Выше по течению Сейма от Путивля, где по указу царя нам были выделены земли и четыре деревни, по крайней мере так было указано в бумагах, нас встретил небольшой отряд всадников. Медленно, прощупывая нашу принадлежность к противостоящей стороне, они подъехали на расстояние полёта стрелы, как пояснил командир голицынских.
-Эй, вы кто такие? - Издалека заорал один из подъехавших лыцарей.
-Дозволь, господин посол, довести до этих приспешников самозванца волю государёву! - Порывался в омут головой подьячий Митька.
-Иди. - Соизволил чужому холопу делать порученное дело.
Перебросившись с поляками, а это точно были они — нас успели просветить, несколькими фразами, Митька быстрым шагом, но не сильно пришпоривая коня, поскакал в нашу сторону.
-Господин посол, велят нам всем крест целовать царевичу Димитрию, а тебя зовут в монастырь вручить верительные грамоты истинному наследнику. - Трясясь от переживаний, передал слова пшеков чуть не дословно.
-Надо взять этих на копьё да укрыться в деревне, покуда помощь не придёт! - Просто невероятно нужный совет выдал сотенный голицынских.
-Не спеши, вы своё дело уже сделали, теперь наш черёд. Джако! - Позвал я своего ротного. - Ты знаешь правила, передай этим ребятам, что я предлагаю им выдать нам самозванца Гришку Отрепьева или завтра мы сами придём за ним к Путивлю.
Также неспешно, тройка воинов во главе с Джако подъехала к основанию одного их холмов, между которыми стояли приспешники самозванца. То поглядывая куда-то за реку у себя за спиной, то наблюдая как медленно, словно гигантский змей стягивает кольца, на поляну выезжали наши необычные фургоны, предводитель подъехал к Джако. Мне не нужно ни слышать, ни спрашивать у своего посланца, чем закончился разговор: возбуждённые телодвижения, как и резкий разворот обратно, и бешеный галоп в сторону города сказал всё за себя. Когда организовали привал и пообедали, я собрал всех, кроме часовых и разведки, на большую поляну в центре гуляй-города.
-Друзья, соратники, завтра нас ждёт битва с войском одного нехорошего подлеца,который вздумал обмануть нашего друга — царя Московии, назвавшись истинным царевичем, его лизоблюды, - по толпе пошёл шепоток, не все ещё русские слова знали мои бойцы, - отказались отвезти этого негодяя на казнь или милость царя в Москву. Более того, эти несчастные пожелали сразиться с нами.
Вопли радости и искры вожделения забурлили на поляне — что может затмить хорошую торговую сделку - только радость битвы. Полусотня русских с бледными и напряжёнными лицами стояла поодаль и не понимала, в чём радость моих воинов, ведь по данным от последнего языка пойманного ещё вчера у Гришки было больше двух тысяч воинов и пятнадцать пушек. Причём основная масса были конные воины из казаков и поляков, наверняка они думали, что именно их, как единственных всадников мы бросим вперёд, против многократно превосходящих силсамозванца.
-Поэтому приказываю: подготовить оружие, амуницию и хорошо выспаться.
-Господин посол, может лучше устроим оборону в той деревне. - Показывая пальцем в сторону, куда уехали поляки, быстро и нервно тараторил Митька. - Может Гришка ещё и не станет нападать на вас, я могу ему пояснить, что вы посольский обоз с охраной, а не царёвы наймиты.
-Экий ты коварный, Митька! - Добродушно улыбнулся и хлопнул по плечу сухого, но крепкого мужчину. Только сейчас подумал - уже десять дней вместе, а я взрослого мужчину всё детской кличкой зову.
-Никакого коварства не умышляю, господин, велено было беречь обоз твой. - Сразу согнулся от испуга подьячий. - Се моё наказание от Афанасия Ивановича.
-Как это никакого? А кто вздумал лишить моих воинов удовольствия от славного боя?
-Так их же вдвое супротив нашего, да ещё и конные все почти, пушки к тому. - Митьку вот вот кондратий схватит, так переживает.
-Бой покажет на чьей стороне сила! Иди спокойно отдыхай, тебя никто вперёд на пики не погонит. - Успокоил служивого как смог.