А еще он очень интересно рассказывал про различные нововведения и приемы в рекламе. Я слушала его и понимала, что теперь рядом со мной находится человек, к которому я спокойно могу прийти за помощью и советом, когда я застряну на каком-либо проекте. Он может, и не думаю, что откажет, меня обучить. Я была так рада и благодарна Джен, что благодаря ей в моей жизни по-настоящему появился и он.
И все равно я прекрасно осознавала, что для нормальных полноценных отношений одних лишь общих тем по работе и секса, пусть даже самого невероятного, было совершенно недостаточно. Мне было так грустно осознавать это, особенно сейчас, когда тоска итак начинала щемить мое сердце, потому что сегодня был последний вечер в Каннах, завтра мы опять разъедемся по своим мирам, а дальше меня опять ждет лишь ожидание и надежда.
Стивен предложил вернуться в отель вдоль пляжа. Мы медленно брели у самых волн, мирно разговаривали, а мне хотелось заплакать. Поддавшись порыву чувств, я изо всех сил вцепилась в его руку, переплела наши пальцы и не хотела его отпускать. Он лишь удивленно посмотрел на меня, на мои грустные глаза, растрепанные волосы и не сделал попытки освободиться.
- Я тоже буду скучать по тебе, Тинк, - подмигнул он мне и нежно поцеловал.
"Нельзя плакать", - уговаривала я себя в душе. - "Ни в коем случае нельзя плакать!"
Медленно мы добрели до отеля и поднялись в свой уже ставший таким родным номер. Тут мы провели несколько незабываемых ночей, тут нас сжигала страсть и ураган чувств, тут я была невероятно счастлива, а он принадлежал мне без остатка.
Я смотрела на его спину и понимала, что завтра нас опять будут разделять мили и часовые пояса, что, возможно, он забудет меня через пару недель, и мы никогда больше не увидимся. Я не хотела покидать его. Я подошла к нему сзади и прижалась к его спине, обняв за талию. Я хотела запомнить его запах, запечатлеть в своей памяти таким, как сейчас сильным, стройным, надежным, хотелось запастись его теплом наперед. Мне не хотелось говорить, не хотелось объяснять свой жест, пусть он просто проигнорирует это.
Он молча накрыл своими ладонями мои руки и погладил, осторожно разжал их и повернулся ко мне лицом. Я опустила голову и уперлась лбом ему в грудь. Он нежно взял меня за подбородок:
- И куда делась моя озорная фея? - нежно спросил он.
Я даже не знала, как ему объяснить, что меня гложет какое-то странное предчувствие, что мы больше никогда не увидимся, что, если я отпущу его, то потеряю навсегда. Было все сложнее сдерживать слезы. Он наклонился и поцеловал меня долго и нежно. Я доверчиво прильнула к нему всем телом, нежно гладила его спину, шею, лицо, как слепой, которому необходимо руками дотронуться до собеседника, чтобы узнать и запомнить, как он выглядит.
Сегодня вечером он был невероятно нежен со мной, он ласкал меня так аккуратно, будто я была венецианской статуэткой из тончайшего стекла, и любое неверное движение может сломать меня. Я тянула к нему руки и льнула к нему как затерявшийся в пустыне путник, который припадает к источнику живительной влаги. Сегодня мы любили друг друга не торопясь, растягивая каждый момент удовольствия, и заснули только под утро, когда первые лучи рассвета начали проникать в большое окно спальни.
Глава 8.
Фестиваль в Каннах и наши со Стивеном ночи и дни пролетели так быстро и незаметно. Мы опять вернулись каждый в свою реальность, со всеми ее проблемами и рутиной. Лето довольно спокойный период у меня на работе, что обычно всегда всех удивляло. Но я построила свою работу именно так, что могла наслаждаться теплом, прогулками в парке и поездками на велосипеде.
В конце июля мы с размахом отпраздновали день рождения Дженны. Естественно Люк как самый замечательный друг и профессионал своего дела организовал для нее невероятное празднество. У большинства людей даже свадьбы, вроде бы самое важное событие в жизни, проходят с меньшим размахом, чем тридцати шестилетие моей любимой подруги.