— Вот как жить теперь⁈ — всплеснула тётушка руками, закончив жаловаться. — Будто кто-то сглазил. Хуже не бывает.
— Мне-то не рассказывайте, — проговорил я, посмотрев, что за пирожки она принесла. — Бывает и хуже.
Это на высокую кухню не походило, ну да ладно, это же пирожки, кому они могут не нравиться? Хотя эти больше походили на те, что я видел в том супермаркете, где покупаю продукты. Как раз в это время выкладывают новые.
А говорила, что напекла.
— Да что бы ты понимал? — протянула тётя Лена, расстроившись, что я ей не сочувствую.
— У нас же не соревнование, кого больше жизнь потрепала… А с чем пирожок? — я откусил один.
— С капустой, — она нахмурила тонкие, скупо подрисованные карандашом брови.
— А я думал — с тестом, — я сделал ещё укус. — А вот, вроде, дошёл до начинки. Ничего себе вы её спрятали, как глубоко.
— Вот Саша бы живой был, он бы за тебя взялся, — недовольно сказала тётя Лена, морщась. — Как со старшими разговариваешь?
— С папой у нас отношения были хорошие, и он меня всегда прикрывал. Особенно когда кто-то наезжал не по делу. Что случилось?
Тут она попыталась возмутиться, как обычно, но вспомнила, что пришла не ругаться, как она любит, а для определённой цели, и сдержала крик. Жадный взгляд скользнул по моему скромному жилью.
— Квартирка такая уютная. А мебели нет?
— Очередь для меня освободилась раньше времени, — произнёс я, понимая, к чему она клонит. — Обычно, до конца учёбы не получишь жильё, а тут выдали очень рано. Но мебель сам покупал, на «Авито». Денежку давали.
А интересует её это потому, что мебели мало, поэтому много за аренду не запросишь, а она точно пришла ради этого. Хотя с неё станется задрать ценник, будто она сдаёт не почти пустую однушку, а трёшку в центре после дорогого ремонта.
— Хорошо ты устроился, — она огляделась по сторонам. — Всё дают… мало дают, — тут же поправилась тётя и начала причитать: — Совсем офонарели, сирот прижимают, как жить-то в этой коробке? Давай напишем в интернете. На сайте, в «Одноклассниках» напишем, президенту напишем, что ничего не дали. Сироткам-то всё положено. Трындят везде, что помогают, соцпомощь идёт, а на деле — нифига не дали.
Я с интересом наблюдал, как она переходит к важному для себя.
Впрочем, тут дело совсем не в приобретённых навыках. У меня таких родственников уже несколько, у кого есть планы на мою жилплощадь, и ещё не все явились. Будут и другие.
— Сам накоплю и возьму, — отмахнулся я и взял второй пирожок. — Не буду же всю жизнь побираться. Возьму, что мне надо и что по карману.
В этом пирожке нашлись следы риса и варёного яйца, но только следы, а не полноценная начинка.
— Когда ты ещё возьмёшь? — тётя Лена что-то пробурчала под нос, что-то вроде «долго ждать». — А так-то хорошая квартирка. И район хороший, и автобус рядом. И соседи приличные. И двор удобный, парковка есть, магазин, детский сад, больница, аптека, площадка вон, спортивная. Всё в пяти минутах.
— Не жалуюсь, — я допил чай.
Вообще-то, больницы и детского сада не было, а до автобуса идти не пять минут, а все пятнадцать. Но она будто составляла объявление в интернете, а не говорила со мной.
А вот сейчас будет озвучена основная цель визита, и я с усмешкой её ждал.
— Да у нас тут мальчик знакомый, студент, его из квартиры выселили, жить негде.
— В общагу пусть заселится, — я пожал плечами.
— Да он городской, непривычный к общежитию. Квартирка ему своя нужна. Вот и ищем, куда поселить. А у тебя удобно.
— У меня однушка, — я пожал плечами, делая вид, что не понимаю её намерения. — Будет тесно, я никого не подселяю. Самому места в обрез, всё в чертежах, и диван тут всего один. Не, я на такое не пойду. Да и прикиньте, тёть Лена: своя ванна же есть, можно сколько угодно в ней лежать, никто не гонит. А тут кого-то селить ещё? Не, нафиг.
— Да не, я не про это! Ты же привычный ко всякому, Ваденька, — она села за стол и положила перед собой телефон в розовом чехле с цветочком. — И тебе место в общежитии положено, даже если квартира есть. Пока учёба идёт, выгнать оттуда не могут.
— Во как?
— Да. Но я договорюсь, если что, я вашего коменданта знаю. Тебе вообще можно туда легко устроиться, ты же привычный к неудобствам, говорю. А мальчик сюда поселится, платить будет, денежку заработаешь. Тебе не помешает.
— И сколько платить будет? — я улыбнулся.
Тётя Лена ещё не поняла, в чём причина улыбки, и нахмурила свои брови в очередной раз.
— Деся… Восемь тысяч, — тут же поправилась она. — Мальчик хороший, по знакомству, никого водить не будет. Хотя мебели-то мало у тебя, так-то бы и десять можно было бы взять.