— Сука Тетеря продал всех…
— Где ротмистр? — холодно спросил чекист, приставив дуло пистолета к виску бандита. — Ну…
Увидев решительный взгляд Измайлова, Гвоздодер дрогнул:
— В Богоявленской церкви. На Большой Проломной…
Чекист знал эту церковь. Там в церковном хоре пел в свое время Федор Шаляпин. Теперь эту церковь закрыли. Там угнездился склад горкомхоза.
Через четверть часа чекисты окружили Богоявленскую церковь. Входная дверь оказалось запертой на замок. Замок удалось одолеть. Но как только приоткрыли тяжелую дверь, загремели пустые деревянные ящики. Стопка ящиков была привалена к двери, как сообразил Измайлов, чтоб никто не прошмыгнул незаметно внутрь церкви. В глубине большого зала, окутанного пеленой мрака, слабо мерцали, точно перемигиваясь, огоньки свечей.
«Уж не венчаться ли пожаловал сюда жандармский ротмистр Казимаков»,— подумал Измайлов, оглядываясь по сторонам. Тут он заметил: с правой стороны, из недр каменного пола — там была лестница, ведущая в подвал, — выглянула голова. Шамиль отпрянул к дверному проему:
— Назад! Всем назад! — Юноша заметил, как на уровне зловещей головы появилась рука с пистолетом.
Громыхнул выстрел. Пуля чиркнула о толстую кирпичную стену и зажглась в сумерках на мгновение бенгальским огоньком. Гулко заухали выстрелы под высокими каменными сводами, будто начали колотить молотком по железной бочке. Колючие вспышки пропарывали толщу мрака.
— Ложись! — скомандовал Измайлов чекистам, не успевшим спрятаться за угол.
Грохот выстрелов, отдающихся эхом под куполом церкви, свист пуль, предсмертные вскрики, казалось, заполнили все пространство. Ожесточенная перестрелка, однако, длилась недолго, и закончилась словно по команде. С обеих сторон оказались потери. Но среди убитых Казимакова не было! Исчез бесследно, как исчез и тот бандит, что стрелял с лестницы, ведущей в подвал. Битый час чекисты скрупулезно осматривали обширные подвальные помещения Богоявленской церкви, но так никого и не обнаружили.
Уже потом, когда Измайлов вернулся в чека, на Гоголя, 28, Брауде заметила:
— По всей вероятности, ротмистр Казимаков воспользовался потайным ходом. Один из арестованных офицеров в прошлом месяце говорил, что под Казанью существует обширная система подземных ходов. Схема этих ходов находилась в губернском жандармском управлении. Судя по всему, Казимаков знаком с ней, а вот мы, к сожалению…
В это время зазвонил телефон. Брауде вдруг нервно затеребила телефонный шнур и энергично произнесла:
— Несите скорее… — Она положила трубку и проронила: — Телеграмма от Петерса. Из Москвы.
В кабинет стремительно влетел Алексей, ординарец Брауде, и положил на стол секретную телеграмму:
Казань, Гоголя, 28.
Зам. предгубчека В. Брауде
В Москве арестован германский агент Иохим Тенцер — ранее находившийся под официальной крышей: был главой казанского фирменного магазина «Зингер». Связь с резидентом кайзеровской агентуры в Поволжье Тенцер поддерживал через агента Самченова Феофана (кличка Бык), который находится сейчас в Самаре. По приказу резидента (кличка Черная вдова) Самченов налаживает контакт германской агентуры с Комучевским правительством. Не исключается и вербовка отдельных членов Самарского правительства.
Брауде передала телеграмму Измайлову:
— На, прочти. А то некоторые не воспринимают на слух.
Выждав минуту, Вера Петровна сказала:
— Телеграмма подтвердила наши предположения, Самченов, а точнее, — германская агентура действительно пытается тайно разыграть комучевскую карту. Ясно теперь и другое: ни Тенцер, ни тем более Самченов не являются резидентами в Поволжье. А вот кто Черная вдова? Это надо выяснить во что бы ни стало. Чем скорее, тем лучше. Ведь фронт уже приближается к Казани. Офицерское подполье да крепкая германская агентурная сеть за спиной, нацеленная на диверсии на жизненно важных объектах, — это очень опасно.
Брауде встала и нервно зашагала по комнате от одного угла к другому.
— Нужно срочно действовать! Быстрее выйти на агентуру! А концы оборвались в Богоявленской церкви. Казимаков, связанный с Самченовым, то есть с германской агентурой, снова ускользнул. Но надо что-то придумать, чтобы выманить этих волков из своих нор.
Уже на следующий день на самых многолюдных Сенном и Рыбнорядском базарах начали гулять слухи, что чека удалось изловить после жуткой перестрелки в Богоявленской церкви очень опасного преступника, связанного с германцами, со шпионами. В перестрелке он был ранен и доставлен в Шамовскую больницу. «Очевидцы» этих событий красочно живописали увиденные ужасы смертной драки.