Срочным образом собрали совет, на котором я принял решение отправить одну роту гвардейцев на обустройство Квебека, всех правовестников, мастеров и максимум, но без фанатизма, поселенцев. Вся эта солянка отдавалась под руководство Тлехи, соответственно получившему дополнительные инструкции к эксплуатации. Также спешно, но нашли троих рудознатцев, бывших свободными, один даже шляхтич среди них затесался. Посулив хорошее вознаграждение за работу и отдельно премии за месторождения, подписали контракт на 5 лет и отправили под сопровождением наших бойцов к Мемелю. Самое весёлое, но и за этих свободных Коля потребовал сто дукатов отступных, ненасытная морда.
Вот так, вроде бы неспешно торговались, а результат сразу - удивительно! В людском гомоне, заполонившем в последнее время границы нашего лагеря, я ненароком услышал фамилию Годунов. Удивительно, но проведя в Европе почти месяц, я так ни разу и не поинтересовался, кто сейчас на троне Московии. Потому что был абсолютно уверен, что сейчас 1606 год и Смутное время бушует вовсю, а как в текущем времени называют всех этих Лжедмитриев или кто там после Годунова — неважно. И тут выясняется, что Годунов и сейчас на троне, а год у схизматиков 1605.
-Наум. - Меня просто трясло, что имею(имел) в руках такой шанс и прохлаждаюсь в неге, когда ещё есть возможность пусть не спасти положение, но сгладить последствия, так что даже массовый вывоз людских ресурсов не изменит положения Руси Московской. - Когда вас привёз Спящая Касатка, кто-то из вас сказал, что год 7111-й, я ничего не упустил?
-Так и есть, государь-батюшка! - Включил опять покорного служаку адмирал.
-Хорошо, а сейчас какой тогда год?
-Знамо дело 7113-й.
-Ты мне что несёшь, вы уж почти три года у нас, значит 1+3=4. 7114-й должен быть!
-Почти — то верно, токмо после лета в первый месяц года и будет три, тогда и наступит 7114-й год, государь! - Наум смотрел на меня ничего не понимающим взглядом, для него было безразлично какой год, время и время, да и у нас привык уже к новому летосчислению.
-Я дурак, болван, так на...ться... . - Я крыл себя матом 21-го века с самыми боцманскими загибами.
-Как вину то мне искупить, государь? - Рядом в ужасе, никогда прежде не видевший столь бурного проявления моих эмоций, навытяжку стоял Колесников-младший.
-Нет за тобой никакой вины, но ты ничего не слышал сейчас! Удачной тебе дороги, пусть Ворон хранит наш флот, а ты возвращайся поскорей, чувствую, не один раз в этом году ездить придётся. - Обессиленно выдохнул и сел, обхватив голову руками. Думать, только не пороть горячку.
Собственно думать долго не пришлось, нужно было собираться и ехать по грязи и бездорожью, заодно и для моих бойцов хорошая тренировка на грани возможностей выйдет.
-Николай, благодарю искренне за гостеприимство, надеюсь, что мы останемся добрыми друзьями и товарищами(тогда это слово ещё обозначало партнёра по бизнесу), пора и мне в дальнейший путь выступать. - Понимание между нами за эти несколько дней достигло апогея, оставаясь при этом непримиримыми врагами — не простил мне, морда иезуитская, фактический запрет на попытки втянуть в свою веру иудейскую моих соратников, умело лавировали вместе к общей выгоде.
-Будем всегда ждать тебя, мой друг, с твоим золотом и чудными товарами на земле виленской, может и у нас найдётся что-то поинтересней для торговли, кроме беглых холопов. - Лаконично завершил ужин Радзивилл.
Несомненно в этом походе я наяву осознал, сколь надёжна защита на Руси в виде непролазных дорог. За первые три дня после Минска, до которого добрались довольно споро, наши парни умудрились перевернуть три полевые кухни, практически каждый раз оставляя без горячего обеда очередную роту. Безусловно это был наш с Олегом косяк, ширина колеи у кухонь была несколько уже ширины колеи фургонов, что в путешествиях по Америке или тем более по засушливому Перу этот недостаток в глаза не бросался, проявив себя с иезуитской подлостью именно сейчас. Отчаянно воюя с раскисшей грязью, из последних сил мы в итоге добрались до точки назначения, где нас впервые!!! встретили официальные власти московского государства.
-Директор Игорь, там воины на конях тебя видеть хотят, говорят, что они застава московская. - Доложил Катлиан, пробиваясь через засохшие кусты по обочине разбитой в хлам дороги.
-Хорошо, пойдём — покажемся, раз так хотят. Сколько их?
-Человек пятнадцать, все на конях. - С завистью, к сожалению пока конную армию позволить мы себе не могли, дома в смысле, отметил гвардеец. Здесь же парни с удовольствием обкатали всех виленских лошадей, пока я бился с литовским князем.