И всё, больше воспоминаний не было. Но кто связной, я не знал, как не знал, кто такой сам Ланге. Даже Туман никогда не видел этого связного, но должен был узнать по каким-то приметам. Знал только, что он местный, не обученный профессионал, а завербованный самим Ланге много лет назад.
Вот чего Холодов тогда приходил ко мне, мог проверять, вдруг, я его знаю.
А, может, я и правда его знаю?
Лёжа в темноте, я попробовал вызвать в голове дворец памяти Тумана, тот участок зала с лестницей, который сегодня приоткрылся, и там появились новые картины.
Фигуристка на портрете, конечно, хороша, и я позалипал на неё, но после стал серьёзнее.
Портрета связного не было, ведь Туман раньше никогда не видел его в лицо. Но была картина, и обрывки памяти так и цеплялись к ней.
К этой картине я и пригляделся, ведь здесь были приметы связного. Это портрет… в котором был ещё один ребус, как в тот раз, с Тайной Вечерей. Ну здравствуйте, опять разбираться.
На старинном портрете был изображён мужик в красной шапке с пером, украшенной камнями, и красном же пальто. И здесь, похоже, зашифрованы его приметы и способы связи с ним. Туман ведь мыслил своеобразно, и многое в его памяти завязано на эти картины.
Ведь для того, чтобы запомнить получше, как раз и нужны яркие детали.
Но этот мужик… я его видел. Не в городе, а сам портрет. Но где? Надо поискать. Я взял телефон, и включившийся экран меня ослепил. Я сощурил глаза и начал гуглить.
Поисковик выдал мне целую пачку таких портретов по описанию, но это всё были не те… Наконец, на третьей странице я нашёл похожее. Ага, это он, я его узнал и нажал на картинку большим пальцем. Открылась статья в Википедии.
Портрет, отпечатавшийся в памяти шпиона, был портретом человека, о котором, наверное, слышали все — это Влад III Дракула, причём не вампир из книжки, а тот, настоящий, исторический, из Румынии.
Я даже статью полистал, посмотреть, кто это такой. Дядька был колоритный.
Так. И для чего шпион запомнил именно это? Не с Дракулой же он должен был встречаться, в конце концов. А кто-то на него или похожий внешне, или как-то ассоциируется с ним. Дракула же любил сажать людей на кол и обладал своеобразным чувством справедливости.
Или, этот связной умеет работать по дереву? Дракула в дереве точно понимал.
Ладно, тут подумаем, в чём связь. Вскоре я уснул.
Утром приготовил сырники из творога, смешав его с мукой, солью и щепоткой сахара, совсем чуть-чуть, чтобы не было сладко. Обжарил их совсем недолго, а после съел со сметаной, запив кофе.
В подъезде встретил пару соседей, поздоровался. Никто из них даже не стал нудеть. Хотя какой смысл им ругаться, если музыка больше не играет по ночам, а всякая шваль сюда не ходит, раз уж Жоры не стало. Хотя, наверное, скоро опять подтянутся какие-нибудь другие.
Пока всё было спокойно, но позже я встретил подозрительного человека рядом с остановкой.
Пока я ждал маршрутку, напротив меня остановился здоровый, как танк, чёрный внедорожник «Мицубиси Паджеро». Оттуда вылез человек, с короткими, стрижеными под машинку волосами, уже поседевшими.
Нос у него давным-давно был сломан, уши тоже, они у него как у борца. Одет он был в кожаную куртку поверх спортивного костюма.
Ну точно, бандит, причём давнишний, наверняка уже отсидел, причём сел в тюрьму до того, как я родился. Но уже освободился и вернулся к старому. Он оглядел остановку, закрыл дверь джипа и двинулся ко мне.
— Э! Это ты Лебедев? — спросил он. — Базар к тебе есть.
Это точно кто-то из знакомых Жоры Питерского.
Глава 12
Высокий и широкоплечий мужик со сломанными борцовскими ушами и когда-то переломанным носом шёл ко мне. Ну а народ на остановке отходил подальше, будто почуял угрозу.
Впрочем, тут бы её любой почуял.
Ну а я сделал шаг в сторону. И не просто так.
— Базар к тебе есть, — начал мужик и шагнул ко мне ближе.
Утром было тепло, поэтому слежавшийся снег немного подтаял, но потом похолодало, и он замёрз. Стоять на этой горке было непросто, ноги съезжали, но я нашёл удобное и устойчивое положение.
А мужик понял, что у него такого не будет, ещё шаг, и он грохнется, сломав нос ещё раз. И это до того, как мы начали говорить.
Но что-то с ним не так. Внешне бандит, но казалось, что всё сложнее, чем было на самом деле.
— И о чём базар? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал чуть иначе, по-уличному.
— Да побазарим, за кента одного, — произнёс он, оглядывая меня с ног до головы.