Через пару часов она поняла, почему Дарио запланировал на сегодня осмотр завода только до ланча: ноги гудели, спина разламывалась, как по-сле похода по картинной галерее, в голове больше не умещалось ни грамма сведений об истории концерна и нынешней ситуации в области новейших разработок в производстве автомобилей высшего класса. Автомашины здесь не собирали на конвейере, а, скорее, создавали в лаборатории, каждую персонально... Марина порадовалась, что не только записывала все в блокнот, но и диктофон включила. Одна кассета в диктофоне уже закончи-лась, она похвалила себя, что взяла запасную, а ее гид все говорил...
Появление Джанпаоло спасло Марину от позора - она уже готова была взмолиться о пощаде.
Скажите, Марина, - спросил он, поздоровавшись, - Вы хотите пообедать в здешней столовой для персонала, или мы поедем куда-нибудь в хороший ресторанчик?
Не знаю, право... А как Вы хотите?
Ну, я-то здесь обедаю каждый день, так что только рад возможности сбе-жать. Тогда, если не возражаете, я жду Вас у выхода через... полчаса Вам хватит?
Вполне. Мне хватит и пятнадцати минут, чтобы принять душ и переодеться.
Да? Странно, а мне всегда казалось, что женщина просто не может потра-тить на сборы менее получаса... Ну что же, в таком случае, я еще раз убе-ждаюсь, что Вы - небыкновенная женщина! Значит, я жду Вас у выхода.
Марина поняла, что погорячилась с определение необходимого ей времени, но деваться было некуда, и она бегом ополоснулась под душем (столь же великолепно-технологичным, как и все на этом заводе), влезла в костюм и напудрила нос. Забежать в туалет она не успела, что вскоре стало достав-лять серьезные неудобства...
Обедали она снова в загородном ресторанчике, теперь уже в другом, но тоже расположенном в старинном здании. Ресторанчик был небольшой, всего на десяток столиков, и, судя по тому, что на их столике стояла таб-личка с именем, места здесь резервировались заранее. "Значит, он не со-мневался, что я соглашусь на такой вариант обеда", - Марину охватило смятение. Впрочем, добраться до дамской комнаты было куда актуальнее, и она немедленно отправилась... мыть руки.
Кафель в дамской комнате был украшен картинками гарцующих лошадей, на которых сидели дамы в амазонках и шляпах с перьями. Марина вспом-нила о предстоящем уроке верховой езды, и внутри у нее все заныло. "Мо-жет, сказаться больной? Неудобно, Даниела поймет, что я просто трушу, да еще будет делать вид, что поверила в мнимую болезнь. Нет, придется про-бовать, ой, страшно-то как...". Марина посмотрелась в зеркало. В целом, отражавшаяся там брюнетка с пышной прической, карими глазами и ладной фигуркой ей понравилась. Румянец на щеках был натуральным, нос не блестел, легкий костюм сидел безупречно, слегка приоткрывая "область декольте", где, признаться, было чем гордиться...
Марина вернулась к столику, на котором уже стояла корзинка с хлебом и сухими хлебцами и бутылка белого вина.
Я взял на себя смелость заказать мое любимое вино, Вы не против?
Конечно, нет - я ведь значительно хуже Вас знаю итальянские вина, так что готова следовать за Вами.
Джанпаоло молча глядел на нее. Молчание висело в воздухе, как воздуш-ный шарик, Марина панически стала вспоминать, не испачкано ли у нее чем-нибудь лицо, взяла в руки меню и попыталась понять итальянский список блюд...
Простите, я задумался, - Джанпаоло улыбнулся несколько кривовато, - они должны были принести меню на английском, минуту.
О, ничего страшного, я готова положиться на ваш вкус и в выборе блюд. Но Вы уверены, что я не отвлекаю Вас от каких-то важных дел?
Разумеется, не отвлекаете. Хорошо быть одним из первых лиц на предпри-ятии - можно позволить себе потратить рабочее время на обед с красивой женщиной, и никто тебе слова не скажет. - Он снова улыбался, и, хотя ска-занное явно было неправдой, Марина решила не заострять на этом внима-ния. - Итак, раз уж Вы решили полагаться на мой выбор, я заказываю сам. Пусть для Вас это будет маленьким сюрпризом.
Принесли тающую во рту смесь из мелких осьминогов, мидий, очищенных креветок и еще какой-то морской мелочи. Вино в самом деле было изуми-тельным - легким, чуть сладким, с дивным букетом... Джанпаоло смеялся, рассказывал забавные истории о сицилийцах и сардинцах - как он сказал, вечное противостояние между севером и югом Италии нисколько не уменьшилось за века. Как основное блюдо подали рыбу: зажаренную на гриле, ее принесли, вернее, привезли на тележке целиком, с головой и че-шуей, официант под чутким руководством мэтра разделал ее на специаль-ном блюде специальной лопаточкой и торжественно выложил на Маринину тарелку две пластинки филе без единой косточки.
Рыба была сказочно вкусной, и гарнир из неизвестных овощей (потом Ма-рина догадалась, что это артишоки) был сказочно вкусным, и два соуса, которыми полили эти артишоки, тоже были сказочно вкусными...
Что Вы думаете насчет десерта? Хотите пирожное? - поинтересовался Джанпаоло, когда последний кусочек рыбы исчез и невидимый официант убрал тарелки.
Ох, нет! Грех перебивать сладким вкус этого вина. Вы были правы в Вашем выборе...
Ну, я обычно не ошибаюсь в выборе, по крайней мере - до сих пор не оши-бался, - и он снова улыбнулся.
Лошади были огромны. Марина поняла это, и под ложечкой у нее снова заныло, а внутренний голос сказал ехидно: "Давай-давай, взгромоздись на эту громадину. Потом тебя соберут с песка, и на этом все закончится". Ма-рина велела внутреннему голосу заткнуться и мужественно сказала Дание-ле, которая стояла, поглаживая морду гнедого коня:
Даниела, я никогда в жизни не подходила к лошади ближе пяти метров. Вам придется учить меня всему, начиная с азов.
Ну, технику безопасности я Вам вкратце описала, - Даниела похлопала коня по шее, поставила ногу в стремя и легко вскочила в седло, - теперь на-чинаем практику. Паоло не говорит по-английски, но зато сможет вам помочь в любой ситуации.
Паоло - седой коренастый конюх - подвел к Марине невысокую серо-белую лошадку и похлопал ладонью по стремени. Марина поставила ногу в стремя, мысленно перекрестилась, тут Паоло подтолкнул ее вверх ... и не-ожиданно для себя Марина оказалась сидящей в седле, и даже не лицом к хвосту лошади...
Сидеть было неожиданно удобно, хотя высота, с которой приходилось глядеть на окружающий мир, впечатляла. Паоло медленно повел лошадь по кругу, держа за длинную широкую ленту, прицепленную к уздечке; лента называлась корд, это Марина откуда-то знала. Приноровившись к мед-ленному покачиванию в седле, она даже стала получать удовольствие от ритма движения, от ощущения лошадиного бока под попоной...
... Через полтора часа Марина, отряхиваясь, поднялась с песка, куда уже во второй раз вылетела из седла при попытке перейти в галоп. Серая лошадка, умница, тут же останавливалась, давала подойти к себе и снова вскарабкаться в седло. У калитки стояла Кристина, с интересом глядя на попытку Даниелы забраться в седло самостоятельно.
Вам понравилась Кара? - спросила она. - Раньше она была моя, а потом па-па на тринадцатилетие подарил мне Крейзи, трехлетку. Крейзи, конечно, красивая, вороная, и очень быстрая. Но Кару я все равно люблю.
Мне кажется, мы с ней почти подружились. Она такая спокойная, - Марина, слегка наклонившись, погладила Кару по темной гриве. - А что она любит? Если я завтра буду снова пытаться ездить, принесу ей угощение.
Яблоки она любит, особенно сладкие. Синьор Скарлатти, это папин вете-ринар, он и собак, и кошек тоже лечит, так он всегда Каре лекарство дает в яблоках, внутри.
Отлично, значит завтра принесу ей яблоко. А что она не любит?
А не любит только прыгать, но Вы ведь не будете пока учиться прыгать?
Да что ты, мне бы ездить научиться!