Иван Кузьмич стоял посреди огромного помещения, заставленного фанерными конструкциями, досками, банками с краской. Вокруг него суетились трое рабочих в комбинезонах.
— Иван Кузьмич! — окликнул Володя.
Декоратор обернулся, вытер пот со лба:
— А, Владимир Игоревич! Как раз вовремя. Смотрите, что мы сделали.
Он отвёл Володю к углу цеха. Там стояла декорация почтового отделения — стойка, стеллажи с ящиками, даже почтовые весы.
— Это на случай, если погода подведёт, — объяснил Иван Кузьмич. — Вы хотели натурные съёмки, но лучше подстраховаться. Если дождь пойдёт, сможем в павильоне снять.
Володя обошёл декорацию, потрогал стойку — крепкая, основательная.
— Отличная работа. А это что?
— Это лавочка для сцены с гармонистом, — Иван Кузьмич показал на простую деревянную скамейку. — Специально состарил — потёртости сделал, краску облупил. Будет как настоящая старая.
— Молодец. Когда всё будет готово?
— К завтрашнему дню. Мы тут с ребятами ночевать останемся, если надо. Всё доделаем.
— Спасибо, — Володя пожал ему руку. — Очень ценю.
Он вышел из цеха, направился к третьему павильону. По дороге встретил Колю, который бежал с каким-то списком в руках:
— Владимир Игоревич! — Коля затормозил. — Вот, смотрите! Я всё распланировал!
Он сунул Володе лист бумаги, исписанный мелким почерком. Володя пробежался глазами — график перемещений по локациям, время прибытия, время отъезда, расчёт, сколько плёнки понадобится на каждую сцену.
— Коля, это же... это профессиональная работа!
— Я всю ночь делал, — Коля покраснел от удовольствия. — Хотел, чтобы всё было чётко. Чтобы не было накладок.
— У тебя получилось. Молодец. Размножь это, раздай всем.
— Уже размножил! — Коля достал из-под мышки пачку таких же листов. — Каждому по экземпляру!
Володя похлопал его по плечу:
— Ты у меня лучший ассистент, Коля.
Парень просто засиял.
В третьем павильоне царил контролируемый хаос. Лёха со своим помощником — молодым парнем по имени Гриша — возились с оборудованием. Микрофоны были разложены на столе, провода змеились по полу, записывающее устройство гудело.
— Лёха, как дела? — Володя подошёл.
— Да нормально, — Лёха вытер руки тряпкой. — Проверяю всё по третьему разу. Один микрофон фонил — нашёл причину, исправил. Провода новые поставил. Записывающее откалибровал. Всё будет работать как часы.
— Отлично. А в понедельник готов?
— Готов, — Лёха кивнул. — Владимир Игоревич, я тут подумал. В финальной сцене с оркестром звук будет сложный — много инструментов, много людей. Может, стоит дополнительный микрофон поставить?
Володя задумался:
— Сколько у нас всего?
— Три.
— Поставим два на оркестр, один на актёров. Справишься?
— Справлюсь. Гриша мне поможет.
Гриша, услышав своё имя, кивнул, не отрываясь от проводов.
Володя обошёл павильон. Катя-монтажница сидела за столом, склонившись над бумагами. Перед ней лежали раскадровки, схемы, расчёты.
— Катя, доброе утро.
Она подняла голову, поправила очки:
— Доброе утро, Владимир Игоревич. Смотрите, я расписала монтажный план. Вот здесь первая сцена — встреча. Я рассчитала, сколько плёнки уйдёт, если снимать три дубля. Вот здесь сцена поисков — там много мелких кадров, монтаж будет дробный. Я всё просчитала.
Володя взял листы, изучил. Катя проделала огромную работу — каждая сцена расписана подробно, с учётом хронометража, количества дублей, монтажных склеек.
— Катя, это превосходно. Ты будущий режиссёр, я серьёзно.
Она смутилась:
— Да что вы... Я просто хочу, чтобы всё получилось.
— Получится. С такой подготовкой обязательно получится.