, на сей раз отражение в зеркале ей понравилось.
Она чуть-чуть брызнула духами за ухом и на запястья, подкрасила губы светло-розовой помадой, надела бежевые босоножки на тонком каблуке и вышла из комнаты.
Даниела окликнула ее из комнаты справа от холла - судя по камину и ог-ромному количеству кресел и диванов, это была гостиная. В кресле рядом с хозяйкой дома сидел мужчина, Даниела с улыбкой представила его:
Познакомьтесь, дорогая, это наш старинный друг, коллега моего мужа, синьор Джанпаоло Беттини. Он везет нас обедать в какой-то новый ресто-ран здесь неподалеку, и я должна Вас предупредить, что когда он сидит за рулем, я могу только закрывать глаза и молиться!